Опередить дьявола

— Две. Пройдете через гостиную, потом по коридору — сначала первая спальня, затем ванная и в конце коридора его спальня. В ванную, на вашем месте, я бы не заходил. Ричард только что там был. Запах стоит такой, будто у него внутри сдох какой-то зверек. Загадочная история.
— В конце коридора. — Кэффри мотнул головой. — Веллард? Мы готовы?
Тот кивнул. На счет «три» в дом первыми ворвались трое бойцов со щитами, они бросились вверх по лестнице, крича во весь голос: «Полиция, полиция, полиция!» В прихожей затопали ноги, запахло потом. Следом метнулся Веллард с еще тремя бойцами, а Кэффри замкнул цепочку, шагая через две ступеньки. Наверху большая комната с дешевой мебелью и такими же картинками обогревалась парафиновой печкой. Бойцы выдвигали диваны, проверяли за занавесками, заглянули сверху на громоздкий буфет. Веллард поднял пустую ладонь — знак того, что все чисто. И показал на кухню. Команда быстро ее обшарила и двинулась дальше по коридору, мимо ванной, включая свет по дороге.
— Я бы оказал им любезность и открыл окно, но как бы он не сделал ноги, — пробормотал Веллард, тяжело дыша. Они проверили первую спальню и оказались перед хлипкой фанерной дверью.
— Готовы? — шепотом обратился Веллард к детективу. Он показал кивком вниз — из-под двери не пробивался свет. — Вот оно.
— Да. Будьте готовы к любой неожиданности. Веллард повернул ручку, слегка приоткрыл дверь и отступил на шаг.
— Полиция, — громко произнес он. — Полиция. Не услышав отклика, он открыл ногой дверь пошире и щелкнул выключателем.
— Полиция!
Он еще подождал. Бойцы стояли в коридоре, спиной к стене, лоб в испарине, глаза бегают, молча запрашивая команду у своего командира. Так и не дождавшись ответа изнутри, Веллард дал им сигнал и распахнул дверь настежь. Группа захвата ворвалась в комнату, все приняли защитную стойку, выставив перед собой щиты. Из коридора Кэффри смутно видел очертания комнаты, отражавшейся в пластиковых козырьках. Окно с раздвинутыми занавесками. Кровать. Больше ничего. Под козырьками лихорадочно бегали зрачки, спеша оценить обстановку.
— Пуховое одеяло, — шепнул офицер Велларду. Он просунул голову внутрь и крикнул: — Сбросьте на пол одеяло, сэр! Мы должны убедиться, что под ним ничего не спрятано.
После паузы послышался шелест. Кэффри увидел сползающее на пол выцветшее одеяло с геометрическим рисунком.
— Сэр? — Ближайший боец чуть опустил свой щит. — Объект подчиняется. Вы можете войти.
— Он подчиняется, — повторил Веллард, обращаясь к Кэффри и доставая наручники из бронежилета. — Можете ему зачитать его права. — Он придержал дверь плечом и помедлил, оглядывая комнату. Затем повернулся к Кэффри: — Входите.
Кэффри взялся за ручку двери и осторожно переступил порог. В небольшой спальне пахло затхлостью. Разбросана мужская одежда. Дешевый комод с выдвижными ящиками и грязным зеркалом. Но всеобщее внимание было привлечено к человеку на кровати. Огромный, под двести килограммов… и совершенно голый. Руки прижаты к телу и весь дрожит, словно он под током. Откуда-то из горла раздаются странные высокие звуки, вроде свистящего дыхания.
— Ричард Мун? — Кэффри показал удостоверение. — Вы Ричард Мун?
— Да, — просипел тот в ответ. — Это я.
— Рад с вами познакомиться, сэр. Поговорим, не возражаете?
  
40
 
Джэнис убедила Ник отправиться с ними на шопинг. Она больше не могла сидеть дома. Она взяла их общую кредитную карточку, и Ник повезла их в шопинг-молл «Cribbs Causeway». Джэнис купила постельное белье, пуховые одеяла и чайничек от Кэт Кидстон, а также целый пакет хозяйственных принадлежностей в однофунтовой лавчонке в конце молла. Потом они пошатались по магазину модной одежды «Marks & Spencer», хватая все, на что падал глаз: ночные рубашки для матери Джэнис, тапочки с помпонами для Эмили, губную помаду, кардиган для самой Джэнис. Ник наткнулась на «классную» футболочку, и Джэнис настояла на том, что заплатит за нее. Потом они зашли в продуктовый магазин и взяли экзотических сортов чая, эклские слойки, корзинку черешни и пол-лосося, которого она собиралась приготовить в укропном соусе на вечер. Как здорово было видеть яркие огни и покупателей в цветастой одежде. Возникло даже ощущение, что Рождество нынче не такое уж и плохое.
 
