Инвестиго, из медика в маги. Том 3 (СИ)

— Насчёт сроков не скажу — я не главный. Ресурсы... Если ты про кристаллы, — он разлохматил здоровой рукой свою шевелюру. — Извини, это очень важная информация. Я, правда, не могу ничего лишнего рассказывать.
В этот раз прозвучало более искренне, но Марк понимал его. Он бы и сам никому ничего не говорил. Праст, по его меркам, даже слишком много разболтал. По крайней мере, Марк узнал масштабы движения — теперь это не казалось романтической детской шалостью заигравшегося дворянчика. Всё намного серьёзней и за этим стоят влиятельные люди.
Они сели на стулья у барной стойки и заказали напитки. Праст посматривал на двух барышень, всем видом подававших сигнал, что они не прочь хорошенько провести время в мужской компании.
— Итак, ты хотел о чем-то попросить? — вернул его к реальности Марк.
— Разве?
— Не извиняться же ты меня позвал? — заказанный им сок приятно утолял жажду через соломинку. — Не расшаркивайся, выкладывай, — Марк слегка постучал указательным пальцем по трубочке, чтобы мякоть не закупоривала просвет.
— Мне тут птичка в клювике принесла... — Марк поморщился после этих слов, — ладно скажу нормально — нам нужен твой книгопечатный станок, — ответил Ли и, сдунув пену с пива, осушил бокал наполовину.
— Хм.
Марк немного задумался. Если честно, он не ожидал, что вся эта компашка так быстро сообразит ценность данной технологии. Печать листовок позволит им быстрее вербовать новых сообщников и заявить массово о себе, посеять в умах сомнения. Ведь даже не важно «за» ты или «против». Если во время бучи ты не примешь чью-то сторону, то это уже будет считаться победой революционеров. Им не будут мешать.
Издатели получат станки только после первой публикации книги о королевской семье. Отдавать разработку Ли раньше срока раскрытия патента — самоубийство. Именно эти мысли он и изложил замаскированному аристократу.
— Мы понимаем и не торопим. Просто хотим занять очередь — не более.
Доказать потом причастность Марка будет сложно, так что он не видел никаких препятствий, кроме одного.
— Вам придётся совершить бутафорский налёт на одно из издательств.
Это должно потом объяснить, откуда у подпольщиков чертежи печатного станка.
— Легко, — Праст допил пиво и встал, поправив воротник. — Если это всё, то я сейчас вернусь с нашим десертом, — и подмигнул.
Минуты две-три он о чём-то разговаривал с приглянувшимися девушками и вот они уже у барной стойки. Одна на коленях у Праста, другая подсела к Марку.
— Что будем пить?
Девушки заказали слабоалкогольные напитки и, смеясь и чокаясь, все выпили за знакомство. Марку досталась фигуристая дама с серебристыми волосами. Их стулья были максимально близко сдвинуты. Она иногда игралась с его волосами, стараясь как можно чаще прикасаться к нему. Одну из таких попыток он почувствовал ногой.
Незаметно сместив взгляд вниз, он увидел на её стопе небольшую извивающуюся татуировку — то ли змея, то ли витиеватая вязь. В прочем, без разницы. Он был не против обнимашек. Ну, может быть, и чего-то более серьёзного.
— Дружище, я тебя попрошу больше так не делать, — Марк услышал как Ли обращается к незнакомому мужику, сидевшему слева от дамы Праста.
— Всё, всё. Понял тебя, я просто спросил, — примирительно поднял руки массивный работяга, прямо-таки сочившийся жизненной энергией.
До этого Марк слышал, как тот часто хохотал над шутками своего товарища, но это особо не мешало — здесь всё же место отдыха. Только вот что он такого сделал сейчас?
— Не обращай внимание, — притянула его к себе назад местная эскортница. — Лучше расскажи, что там дальше с твоим турниром произошло? Люблю сильных мужчин, — она игриво толкнула его плечом.
Марк опять втянулся в беседу, но временами посматривал в сторону Ли Праста и, кажется, понял, что произошло. Как это бывает с напившимися, мужичок по соседству попутал берега и иногда встревал в беседу однорукого аристократа со своей дамой. Причём делал это максимально бестактно — накрывал ладонь девушки своей, чтобы обратится.
