Колыбель тяготения (СИ)
— Мое любимое начальство прибыло! Привет, Майкл.
Приветствие вышло громким, и гости стали оборачиваться. Кивки, взмахи рук — так много, что всем не ответишь. Вокруг знакомые лица, участники заседаний совещаний, сплошь отягощенные полномочиями индивидуумы.
— Привет, Настя. Как бы я посмел не прийти к самому умному и красивому секретарю во всей обозримой галактике. Поздравляю с Днем рождения!
Он вручил букет роз, настоящих, оранжерейных, и маленькую коробочку, не особо умело обвитую серебристым шнурком.
— Проходи, не стесняйся, — рассмеялась она и потащила за собой, одновременно пытаясь распечатать подарок.
Все, кто уже поприветствовал своего губернатора, возвращались к разговорам. Одна мелодия сменила другую, и на танцпол, что возвышался в глубине зала, вышло две пары. В одном из кавалеров по радостному оскалу лошадиных зубов Майкл узнал Афанасия Поркова. Тот вел за талию чернявую субтильную девицу, кажется, почвоведа и департамента терраформирования.
— О, боже, не могу поверить, — воскликнула Анастасия, потрясая извлеченным из коробочки кодом доставки и сборки, — ты подарил мне домашний бассейн. Это так необычно, Майкл!
Он сразу ощутил себя до крайности неловко. Будто за «необычно» пряталось «странно». Будто он сам слегка чудик, хоть и губернатор. Или и при этом губернатор. Подарки для Майкла всегда были еще той головной болью. Что бы такое подарить красотке секретарше? Чтобы не слишком личное и не очень официальное, не формальное и не чрезмерно дорогое.
— Это скорее большая ванная. Ты же всегда страдала от недостатка комфорта на нашей космической галоше. А мой помощник должен быть бодрым, свежим и отдохнувшим.
— А я вот тоже хочу быть свежим и отдохнувшим, — Люк выглянул из-за плеча Анастасии.
Второй помощник оказался непривычно расхристанным: рубаха расстёгнута до волосатой груди, из-под подвернутых рукавов торчат локти.
— Окей, — поднял руки Майкл. — Будет тебе походный гамак в комплекте с освежителем воздуха. Сможешь отсыпаться во время любого затянувшегося совещания.
— Вот я так и знал, господин губернатор, что вы неодинаково заботливы по отношению к своим помощникам.
— Они у меня очень неодинаковые. Называйте это индивидуальным подходом.
Анастасия блистала в коротком сиреневом платье, жемчужные ветви поднимали ее волосы, выпуская на свободу светлые завитки. Люк же со взлохмаченным причесоном и ковбойским прикидом словно явился на вечеринку прямиком с обхода продуктовых магазинов. Хотя последних пока на «Горизонте» не было.
Люк набычился открыл рот, чтобы поспорить, но поздороваться с губернатором подошла чета Новак. Пришлось помощнику отступить за бокалом к соседнему столику.
— Рады вас видеть, Майкл. Не был уверен, что вы придете. Но, думаю, что немного отдохнуть и переключиться нам всем, так сказать, доктор прописал.
Переключиться. Он каждый день насиловал себя, чтобы переключиться. Не думать, не вспоминать, забыть имена, особенно одно имя.
— Жизнь продолжается, — Майкл скользнул взглядом по оживленным компаниям, — Она и должна продолжаться, Александр.
Тот понимающе улыбнулся и прижал к себе жену, улыбчивую, чуть полноватую брюнетку. Интересно, а она знает? Наверняка. От жены невозможно скрыть настолько плохие новости. Удивляло одно, что слухи по «Горизонту» пока не пошли.
То еще испытание улыбаться и говорить приветственные фразы. Смогло ли большинство здесь присутствующих шутить, общаться, танцевать, если бы они знали о словах Алекса Треллина в ночь, когда нашли капсулу времени. Но они не знали, даже Люку и Насте Майкл не сказал ни слова. Груз этой правды сломал бы хребет экспедиции, превратил бы членов команды из вольнодумцев-революционеров в, возможно, трусов, возможно, бросивших Родину в беде. Алекс мог и ошибаться. И пока тащили этот гипотетический груз трое присутствовавших во время тех злополучных откровений. Новаку было чуть проще, вся семья была с ним. А вот Грейс…, похоже, не нашел в себе силы явиться на вечеринку, сославшись на дежурство в шаттле сопровождения.
— О, Майкл! Рада вас видеть, присоединяйтесь к нам!
