Шестое правило дворянина (СИ)

В самой дальней части поселка как вишенка на торте раскинулся большой парк, за которым виднелся небольшой двухэтажный особняк. Ну как небольшой, по сравнению с Кремлевским дворцом, разумеется. По нему сразу было видно, что строился он давным-давно и с тех пор его внешний вид не менялся, а лишь реставрировался.
Миновав несколько блокпостов, я уперся в последний из них, который стоял перед огромными воротами с гербом Романовых. Здесь уже была скорее дань традициям — в отличие от предыдущих, на этом уже красовались гвардейцы в зеленых мундирах, а не хмурые парни с угрожающими взглядами.
Меня сопроводили в просторный белый шатер, который поставили прямо в парке, посреди сочной зеленой травы. Николай Александрович вышел мне на встречу, а его приветственное рукопожатие на этот раз было особо крепким.
— Рад видеть вас у себя в гостях, Владимир Михайлович, — сказал он и хлопнул меня по плечу. — За последние пару дней о вас столько пишут в Британской империи, что вы стали популярнее меня.
— Не хотел, чтобы так вышло, Ваше Императорское Величество, — сказал я в свое оправдание. — Насколько я успел сегодня прочитать — там половина написанного сплошная ерунда.
— Ну почему ерунда? Наоборот, — усмехнулся он. — Мне даже нравится, что они такого высокого мнения о вас.
— Там не только моя фамилия, Николай Александрович, — сказал я, не собираясь присваивать себе нашу общую заслугу.
— Разумеется, но в основном пишут про вас, согласитесь, — он указал мне на выложенную камнем дорожку, которая петляла среди аккуратно подстриженных кустов и газона. — Вы не будете против немного прогуляться перед ужином? Чтобы, как говорится, нагулять аппетит?
— Как угодно, Ваше Императорское Величество.
— Сопровождать меня не нужно, — он махнул рукой стоявшим возле входа в шатер гвардейцам, и мы неспешно пошли по дорожке.
— Про основную часть вашего успешного похода я уже знаю из отчета, который вы пару часов назад отправили в Департамент и должен сказать, что вы отлично поработали, — сказал Романов после того, как мы сделали пару десятков шагов.
— Благодарю.
— Осталось сделать не так уж и много, а там и победа не за горами.
— Большая половина, — на всякий случай напомнил я ему. — Так что самое трудное еще впереди.
— Начало положено, а дальше дело времени. Думаю, победа непременно будет за нами.
— Если в это не верить, то не стоило и начинать, — сказал я.
— Мне нравится ваш подход к делу, Владимир Михайлович, — улыбнулся Романов. — Люблю, когда юноши вашего возраста с оптимизмом смотрят вперед. Знаете, в последнее время это не так уж часто случается.
Я ничего не стал отвечать и некоторое время мы шагали молча.
— Хотя сейчас и в самом деле весьма непростой период для нас, — сказал он и провел рукой над кустом, будто пытаясь срезать его верхнюю часть.
— Вы про некромантов?
— Не только. Я не слишком люблю заглядывать далеко вперед и строить прогнозы, но учитывая обстановку — приходится, — сказал он и нахмурился. — Главное, что меня беспокоит — наши потери, которые мы несем в этой войне. Боюсь, как бы мы не оказались слишком обескровленными и в какой-то момент не стали добычей...
— Врагов всегда предостаточно, Ваше Императорское Величество. Даже не сомневаюсь, что найдутся те, кто может решиться на какой-нибудь отчаянный шаг.
— Рад, что вы это понимаете, виконт, а потому я думаю не будете возражать, если я отправлю вас в гости к нашим японским друзьям? — спросил он. — Думаю о том, что компания подберется что надо, говорить вам необязательно — сами догадываетесь.
— Когда нужно ехать, Николай Александрович?
— Вообще-то Фумихито просил о срочной помощи — слишком сильно переживает за своего некроманта, — с улыбкой посмотрел на меня Романов и подмигнул. — Но мы не будем слишком торопиться. Пусть понервничает еще пару дней. Он слишком долго раздумывал перед тем, как подписать пакт о ненападении, теперь моя очередь потянуть время.