Марк видел раньше, как злится его бывший учитель фехтования, но сейчас на лице Праста практически не было эмоций — он пил своё пиво и временами закусывал маленькими колбасками. Запустив очередную вкусняшку в рот, он вдруг пригвоздил вилку в снова потянувшуюся мужскую руку. Мужик истошно заорал.
 
— Малышка, ты пойди пока за другой столик. Нам тут поговорить надо, — и шлёпнул её по заднице.
Жрица любви, сидевшая с Марком, тоже встала, поправляя платье, и ретировалась, не желая участвовать в скандале.
— Что происходит? — спросил подошедший бармен, но когда увидел лужу крови на стойке и торчащую из руки постояльца вилку раздражённо приказал. — Так убирайтесь на хер отсюда.
Марк быстро отсчитал деньги и накинул сверху.
— Это за попорченный инвентарь, — добавил он, отдавая деньги.
— Но мы же ничего не испортили? — Ли под очередной крик боли вынул из ладони мужика столовый прибор и отдал её бармену. — Вот видишь? Совсем как новенькая, — после этих слов он вынужден был увернуться от колхозного удара дружка пострадавшего. Тот полетел на стойку и сбил своей рукой несколько бутылок.
Откуда-то с погреба выбежало четыре массивных мужика, и вытолкали всю компанию наружу. Там и продолжилась кулачная драка.
Ли не использовал магию и Марк тоже, поддавшись искушению, с азартом принялся дубасить своего противника. Парочка усилений от дистортов и тот уже валялся на земле, держась за бок. Подросток отмудохал взрослого. И такое случается, дружище. Помогать Прасту он из интереса не стал. Оба противника были, считай, на равных. У того нет руки, у другого она недееспособна. Битва параолимпийцев.
Мужик совсем слетел с катушек и зверем бросался на не отличавшегося внушительными габаритами аристократа. Прыгая и уворачиваясь, Ли бросил ему на ходу.
— Может, ты уже поможешь?
Проходившие мимо люди шарахались в стороны, но никто особо не возмущался. Видимо, это в порядке вещей. Марк нашёл себе удобное место обзора — крыльцо одного из домов и, присев на него, стал наблюдать за происходящим.
— Давай, дружище, я болею за тебя!
* * *
Прошло три дня. Походив ещё немного в библиотеку, Марк вспомнил, что нужно навестить семейство Куско. В свете последних событий у него как-то вылетела из головы такая возможность. Слишком зациклился на себе.
Его тепло приняли и пригласили перебраться из пыльной гостиницы в удобные апартаменты до конца лета. Клэр и вовсе предлагала ему и жильё на постоянной основе, но Марк твёрдо решил заново вкусить всех прелестей жизни в общежитии.
Да, когда взрослеешь, это уже перестаёт быть романтикой и предпочитаешь удобства, но здесь он видел большие возможности для новых знакомств и социализации. Ведь, по большому счёту, учёба в высшем заведении это не только про получение знаний и навыков — связи, которые ты там получаешь, тянутся потом через всю жизнь. И они наиболее крепкие.
Если Марк хочет провести свою революцию, некий слом в сознании — ему нужно начинать с таких вот низов. С будущего поколения. А если не сможет, то и чёрт с ним — будет писать книжки.
Сейчас он помогал с работой в магазине Куско. Нет, он мог вообще лежать на диване и плевать в потолок — денег хватало на любую прихоть. Просто хотелось смены деятельности. Пожить другим трудом что ли, чужой жизнью, чтобы разобраться со своей.
Каждый день он помогал выставлять товар. Протирал пыль, подметал возле заведения и ассистировал мастеру при огранке кристаллов. Прасты продавали инкрустированные украшения.
Огранка, если её так можно назвать, происходила при помощи деревянного стилуса из оккапури. Маг направлял в эту тонкую палочку поток маны и тем самым расшевеливал общую синюю массу внутри кристаллической болванки. По-другому согнать в угол концентрированную ману невозможно. Правда и запасов маны от мастера требовалось много. Марк любезно отдал себя в пользование как бочонок с магической энергией.