Шестое правило дворянина (СИ)
— Это хорошо. Тогда скажи мне вот что... Род де Линьола еще занимается своим ремеслом?
Какое-то время Испанец раздумывал над ответом, а затем сказал.
— Госпожа, мир изменился, теперь не принято решать вопросы при помощи одних лишь стилетов. Все стало намного сложнее и обычаи стали воспринимать как безумные пережитки прошлого, — он вздохнул. — Сейчас намного проще уничтожать врагов финансово, а не устранять физически. Поэтому теперь мы предпочитаем действовать другими методами. Более... кхм... прогрессивными. Наша семья теперь предпочитает множить капиталы, а не резать по ночам своих врагов в их теплых постелях.
— Жаль слышать об этом, я рассчитывала на другой ответ и хотела попросить тебя вернуть долг. Но, видимо, ты и в самом деле прожил слишком много в нашей Империи, и успел нахвататься местных ценностей. У тебя даже акцент пропал...
— Госпожа, я наслышан о вашем горе и соболезную вам... Но если вы хотите, чтобы я отдал свой долг кровью чужой, то мне придется вам отказать.
— Почему ты думаешь, что я этого захочу?
— Потому что я не дурак, ваше сиятельство, — пожал плечами Испанец. — И понимаю о чем и о ком идет речь. Всему городу известны причины, по которым ваш сын оказался в подвале тайной канцелярии. Вас ведь интересует Соколов, не так ли?
— Верно, барон. Меня интересует, чтобы он сдох как можно скорее!
— В таком случае я дал вам свой ответ.
— Ответ? Ты просто послал меня к чертовой матери Леонор де Линьола, вот каким был твой ответ! — герцогиня сжала ручки кресла с такой силой, что побелели костяшки ее тощих пальцев. — Не этого я ждала от тебя!
— Прошу простить, — ответил барон и нахмурился. — Но времена и в самом деле изменились.
— А что ты скажешь, если я предложу тебе плату?
Испанец демонстративно посмотрел по сторонам и остановил свой взгляд на нескольких выдернутых досках из пола.
— Не переживай, Леонор, мне есть что тебе предложить. Думаю, мое предложение тебя заинтересует.
— Даже не знаю, что бы это могло быть.
— Что ты скажешь о Пелене? — спросила герцогиня и ее тонкие губы растянулись в улыбке.
Услышав эти слова, барон оживился и с интересом посмотрел на Бирюкову.
— Госпожа, эти артефакты были уничтожены все до одного. Они запрещены во всем мире...
— Не все, барон. Один из них сохранился. И ты получишь его, если заплатишь свой долг.
Леонор де Линьола нахмурился. Награда, конечно, хорошая. Имея Пелену, в этом мире можно добиться многого. Получить полный контроль над разумом человека, без его на то желания и сделать с ним все, что вздумается — это очень полезно. Особенно когда человек того стоит.
— Откуда он у вас?
— Неужели ты думаешь, что я стала бы тебя обманывать? — фыркнула Амелия Захаровна. — За кого ты меня принимаешь? Впрочем... Для твоего успокоения... Ты помнишь историю с Кашкаровым?
— Он был казнен за хранение и использование запрещенных артефактов. С тех пор, наверное, уже лет двадцать прошло, — ответил Испанец. — Это было громкое событие.
— Двадцать два года, если быть точной, — кивнула Бирюкова. — Как ты думаешь, какой артефакт был одним из них?
Барон впился взглядом в герцогиню. То, что она сейчас говорит, можно проверить. Достаточно еще раз побеседовать с ней, захватив нужный артефакт, который подскажет врет она или нет. Но даже без артефакта он был уверен, что она говорит правду. А если это так...
— И этот артефакт может отправиться в сокровищницу рода Де Линьола, барон... Навечно... И будет служить вам до тех пор, пока в вашем роду не переведутся мужчины...
Глава 3
Как и обещал Император, несколько дней после того, как я вернулся из Алтайского княжества, меня и в самом деле никто из Департамента не беспокоил. Я воспользовался этой возможностью, чтобы спокойно, без особой спешки разобраться со своими делами.
