Логово (СИ)
— Ясен пень. А потом голосование ЗА или ПРОТИВ единственного кандидата в бюллетене, — Коновалова. А времени пройдёт немало от 9 сентября, народ подуспокоится, а оппоненты вашего Вали всё сделают, что набрал он меньше половины голосов. И подвоз врубят на полную катушку и подкуп и чернуху про комсомольца. Это как раз ясно. Я готов поработать на Валентина, как его там по батюшке?
— Олегович он, Олегович.
— Не дрейфь, Санёк, выберем губернатором солнечной Хакасии Валентина Олеговича Коновалова! Всенепременно выберем!
— Здорово, что ты с нами! По деньгам чуть позже решится, но Центральный Комитет настраивает на победу, большой десант в Абакан прибудет со всей России. И понятное дело наш край, соседи же.
— С деньгами я готов подождать, но надо прям срочно снять квартиру, однушку, более менее нормальную. Устроим там типа корреспондентского пункта «Сибирского партизана». И я приезжать буду и журналисты там поживут, держа, так сказать, руку на пульсе.
— Отлично! Тогда я побежал, а завтра подходи к десяти часам в крайком, обговорим всё подробно.
— Ага, я подойду, а там Пётр Петрович со стетоскопом.
— Тогда я к тебе заскочу.
— Добро.
Глава 6
Глава 6.
Выборы в глубинке, тем более в сибирской глубинке, это всегда интересно. Отдалённые деревни и посёлки надо непременно «окучить», а порой добраться до таковых можно либо по зимнику, либо по воде, потому как в ту даль таёжную «только самолётом можно долететь». Но развитая сеть сельских аэродромов осталась в советском прошлом, когда в Енисейской Сибири малая авиация была ого как развита, аэродромы для АН-2 обустраивались в каждом «медвежьем углу».
Зато сейчас автобусное сообщение на порядок лучше и дороги до районных центров вполне на уровне и автобусы по большей части современные. Лично я на хакасские выборные страсти не отвлекался, открывая всё новые и новые порталы на юге края и в соседней Хакасии. Вспоминая ощущения от первых дней «соткания паутины порталов», когда подсознание выдавало эдакую «карту-схему» из нескольких десятков транзитных точек для мгновенного перемещения, теперь ясно вижу, — в самом начале пути был сущим младенцем, несмышлёнышем, не понимающим, какой силищей обладаю. Сейчас, когда число мини порталов перевалило за 5 тысяч (5894 если уж совсем точно — а в голове всё удерживается, ни один портальчик не забывается, очень удобно) когда и с севера и с запада-востока и вот теперь с южного направления окружаю Логово филиалами-переходами, числю себя за детсадовца средней группы. Вот сгоняю в первопрестольную, там отмечусь «переходниками» а потом бах и сразу в Сидней, или Мельбурн, чтоб шар земной «закольцевать». И тогда из мааааахонького «паучка» Дима Кузнецов превратится в деятеля планетарного масштаба, по сути, «смотрящего» за цивилизацией человеческой, «мега-паучилу». А что — в порталах я в абсолютной безопасности, отсидеться там запросто смогу, от преследования властей укроюсь без проблем и начну совершать вылазки в любом удобном месте. Не смогут же мировые лидеры, даже объединившись, контролировать многие тысячи мини-порталов, которыми надо опоясать Землю, как можно больше «пробить», на «всякий случай»…
Только случилось непредвиденное, мешающее включиться в соткание «мировой паутины», — стал ужасно бояться самолётов, даже подумать не мог об авиапутешествии. Да оно и надо? Ведь понемножку, шажок за шажочком, обойду весь шар земной, сведя риск к минимуму. В Логове организм в норму приходит удивительно быстро, заживают раны, порезы, хмель выветривается, зачем спешить? Никуда не денутся ни Австралия, ни Америка.
Но сии здравые размышления как-то «вдруг»размылись алкоголем, — хакасские комсомольцы щедро проставились информагентству «Сибирский партизан» натурпродуктом из Шушенского, где сторонник идей марксизма, по жизни оказался мелким буржуа и держал пасеку, выдавая на продажу отменную медовуху. Отменную и коварную. Более менее пришёл в себя в аэропорту Абакана, проходя регистрацию на московский рейс. Ничего себе, Женя Лукашин намбер цвай…
— Витюха, — обратился к коммунару, также улетающему в первопрестольную, но не пьяного куража ради, а за инструкциями по проведению выборной кампании Валентина Коновалова, — а как я здесь оказался?