Его окликнула Лора Бурская, их совершенно незаменимый космобиолог, курировавшая все направления по созданию и сохранению флоры и фауны на экзопланете. Удивительно, что она решилась на этот полет в свои неполные шестьдесят. Всегда элегантная, очень моложавая и энергичная, она имела высокий статус на Земле и занималась интересными ей научными проектами. Здесь же пройдут годы прежде чем появятся принципиально новые возможности для исследований. Сначала надо добраться до неосвоенных галактик.
Майкл отхлебнул легкого мускатного вина и подцепил тарталетку с тремя разноцветными шариками. По виду мороженое, по вкусу что-то рыбно-сливочное. Ох уж, эти фантазии из синтезатора, он всегда предпочитал заранее знать, что ест, угадывать по внешнему виду.
— Хочу еще раз сказать спасибо, Майкл. Благодаря вашему нестандартному решению, мы уже завтра делаем пробный посев на поверхности.
— Перестаньте, Лора, мне бы даже в голову не пришло то, что предложили ребята из департамента планетарного конструирования. Я просто поддержал идею.
— Это и есть дело руководителя — всех подключить к решению проблем и поддержать верные идеи. И у вас отлично получается.
Ну вот, попал в болото светской беседы. Веселиться никакого настроения, но и расшаркивание поперек горла. Но раз пришел — надо держать марку. Хотя, к черту. Сегодня лучше танцевать, чем разговаривать. Ни о чем не думать и сбросить напряжение.
— Давайте, не будем о работе, Лора. Лучше выпьем за непревзойденную Анастасию и пойдем танцевать. Вы танцуете?
— А почему нет. На мне как раз удобная обувь и одежда.
Она действительно стояла в облегающих ногу туфлях и мягких с виду, свободных штанах.
— Отличный ритм, Майкл, пойдёмте, тряхнем чиновничьими булками. Мы с вами просто обязаны уделать это парнокопытное — Поркова.
Серьезный вызов. Майкл застонал и потопал на танцпол. И дальше понеслось. Сменяющиеся партнерши, юбки, колени, горячие руки и спотыкающиеся ноги. Смех, чьи-то глупые фантазии о будущем, о новых невероятных галактиках. И много, много «Спиральной туманности»: нежного лимонно-сливочного коктейля, вымывающего из головы буквально все, вплоть до собственного имени. Все сливалось в единый яркий поток, будто летишь сквозь кросс-переход, минуя за один вздох десятки галактик. Каким-то чудом сознание выхватывало картинки: вот он о чем-то спорит с Люком, вот радостно кричит, выиграв в минибильярд, вот что-то громко поет, читая слова незнакомой песни. Ловит себя на мысли, что врет сам себе. Но плевать.
— Господин Стэнли, пожалуйста, послушайте, господин Стэнли…
Не сразу понял, что кто-то тянет за плечо и кричит в ухо. Развернувшись, Майкл с трудом сосредоточил внимание на незнакомом парне, высоченном белобрысом викинге. Тот со всем старанием перекрикивал грохочущую музыку.
— Господин Стэнли, прошу вас пойти со мной. Это срочно, господин Стэнли.
Над нагрудным карманом светло-серой рубашки выстроились разноцветные квадратики. У Майкла что-то щелкнуло в голове, разгоняя хмель. Это не гость. Парень из команды Стивена Грейса, встревоженный, по-рабочему одетый летун. Случилось что-то серьезное.
— Конечно, конечно, я иду.
Он покачнулся и ухватился за твердую, как камень, руку. Нужно срочно трезветь.
— Дайте мне минуту.
Твердой поступью прочь из толпы. Там за углом массивный синтезатор, главное, не уйти в занос на повороте. И последний этап испытаний — квест по строкам меню. Зеленого цвета бурда для скоростного выведения токсинов в стандартные наборы не входит. И еще бы вспомнить, как эта дрянь называется.
— Губернатор, не рано ли взялись прочищать сопла? Не познали еще всех туземных радостей, а уже бежите в цивилизованный мир.
Так и не перетанцованный Афанасий Порков явно искал, что покрепче. Одним вертикальный взлет, а другим аккуратно бы спланировать на землю и не отбить задницу. Не было ни сил, ни времени объяснять разницу в подходах к полноценному отдыху. Заглатывая едкие зеленые пузырьки, Майкл изобразил рукой «от винта». Порков заржал и дружески хлопнул по плечу. Вот никакой субординации у этого русского.