Я слушал молча, делая выводы из сказанного, которые лично для меня были вполне очевидны. Император хочет обезопасить свою спину, если Британские львы решат попытаться допрыгнуть до нашего орла, поэтому и подписал с Японской империей этот пакт.
 
Вот только есть один нюанс, который всегда меня смущал — все эти договора легко превращаются в туалетную бумагу, когда на кону появляются серьезные ставки.
— Вы верите в этот пакт? — осторожно спросил я, немного опасаясь как бы Император не решил, что я собираюсь давать ему советы. Хотя, раз уж он сам заговорил со мной на эту тему, то почему бы и нет?
— Верю? Конечно нет, виконт. Разве можно верить Фумихито, который спит и видит, как надо мной заколачивают гробовую доску? — спросил он, еще раз подтверждая, что далеко не глуп. — Поверьте, я прекрасно отдаю себе отчет, что верить в это было бы слишком наивно. Однако на это есть причины. Во-первых, это лучше, чем ничего. По крайней мере с его стороны это будет выглядеть очень некрасиво. Во-вторых, я все-таки надеюсь, что он призадумается. Своей поездкой в Британию вы дали ему прекрасный повод для этого.
— Рад, если это так на самом деле.
— Даже не сомневайтесь в этом. Он подписал документ сразу после того, как появилась информация о смерти Джорджа Манчестера и Оливера Годольфина, — сказал Николай Александрович и помахал рукой гвардейцу, которого я сразу и не увидел — настолько удачно был замаскирован его наблюдательный пункт. — Таких совпадений не бывает и это был довольно решительный шаг с его стороны. Представляю, как будут недовольны англичане, когда узнают об этом.
— Я к вашим услугам, Ваше Императорское Величество.
— Это хорошо, — кивнул он. — Приятно осознавать, что я в вас не ошибся, виконт. Между прочим, после вашей поездки я буду рад вновь увидеться, — он похлопал меня по плечу. — Думаю, вас будет ждать приятный сюрприз.
— Вообще-то я сюрпризы не очень, — с улыбкой ответил я. — Разве что они и в самом деле приятные.
— Даже не сомневайтесь, — заверил он меня. — Ну а пока расскажите мне про дуэль с Манчестером. В своем отчете вы практически не пишите об этом, а я большой любитель понаблюдать за хорошей дуэлью. Так что, хотя бы мысленно поприсутствую на ней.
Чувствовалось, что Романов получает удовольствие от моего рассказа. Он часто хохотал, радостно потирал руки и даже попросил меня пересказать ему заново несколько интересных моментов. Пока я подробно рассказывал Императору про дуэль, мы сделали круг по парку и вновь вернулись к шатру.
— Что же, отлично, виконт! — подвел он итог. — Теперь можно и к столу — после такого рассказа не грех и немного выпить.
Внутри шатра оказался сервированный стол с легкими закусками, а вот горячее нам пришлось немного подождать. Так что мы скоротали время за разговором и вином.
Николай Александрович потребовал от меня обстоятельного рассказа про наши приключения после того, как мы вернулись из Портала. Несколько раз недовольно поморщился, когда я ему рассказывал про свои беседы с англичанами, но никак не комментировал. Видимо, просто сделал для себя кое-какие выводы, которыми не стал со мной делиться.
Ну а к тому времени как я закончил, нам уже все принесли, и мы принялись за еду. Ужин оказался отменным. Подавали утку, расстегаи с перепелками и малиновый шербет на десерт.
За разговором время пролетело незаметно, так что в Ясные Горки я вернулся уже поздно — около десяти часов вечера.
Вот только мое хорошее настроение испортилось сразу же, как я оказался на территории своего владения. Вместо тишины и покоя, который обычно царил здесь в это время суток, сегодняшний вечер стал исключением.
Ко мне в гости пожаловал Верховцев, который разговаривал на повышенных тонах с каким-то незнакомым мне господином в сером костюме. Тот стоял перед моим начальником службы безопасности с опущенной вниз головой и лишь иногда поднимал ее и пытался что-то говорить.
Однако вставить какие-то слова удавалось ему редко — Леонид Александрович не оставлял ему никаких шансов.