Опередить дьявола

Голос эхом вернулся к нему. Мы знаем, что ты здесь. Приглушенная земляными стенами фраза прозвучала как-то бесцветно. Неубедительно. Он продолжил идти вперед, выставив перед собой фонарик в онемевшей руке. По спине пробегали мурашки. Перед глазами всплыло лицо Скитальца: Он умнее всех прежних. Пройдя метров восемь, он уткнулся в стену. Туннель закончился. Кэффри развернулся и осветил фонариком несущие балки и деревянные опоры. Тупик?
Нет. В стене, если вернуться на пару метров назад, обнаружился лаз на уровне пояса. Он прошел мимо и не заметил. Пригнулся и посветил внутри. Это был другой туннель, уходивший под углом градусов в сорок пять в сторону, слишком длинный, чтобы разглядеть его отсюда. Он потянул носом. Пахло лежалым грязным тряпьем.
— Ты здесь, сучонок? Если ты здесь, ты мой.
Он пролез в лаз и тихо двинулся вперед, согнувшись, выставив руки, задевая спиной и плечами низкий свод, — плакал его новый костюм. Он прошел немного под горку, около трех метров, и увидел комнатку, явно специально вырытую. В ней было уже не так тесно. Он стоял на пороге в защитной стойке, готовый отскочить назад, если в него что-то метнут. Лучик фонарика бегал по этой пещерке. Сердце по-прежнему бешено стучало.
Его подозрения подтвердились: он здесь не один. Но компанию ему составлял вовсе не Тед Мун. Он вернулся к лазу и выставил наружу рацию, направив ее в сторону выхода из подземелья.
— Эй… меня там подстраховывают? Вы меня слышите?
— Да, — ответ прозвучал громко и внятно.
— Не надо спускаться в туннель. Повторяю: не надо спускаться в туннель. Мне здесь понадобится оэмпэшник и… — Он опустил голову и прикрыл глаза кончиками пальцев. — И еще вызовите судмедэксперта.
  
53
 
Оэмпэшники, находившиеся на задании всего в двух милях от ангара, примчались первыми, раньше медика. Они перекрыли вход в подземелье и установили в пещере триподы с флюоресцентными лампами, чтобы все осветить. Пока они суетились в своих комбинезонах а-ля Энди Пэнди, Кэффри в основном помалкивал. Он встретил их возле смотровой ямы, где надел сапоги и перчатки, потом вместе с ними прошел по туннелю к потайной комнате и там тихо стал у стеночки.
Всюду валялись газеты и контейнеры для продуктов. А еще банки из-под пива и старые батарейки. У дальней стены стояли двойные нары. И виднелась фигура, завернутая в грязную, изгвазданную простыню, всю в мертвых насекомых. Очертания тела не оставляли сомнений: человек, лежащий на спине, со скрещенными на груди руками, ростом был не больше ста пятидесяти сантиметров.
— Вы к чему-нибудь прикасались? — В комнатку вошел мужчина, разбрасывая плашки на пути к телу, чтобы ступать только по ним. Это был тот самый старший оэмпэшник, надменного вида, с чувством собственного достоинства. Тот, который проверял машину Костелло. — Хотя навряд ли, с вашим-то умом.
— Рассматривал тело вблизи, не трогая простыни. А зачем? Покойника сразу видно. И не обязательно быть семи пядей во лбу, не так ли?
— Кроме вас здесь никого не было?
Кэффри потер веки и махнул рукой в сторону тела.
— Это ведь не взрослый человек?
Оэмпэшник покачал головой. Он остановился возле нар, бросив рядом оставшиеся плашки, и взглянул на очертания тела.
— Нет. Точно, не взрослый.
— А возраст вы можете определить? Сколько ей? Десять? Меньше?
— Ей? Почему вы решили, что это «она»?
— А, по-вашему, это «он»?
Оэмпэшник повернулся и посмотрел на детектива долгим взглядом.
— Я слышал, это дело как-то связано с угонщиком. И что вы подозреваете Теда Муна.
— Правильно слышали.
— То давнее, почти двенадцатилетней давности, — убийство девочки, Шэрон Мейси — было моим первым делом на полицейском поприще. Я целый день отскабливал ее кровь от половиц медицинским скальпелем. Помню как вчера. До сих пор вижу эту картину в ночных кошмарах.
В пещеру, пригнувшись, вошла медэксперт с красивой стрижкой, в плаще с пояском. Она надела чехлы поверх модельных туфель и перчатки. Разогнувшись, откинула назад голову и закрылась рукой от яркого света. Кэффри ей молча кивнул и чуть раздвинул губы в улыбке. У нее были волосы натурального соломенного цвета, туго забранные назад. Так молода и хороша собой и, поди ж ты, занимается такими делами. Ей бы торговать пирожными или заниматься профилактикой кариеса.
 