Конечно, помнил прекрасно как выпивали, как рассуждали о шансах КПРФ «взять на шпагу» сибирский регион, как материли «чёрных политтехнологов» из «Единой России» понаехавших в провинциальный Абакан очернять без пяти минут красного губернатора Коновалова. И то чувство гусарства и пофигизма (подумаешь, до Москвы слетать) после пары литров «Шушенской на меду», тоже помнил. Но прикинуться чутка перебравшим, самое то — медовуха коварна, на всех действует по разному. Одни в пляс пускаются, другие начинают речи пространные задвигать, хоть и числятся молчунами косноязыкими. Меня же «пробило» улететь в столицу и всем доказать (кому это интересно — «всем»?) что не боится Дмитрий Анатольевич Кузнецов летать «Хакасскими авиалиниями»…
И надо же — «горючка пофигизма» закончилась аккурат в зоне паспортного контроля. Профессионально угрюмый старлей с подозрением посмотрел на помято-похмельного пассажира, вовсе без багажа и без энтузиазма отправившегося в путешествие за четыре тыщи вёрст. Да, сумки не было, зачем мне вещи, если наладив линию Москва — Енисейская Сибирь, точас же перемещусь обратно в родные пенаты. Не Мавзолей же посещать побегу, в самом деле. Хотя недавние собутыльники и интересовались, каково оно, во времена СССР сибирякам было попасть в усыпальницу вождя мирового пролетариата, правда ли, что многие и летели в столицу Советского Союза исключительно дабы пройтись по брусчатке Красной Площади и на воскового Ленина полюбоваться. Немного разочаровал «комсомольцев», старшим из которых слегка за тридцатник, объяснил, что Москва и в те времена, и в эти, лишь транзитный городишко для граждан огромной страны, хоть СССР возьми, хоть Российскую Федерацию.
И теперь «кошу» перед коммунистом Виктором под перепившего, благо тот сам под мухой. Чем хороши аэропорты в небольших городах (Абакан с пригородами до двухсот тысяч не дотягивает, вся Хакасия едва за полмиллиона) знакомые в службах аэровокзалов всегда найдутся, передали нам заветную литровую бутыль с «Шушенской на меду» перед самой посадкой, а то бы честное слово, сбежал из лайнера. Залпом опустошив заметно более половины божественного напитка прошёл в салон. Чтоб не сжечь нервы в полёте постарался найти заделье, начал продумывать план по ограблению офиса негодяев золотопромышленников…
Мелкие и средние артели много лет моют золотишко на малых реках Хакасии и юга Красноярского края, для чего покупают ментов, чиновников районных администраций, вплоть до глав таёжных муниципалитетов. И варварски «курочат» природу, убивая золотоносные речушки своими драгами и прочими приблудами-приспособами. А с экологами в глубинке проблема — это в больших городах можно в борьбе за чистое небо безнаказанно обличать корпорации, ФПГ и миллиардеров из российского списка «Форбс». В тайге же прокурор если и не медведь как в известной пословице, то главарь золотободытчиков, вполне успешно совмещает функционал судьи и прокурора в одном лице. Даст команду своим архаровцам и те отмудохают говорливого защитника природы, жалобы строчащего в природоохранную прокуратуру. Или дом сожгут, лодку пробьют, мотор снимут. Пакостники, одним словом.
И надо же такому случиться — в Абакане их полуподпольная контора разместилась в паре домов от съёмной квартиры информагентства. Я катался от нечего делать из Абакана в Минусинск, в Курагинский район ездил, в Каратузский, в «Город Солнца» нового Христа — Виссариона. И водитель, молодой парнишка Олег Плисов, рассказал как кидают работяг на деньги при расчёте нелегальные золотопромышленники.
Здесь, конечно, не «севера», когда классическое ожидание самолёта порой растягивалось на неделю-две, когда сходящие от безделья с ума, к семьям рвущиеся мужики начинали «косячить» и огребать огромные «штрафы», заранее прописанные в договорах. Нет, тут гораздо проще дела обстоят, — испытательный срок мало кто выдерживает, провоцируют новичков приближённые к руководству артели «бычары», а если драка, то всё — пошёл вон, так сказать, «без выходного пособия». Хорошо если тыщу на билет давали, а то некоторые босиком по тайге выходили.