Шестое правило дворянина (СИ)

Вот только не задержался в ее теле, а полетел дальше, сокрушив в конце своего пути одну из стен замка. Твою мать! На червяке даже следов никаких не осталось! Такое ощущение, что он даже не заметил попытки Алексея его прикончить!
Резко запахло гниющей плотью. От сладкого запаха разложения меня замутило и захотелось выблевать утренний чай, который сейчас явно казался лишним в моем желудке лишним.
Червь стремительной белой лентой метнулся в сторону Василисы, я попытался замедлить его и в этот момент грохнуло еще раз. Перед червяком появилась каменная стена, в которую он врезался будто мощным тараном, пробив в ней дыру.
Но это было все, на что его хватило. Из внушительной пробоины вылезла его мерзкая безглазая голова и перед нами раскрылась его огромная пасть, которая была полностью усеяна длинными и острыми зубами. Они напоминали острые пики, торчавшие из белой, практически прозрачной кожи.
Какую нужно иметь силищу, чтобы даже мое замедление не смогло остановить его! От нахлынувшего на меня приступа злости я создал Огненный шар с метр в диаметре и запустил его червяку прямо в раскрытую пасть.
— Подавись тварь!
Зловонный запах гноя смешался с едким смрадом горелого мяса и коридор огласил пронзительный визг. Стена рухнула и тут же разлетелась в пыль, будто и не было ее вовсе — действие заклинания закончилось.
Червяк бился своим мощным телом о деревянные стены, которые жалобно трещали и ломались от могучих ударов. Шум стоял такой, будто все вокруг рушилось. Отчасти так оно и было — в коридоре происходил маленький апокалипсис. Я думал, что это его смертельная агония, но нет...
Пасть червя разорвалась сначала на три части, потом следующее кольцо на четыре, а потом этих частей стало просто не сосчитать. И с каждым мгновением она становилась все шире и шире. Странная картина. Будто гигантский хищный цветок собирался сожрать нас как каких-то букашек.
В этот момент сразу несколько заклинаний полетело в него. Мой Огненный шторм и еще чья-то Ветвистая молния. Червя поглотило призрачное марево из жара, внутри которого били молнии. И в этот момент его вывернуло наизнанку.
Червь превратился в покрытый зубами шар, который начал медленно катиться неумолимо приближаясь к нам. Я вновь применил магию времени, чтобы остановить его и дать нам хоть немного драгоценных секунд, но он все равно продолжил свое движение. Пусть это было очень медленно, но совсем остановить его у меня не получалось.
Вдруг, мы на каком-то интуитивном уровне поняли друг друга без слов и произошло вот что.
Минин превратил его в ледяной куб, который Алабин мгновенно окружил каменными стенами, а дальше уже была моя очередь. Я раскалил камень докрасна со всех сторон окружив его Огненными стенами.
Несколько секунд мы не слышали ничего — лишь оглушительный треск, стоявший от ударов червя об камень. Затем он сменился глухими ударами, а спустя еще немного времени до наших ушей донесся жуткий тоскливый стон, после которого стало тихо.
После обилия громких звуков тишина казалась абсолютной и будто давила на нас. Но это ощущение быстро прошло, и мы сняли контроль над своими заклинаниями.
Сначала исчезли стены, а затем хлынула вода, которая исчезла до того, как успела окатить нас. Никаких следов от червя не осталось и лишь жуткий пролом в полу, да искореженные от его ударов стены напоминали нам о том, что здесь только что произошло.
— Вот сука! — услышал я радостный крик Минина. — Сдох все-таки, выродок некромантский!
  
Глава 18
 
Испанское королевство. 
Остров Пальма. 
Резиденция Хавьера Рабадана. 
Гром гремел так, что в резиденции дрожали стекла, а лежавшие около ног Кардинала мастифы нервно вздрагивали от каждого раската. Давненько на острове не было ничего подобного. Погодка сродни скверным новостям, которые принес ему один из его пяти верных сенешалей.
Конкретно этого звали Алонсо Кампана. Также он имел кличку Шакал за то, что был чем-то похож на это животное. Невысокий, щуплый, жилистый, с отличной врожденной интуицией — он всегда каким-то чудом умудрялся оказываться именно там, где это было необходимо.
 