— Это как-то связано с автомобильными угонами? — поинтересовалась она.
— Это вы мне скажете.
Она вопросительно посмотрела на оэмпэшника, ожидая дополнительной информации. Но он лишь пожал плечами и вернулся к своим коробкам и плашкам.
— Ладно. — Голос ее сделался низким и нервно задрожал. — Пусть будет так. — Она осторожно, по плашкам, пересекла комнату. Перед трупом, возле головы, остановилась. — Э… я могу разрезать простыню? Взглянуть на лицо?
— Держите. — Оэмпэшник протянул ей специальные ножницы из своего набора. Он опустил одну из флюоресцентных ламп, чтобы осветить фронт работы, и достал фотоаппарат. — Я сделаю пару снимков.
Кэффри отлепился от стены и по плашкам подошел к медэксперту. В зеленоватом свете лицо ее казалось бледным. На щеках обозначились розовые пятна.
— Хорошо. — Женщина ответила кислой улыбкой, и он понял, что она совершенно не в своей тарелке. Слишком молоденькая, хотя строит из себя взрослую. Не исключено, что это ее первое дело. — Что ж, поглядим, с чем мы имеем дело.
После того как оэмпэшник сделал свои снимки, она захватила простыню пальцами в перчатках и воткнула ножницы. Раздался характерный звук лопнувшей ткани. Кэффри и оэмпэшник переглянулись. Простыня к чему-то прилипла.
Только не Эмили. Только не…
Медэксперт орудовала ножницами, пытаясь проделать дыру в простыне, руки у нее дрожали. На нехитрую операцию у нее ушла целая вечность. На минутку остановилась. Вытерла лоб тыльной стороной ладони. Улыбнулась.
— Прошу прощения. Непростое дело. — И словно самой себе: — Так… и что дальше?
Она прорезала дорожку, сантиметров двадцать пять. Очень осторожно приподняла простыню. Наступила пауза. Она вопросительно посмотрела на Кэффри, словно говоря: Ну вот. Кажется, вы не этого ожидали? Он шагнул вперед и направил под гробовую пелену слабый лучик. Там, где он ожидал увидеть лицо, на него скалился череп, прилипший к покрову, весь в каком-то коричневатом порошке. Не Эмили и не Марта. Но разве он уже не догадывался об этом по состоянию савана? Этот труп пролежал вовсе не пару дней. Годы. Он поглядел на оэмпэшника.
— Шэрон Мейси?
— Я бы на нее поставил. — Офицер щелкнул камерой разок-другой. — Играй я в такие игры. Шэрон Мейси, подумать только! Вот уж не думал когда-нибудь увидеть ее тело. Даже представить не мог.
Кэффри отступил назад. Он вглядывался в грубо отесанные стены, в примитивные контрфорсы. По всей видимости, Мун строил это еще до своей посадки. Эта достаточно сложная по замыслу и эффективная по исполнению конструкция требовала интеллекта и физической силы. Комната была удачно замаскирована, недаром Кэффри чуть не проскочил тайный лаз. Не исключено, что здесь есть еще туннели и комнаты. Прямо у него под ногами может находиться целый лабиринт. А в нем, возможно, тела Эмили и Марты. Ну вот, тела, подумал он. Ты уже не веришь, что они живы.
— Инспектор Кэффри? — Сзади, из туннеля, раздался мужской голос. — Инспектор Кэффри… вы здесь?
— Да! Кто это? — Переступая по плашкам, он подошел к выходу. — Что там случилось?
— Группа поддержки, сэр. Вас разыскивают. Молодая дама. Не может до вас дозвониться. Говорит, что-то серьезное.
— Иду. — Он сделал знак медэксперту и оэмпэшнику и, пригнувшись, пошел назад по туннелю. Офицер из группы поддержки стоял в смотровой яме, загораживая свет своим мощным торсом. Кэффри увидел в поднятой руке, как раз под шасси старой «кортины», мигающий мобильный телефон.
— Приходится стоять тут, босс, чтобы не пропал сигнал.
Кэффри взял его мобильник и легкой походкой, принятой у оэмпэшников, пересек ангар и высунулся в окно, щурясь на леденящий свет.