Лжепринцесса для Драконов

Однако ни строчки, ни слова не было на ней нанесено, лишь тусклый греб, который я где-то видела прежде. Точно. Диргары!
Я метнулась к одной из книг, где рассказывалось о семье ректора и отыскала точно такое же изображение. И что это дает?
Да ничего! С какой стати мне вообще показалось, что это какой-то знак судьбы или что-то важное? И не просто показалось. Это чувство до сих пор было со мной.
Немного поразмышляв, я перевернула страницу и обнаружила фотографию, на которой стояло несколько человек.
Высокий и златовласый, судя по всему, сам Рап Шэр Диргар, рядом его жена синяя дракониха. Дальше ректор, тут ему было от силы лет двадцать, и потому я даже хихикнула. Не такой уж и страшный.
Рядом стояла девушка помладше, примерно, как я, наверное, та самая Лея, которая погибла в схватке с заговорщиками. Кто ее вообще пустил туда, когда сама была еще ребёнком?
Мысль о том, что я смотрю на лица тех, кого уже нет в живых, кто отдал себя во блага мира, кольнула в сердце. Я не смогла бы поступить также самоотверженно, как эта златовласая девчонка.
Мне стало ее настолько жаль, что заболело сердце.
— Рипт София! — голос ректора раздался прямо над ухом, и я подскочила. Не от неожиданности, а от того, сколько возмущения скользнуло в интонации. Острые глаза ректора, с трудом оторвались от снимка его покойной семьи и переместились на меня. — Какой интерес у вас к моей родословной?!
В нем пылала такая претензия, что даже каменное лицо затрещало.
— Рипт Руг дал нам задание изучить подавление заговора воскрешения Рихессара Безумного, — выпалила я на одном дыхании.
Кажется, Диргар ожидал от меня какой-то другой ответ. Думал, я копаюсь в его белье? Выискиваю слабости?
— Кхм. Понятно, — сказал он, обретая свой обычный облик каменного великана и собирался вроде ретироваться, как заметил в моей руке карточку, которую я тут же спрятала за спину.
— Рипт София, — поднялись на меня вопросительные глаза, и пришлось протянуть свою находку ректору.
Пока он ошарашенно смотрел на герб своей семьи, я внимательно считывала его реакцию, стараясь не упустить ни толики эмоций на его ровном лице. И готова поклясться, этот клочок бумаги его взбудоражил, хоть он пытался это скрыть.
— Где ты это взяла? — спросил он вроде бы равнодушным тоном.
— В книге рецептов джема.
Кажется, он решил, что я издеваюсь.
— Правда. Она выпала с той полки, а в ней была записка.
— Выпала, говоришь? — переспросил Диргар. Трижды, но он об этом умолчу.
И дураку понятно, что просто так книги не валятся на ровном месте. Тем более в магической Академии.
— Да, — кивнула я.
— Кто-нибудь был рядом с тобой?
— Нет, — покачала я головой, пытаясь рассмотреть в лице ректора еще хоть что-то, но он полностью вернул контроль над эмоциями и мыслями.
— Что ж, поздравляю. Не знаю почему, но это письмо выбрало тебя, — вернул он мне открытку.
— Что значит «выбрало»?
— Значит, оно видит в тебе то, чего пока не вижу я. Но скоро это исправлю, — сказал рипт, и все желание изучать его тут же пропало.
Мы вернулись к игре в подозрительного ректора и адептку со смертельно опасными тайнами.
— Когда текст откроется тебе, дай мне знать, — попросил ректор, начиная прожигать меня взглядом. — Думаю, не нужно объяснять почему.
Дайте прикинуть. Потому что, на нем ваш герб?
— Непременно, — солгала я.
Почему солгала?
Потому что, если верить словам ректора, это письмо само выбрало меня. Меня, а не его. И поэтому, чтобы я там не увидела, Диргар будет последним, кому я об этом скажу.
Я же не идиотка давать ему еще один повод наблюдать за мной повнимательней.
— Не засиживаетесь допоздна. Вам следует отдохнуть перед завтрашним днем.
А что у нас завтра, раз о нем так важно сейчас упоминать?
— Вы же помните про Церемонию Приобщения?
Дракон меня за ногу!
  