Магистр поставил этого парня ответственным за дела в Европе всего четыре года назад, но еще ни разу не пожалел об этом. Отчасти из-за его врожденной удачливости, а где-то благодаря сверхчеловеческой жестокости, но Кампана не провалил еще ни одного порученного задания и вот тебе пожалуйста — случилось первое.
Причем произошло это как-то совсем не вовремя, перед тем самым моментом, когда Кардинал всерьез задумался перевести парня на более ответственный участок в Азию, где всегда работы было намного больше. По сравнению с азиатами, Европа казалась тухлым болотом, в котором никогда и ничего не происходит.
Более того, Хавьер Рабадан всерьез полагал, что этот пронырливый и везучий человек способен заменить его на посту магистра, когда тот решит отправиться на заслуженный отдых. И вот, что он слышит? Просто какая-то ерунда из области фантастики.
Нет, неудачи время от времени происходили и у «Людей Браво», но чтобы погибло сразу двое — на памяти Кардинала такого не случалось пока ни разу. Да еще и задание в итоге выполнено не было, а это уже совсем из ряда вон.
За окном в очередной раз раскатисто громыхнуло. Шакал нервно посмотрел за стекло, в которое ожесточенно лупили тяжелые дождевые капли и нахмурился — мерзкая погода была похожа на его настроение.
Магистр погладил подбородок и задумчиво уставился на своего сподручного. Нет, что-то здесь не клеилось. Какой-то диковатой выходила вся эта история.
— Позволь, Алонсо, я спрошу еще раз... Правильно ли я понял, что убиты оба?
— Именно так, великий магистр, — поморщился Кампана, который понимал, что Кардинал больше любит когда ему сообщают хорошие новости, а не такое вот... Но что поделать, он и сам был не против поделиться чем-то приятным, но вот сегодня как-то радостей не завезли совсем.
— Любопытно... И ты говоришь, что наши люди попали в руки тайной канцелярии Российской империи, я ведь прав?
— Совершенно верно, великий магистр.
— Выходит, что он теперь знает, кто хотел его убить? — задал очередной очевидный вопрос Кардинал, скорее рассуждая вслух, чем ожидая ответов от сенешаля.
— Если он не полный идиот...
— Судя по тому, что я только что услышал — это не так, — сказал Хавьер Рабадан. — Идиотам не свойственно убивать сразу двух наших парней. Причем делать это с такой легкостью, как будто мы отправили к нему в гости парочку клоунов, а не наших лучших людей. Ведь это были лучшие, так?
— Одни из лучших, великий магистр, — мрачно согласился со своим шефом Шакал.
— Значит, я не ошибся... Может быть ты не все рассказываешь мне, мой друг? Если так, то не бойся — я не стану наказывать тебя, если вы где-то прокололись. Рано или поздно это может случиться со всяким, даже с тобой.
Алонсо бросил быстрый взгляд на Кардинала, который внимательно смотрел на него и невольно поежился — вот такая интонация в голосе это совсем плохо. Когда магистр начинает разговаривать с тобой будто он любящая тебя всем сердцем мать, то значит, что и гневный припадок где-то недалеко. Вот же мерзость какая...
— Нет, все было сделано согласно плану, — твердо ответил он. — Была проведена предварительная подготовка, чтобы сбить с толку охрану Соколова и снизить бдительность. Дело шло как обычно — нам все удавалось.
— До самого последнего момента, — закончил за него Рабадан. — Видимо сам он оказался не промах, раз уж прикончил наших людей.
— Не знаю, как так вышло, — честно ответил Шакал, который и сам был в полном недоумении от произошедшего. — Расправиться сразу с двумя нашими людьми — это под силу немногим. Похоже, барон Леонор де Линьола подсунул нам крысу, великий магистр.
— Что ты хочешь этим сказать, сенешаль?