Вернувшись, они обнаружили, что около дома стоит синий «пежо» и сидевший в нем мужчина в темно-сером костюме поджидает их. Он вышел из машины и показал удостоверение.
— Миссис Костелло?
— Это я.
— И.о. детектива Проди, подразделение по расследованию автомобильных аварий.
— А я вас узнала. Как поживаете?
— Нормально.
С ее губ сползла улыбка.
— Что-то случилось? Почему вы здесь?
— Я приехал посмотреть, как вы устроились.
Она вскинула брови.
— И это всё?
— Я могу войти? — спросил он. — Тут холодно. Она смерила его долгим, вдумчивым взглядом.
Затем вручила ему магазинный пакет и направилась к двери. В квартире было тепло, работало центральное отопление. Пока Эмили помогала Ник и бабушке выгружать покупки, Джэнис поставила чайник.
— Я заварю чай, — сказала она Проди. — Ужасно хочется чашку хорошего чая, сейчас сделаю. Эмили должна кое-что прочесть, вместе с бабушкой, а вы мне пока расскажете, что стряслось. Я ведь не дурочка. Вижу: что-то произошло.
Она заварила чай, и они перешли в переднюю комнату. Там было довольно уютно: современный газовый камин из нержавеющей стали, ковровое покрытие цвета морских водорослей, добротная мебель. На столике у окна стояла ваза с искусственными цветами. Пусть пошловато, и все же кто-то об этом позаботился. Здесь было холодновато и промозгло, но скоро от камина пошло тепло.
— Ну? — Джэнис поставила на поднос тарелку со слойками и новый чайничек. — Сразу скажете или будем ходить вокруг да около?
Проди сел, лицо его было серьезно.
— Мы знаем, кто это.
Джэнис помолчала. У нее неожиданно пересохло во рту.
— Это хорошо, — осторожно сказала она. — Очень хорошо. Означает ли это, что вы его задержали?
— Повторяю, мы знаем человека. Это существенный прогресс.
— Это не то, что я хотела услышать… надеялась услышать. — Она разлила чай, передала ему тарелку со слоечкой и положила одну себе. Села, глядя на свою слойку, затем поставила тарелку на стол. — Итак? Кто он? Как выглядит?
Проди полез в карман и достал оттуда сложенный листок. В верхнем левом углу было фото мужчины — вроде тех, что делают в кабинках моментальной фотографии.
— Вы его раньше видели?
Она ожидала, что это лицо вызовет у нее шок, но нет: обыкновенный парень, мордастый, за двадцать, с короткой стрижкой и угреватыми пятнышнами в уголках рта. В объектив попал вырез футболки цвета хаки. Она уже собиралась вернуть листок, когда ее внимание привлекла одна деталь на бланке. «Эйвон и Сомерсет» [18].
— Что такое? Это ордер на… — Она не закончила фразы, так как увидела внизу крупными буквами: ПОЛИЦЕЙСКОЕ УПРАВЛЕНИЕ.
— Лучше я вам сразу скажу, поскольку рано или поздно вы все равно узнаете. Он работает в нашей структуре. Мастером по оборудованию.
Она невольно схватилась за горло.
— Он… он работает в полиции?
— Да. У него неполный рабочий день.
— Вот почему он сумел прицепить эту штуку к днищу нашей машины?
Проди кивнул.
— Боже правый. Я отказываюсь… Вы с ним знакомы?
— Не то чтобы… Так, видел пару раз. Он красил стены в моем офисе.
— Но вы с ним разговаривали?
— Несколько раз. — Он пожал плечами. — Мне очень жаль. Я знаю, мне нет оправдания. Сел в лужу. Не знаю, о чем я думал.
— Какой он из себя?
— Непримечательный. В толпе вы бы его не заметили.
— Что, по-вашему, он сделал с Мартой?
Проди сложил листок. Один раз, два, три, аккуратно разглаживая сгибы большим ногтем. Спрятал листок в карман.
— Мистер Проди? Я спросила: «Что, по-вашему, он сделал с Мартой?»