Глава 21. Лабиринт
 
Диргар сказал, что текст мне откроется, но, увы, сколько бы я не колдовала, бумага осталась чистой.
Может быть, нужно поискать другой метод или заклинание посильнее?
 
— Ну, карточка, давай, яви свои секреты! — шепнула я злосчастному листу с приметным гербом.
Увы, у него не было никакого желания мне подчиняться.
Я провозилась еще час, а потом, психанув, убрала открытку в гримуар. Мне показалось, что книга, открывающаяся только мне — самое лучшее место для того, чтобы что-то там спрятать.
Перевернулась на другой бок и выдохнула. В день проведения Церемонии Приобщения, что была сродни инзанийскому обряду Посвящения, занятия не вели, чтобы дать адептам, как следует отдохнуть перед насыщенным вечером.
А насыщенным он должен был быть потому, что помимо вечерних гуляний, шестёрку адептов-новичков ждало испытание- сюрприз.
Выбирались для его прохождения те, кто сумел себя проявить за пару недель обучения. Учитывая, что мне открылся гримуар, я вполне могла оказаться в их числе.
Но позор с «шель шэ касис» вставал на другую чашу весов.
В любом случае, мне не нужно больше привлекать к себе внимание. Если испытание крови избавило ректора от подозрений насчет того, что я не та, за кого себя выдаю, то вопрос с фокусами магии остался открытым.
Я бы предпочла вообще провести этот вечер в комнате, но ведь нельзя?
Вселенная, словно услышав мой вопрос, дала ответ стуком в дверь. После чего в комнату вошел Тьюдо. Он глянул на значок магического переводчика, небрежно валяющийся на прикроватной тумбе, и расположил с ним рядом светло-серый камень в серебряной оправе.
Артефакт? Блокатор?
— Сегодня на Церемонии Приобщения будет испытание. Не принимай в нем участие, — Тьюдо обошелся без приветствия. Славно.
Я бы хотела просветить его о том, что там участников выбирают вовсе не по желанию, но не стала надрываться.
— Поняла.
— А если так случится, что отвертеться не получится, будь осторожна, — велел он Зеркалу не убить случайно Софию. — Диргар что-то подозревает.
Уж я-то знаю почему. Но как бы вернуть Тьюдо к разговору, от которого он ушел прежде?
— Разве испытание крови не уняло его подозрения? — спросила я.
— Это убедило его только в том, что ты не поддельная принцесса. Но твоя странная магия по-прежнему создает много проблем, — выдал он совсем не то, на что я рассчитывала. Погодите….
— Вы знали…? — выпалила я, опять позабыв, что у Зеркала не должно быть всплеска эмоций. Но Тьюдо не разозлился и вроде как даже хотел услышать вопрос до конца. Да и я не готова была уступать, хотя стоило было бы. — Вы знали, что моя магия дает сбои?
— Думала, сможешь это утаить? Лучше бы мы это поняли до того, как ты оказалась в Эдэрхе.
— В Инзании ничего подобного не происходило. Мутация началась здесь, — заверила я.
— Мутация? — одна бровь вверх, как всегда.
— Так рипт Диргар выразился, — пришлось объяснить.
— О чем еще вы говорили? — это звучало не как вопрос, а как упрек в утаивании информации.
— Вы и так все знаете.
Тьюдо не поверил.
— Сначала он полагал, что это происходит из-за касания к драконам. Так было с Эмбером и Дарко, — при упоминании последнего по телу пошла дрожь. Даже губы защипало, точно их только что вновь коснулись. У-ух! — Но лишь раз. Потом это не повторялось.
— Стоило сказать раньше, — выразил недовольство Тьюдо.
— У вас есть предположение, в чем может быть причина? — спросила я, и Марш посмотрел на меня так, словно я должна была немедленно заткнуться.
И почему всем вокруг так хочется утвердиться за мой счет? Уже начинает порядком раздражать.
— Я это выясню, — обещал он, пристально глядя мне в глаза. В те самые глаза, что я вопреки здравому смыслу, сейчас отказалась опустить в пол.
— И еще. На счет мальчишки. Того второго принца. Мне не нравится, что он болтается вокруг тебя. Помни, что ты София и не мешай работу с чувствами, пока мы оба не оказались на виселице, — велел Тьюдо перед тем, как покинуть меня.