Мы еще раз встретились с моими ребятами в «Кремль-плаза», и они изложили мне свои соображения относительно моих распоряжений. Ну а потом обсудили перспективы, которые открылись перед компанией «Ермолов и партнеры» после того, как Салтыкова уступила нам свою долю в предприятиях принадлежавших раньше моему отцу.
Так, одним росчерком пера, я стал дольщиком почти десяти компаний самого разного уровня и алмазом в этой коллекции стала «Транснефть-Эрго». Правда этот алмаз еще предстояло огранить и избавиться от всех остальных нахлебников в лице Болотова, Морозова и немцев. Но этим вопросом ребята займутся чуть позже, после того как мы закончим с алюминиевым заводом в Красноярском княжестве.
Разумеется, вся эта история среди аристократов и в деловых кругах произвела эффект разорвавшейся бомбы. Новостями об этом был забит весь интернет, а Давыдов только и успевал докладывать мне о новых предложениях, с которыми обрушились на нас со всех сторон.
Причем самых разных предложений. Инвестиции, сотрудничество, продажа активов сомнительной полезности... В общем, Матвею Всеволодовичу за эти дни пришлось изрядно попотеть. Потом суета понемногу стихла и все вошло в более-менее привычное русло.
Кроме того, я успел навести относительный порядок в Ясных Горках после спешного переезда из Барвихи. Бьянка с Аксиньей взяли себе по паре помощниц, так что управляться им стало полегче.
Про Никодима я тоже не забыл, разрешив взять себе толкового помощника. Так что мой жандарм в отставке тоже времени зря не терял и за пару дней нашел себе, как он сказал «заместителя» по имени Гаврила.
Высокий, обстоятельный и статный мужик с пышными усами, произвел большое переполох среди женской части. Особенную симпатию он вызвал у Аксиньи, которая то и дело просила у Бьянки испечь для него пирогов.
В общем, все понемногу наладилось и вошло в колею. Так что, когда меня набрал Гринев и сообщил, что ждет меня в Департаменте — я был к этому готов и даже успел заскучать за службой. Было интересно выяснить, чем закончились эксперименты с ящером, которого забрала от меня Соловьева пару дней назад, и как дела с артефактом.
Все-таки Шушик провел в лабораториях не один день, да и все время думать, как там дела у Василисы тоже надоело — никаких нервов не хватит. Хотя, после того, как мы навсегда упокоили парочку некромантов в Василисином Царстве, они несколько снизили активность и о новых смертях Одаренных я не слышал.
Аншеф встретил меня в невеселом расположении духа, и причина этому стала ясна после первой же сказанной им фразы.
— Привет, Соколов, — хмуро поприветствовал он меня, после того, как я сел на свое привычное место. — Надеюсь, ты хорошо отдохнул, пока нас тут начальство съедает?
— Не могу сказать, что я отдыхал, Василий Денисович, — ответил я. — Скорее, сменил обстановку.
— Да? Странно. А нам вот велели тебя не трогать пока ты в отпуске... Сам Николай Александрович распорядился, между прочим.
— Ага, его же стараниями я и обстановку сменил, — кивнул я и в голове всплыли воспоминания о непростых днях, проведенных в компании Самарина. — Вот только называть это отдыхом я бы не стал.
— Ладно, — махнул рукой Гринев. — Знаю я, что ты у нас новым рангом обзавелся. Но две недели, Соколов! Что можно было делать все это время?
— Ну там не только я участвовал, — уклончиво ответил я. — Кое-кого тоже немного прокачали, так что раньше никак.
Еще какое-то время Василий Денисович смотрел на меня мрачным взглядом, а затем морщины на лбу разгладились, и это означало, что он немного успокоился.
— Слышал, ты в новое имение переехал?
— Есть такое дело, ваше сиятельство.
— Поздравляю, штурмовик. Ну и как тебе Ясные Горки, нравятся?
— Неплохо, — признал я очевидный факт. — Просторнее чем в Барвихе. Вот только до Москвы добираться дольше, но думаю как-нибудь привыкну.
— Само собой — к хорошему быстро привыкаешь. С орденом, кстати, тоже поздравляю. Вроде бы не мне дали, — пожал он плечами. — Но все равно приятно.
— Спасибо, аншеф. Ну, а что нервничаете и что за спешка? Насколько мне известно, некроманты затаились, новых смертей нет.