Борьба за свободу (ЛП)

Он победил.
Я падаю на сидение, в то время как все остаются стоять. Голоса болельщиков замедляются и размываются в моих ушах. Их лица искажает восторг. Я моргаю и хватаюсь за подлокотники моего стула.
Он победил.
Катерина наклоняется и обнимает меня. Мое тело трясется, пока она продолжает подпрыгивать вверх и вниз. Она говорит что-то, но я погружена в свое страдание, что не могу понять ее. Я рассеяно киваю, мой взгляд расфокусирован, пока я заставляю мозг работать.
Что мне теперь делать?
Я не могу ни о чем думать. Кроме него. Мое тело болит за него, желая оказаться в его объятьях, поплакать в безопасности его рук.
Мы можем противостоять чему угодно, пока мы вместе. Еще не поздно бежать. Я могла уехать куда-то далеко, прожить там пару лет, пока Доминик не потеряет интерес. Вспыхивают крошечные искры надежды. Это то, что я сделаю. Мне нужно добраться до Джоны и уехать из города. Сейчас же.
Толчок у моего бедра заставляет меня встать на ноги. Я надавливаю на свои шорты и чувствую, как они вибрируют. Мой телефон.
Кто мог звонить мне сейчас?
Я проверяю входящий вызов.
Новое сообщение от Гая?
Гай не пишет сообщений.
Привет, дорогая. Если хочешь спасти ему жизнь, то последуешь за Кэнди. Невыполнение приведет к его кончине. Медленной. У тебя пять минут. — Д.
У него Гай. Святое дерьмо.
Он у Доминика. Вот почему он не пришел.
Мое дыхание переходит в рыдание. Я хватаю шею и с трудом сглатываю.
Он убьет его, если я не буду сотрудничать. У меня нет времени добраться до Джоны.
― Четыре минуты, время идет.
Кэнди крепко хватает мою руку.
Я смотрю на нее.
Она замешана в этом. Лживая сука.
Катерина продолжает аплодировать, восхваляя победу своего сына. Ее любовь к сыну сияет в ее лучезарной улыбке. Та же любовь, что изливалась на меня, пусть даже всего на один день. И теперь все кончено.
Кэнди тянет мою руку.
― Убери свою гребанную руку от меня! ― мое требование решительное, но достаточно тихое, только для ее ушей. ― Я иду. ― Я вырываю свою руку из ее хватки. ― Просто дай мне попрощаться.
Я не даю ей возможности ответить и поворачиваюсь к Катерине.
Я позволяю любви на ее лице отразиться во мне и вымучиваю улыбку, прежде чем наклоняюсь, чтобы быть услышанной сквозь толпу.
― Кэнди сказала, что Джона хочет, чтобы я пришла в раздевалку. У нее есть пропуск для меня.
Я отстраняюсь от нее, чтобы посмотреть ей в лицо.
― Ох, конечно, милая. Иди, поздравь нашего мальчика. Я встречусь с вами, ребята, дома.
От ее сияющей улыбки у меня защемило в груди.
Я оборачиваю руки вокруг ее шеи и обнимаю на прощание.
― Спасибо, Катерина, за все.
В горле образуется ком, в то время как я прячу эмоции, которые пытаются высвободиться.
― Ох, ну, ― говорит Катерина, удивленная моим внезапным взрывом чувств. ― Спасибо, что делаешь моего Джоуи таким счастливым.
Освободившись от объятий, ее улыбка омрачается беспокойством. Я киваю с наигранной уверенностью, затем поворачиваюсь к Кэнди.
― Ладно. Веди меня.
Мои ноги тяжелеют, пока я поднимаюсь по лестнице за Кэнди. Мы проходим через двойные двери и входим в длинный коридор.
Вот оно. Меня похищают.
Но моя жизнь ― это небольшая цена, которую нужно заплатить, чтобы обеспечить безопасность Гая. Безопасность Катерины и Джоны. Мне следовало хорошо подумать, прежде чем бороться с судьбой. Бороться с Домиником.
Мы останавливаемся напротив единственной двери. Тошнота сжимает мой желудок. По коридору к нам направляется шумная компания.
Интересно, это Джона и ребята возвращаются в свою раздевалку? Если он увидит меня с Кэнди, то никогда меня не отпустит.
Паника бурлит в моих венах.
Если он увидит меня, Гай умрет.
Я опускаю взгляд, волосы скрывают мое лицо.
Два быстрых стука и замок щелкает. Кэнди движется вперед, и я следую за ней, опуская голову.
Как только я вхожу, то фокусируюсь на комнате. Дверь захлопывается за мной, и я погружаюсь в темноту.
 
Я ахаю. Мои руки тянутся, чтобы ухватиться за что-то.
― Привет, дорогая.
Я оборачиваюсь в направлении двери. Мое тело врезается во что-то твердое. Руки крепко оборачиваются вокруг меня. Я борюсь с захватом.
Дежавю останавливает мое тело и душит мой крик.
Почему это так знакомо?
Вспышки с ночи на парковке клуба «Шесть» мелькают в моей памяти.
О Боже, нет. Винс.
― Какая неожиданная встреча.
Низкий смешок Винса вибрирует напротив моей спины.
― Нет. Доминик, прошу, не делай этого. ― Я отчаянно ищу его в комнате, чтобы умолять, но вокруг слишком темно. ― Я не убегу. Просто прошу, оставь Гая в покое.
Винс усиливает свою хватку. Воздух выталкивается из моих легких.
― И я должен поверить тебе на слово? ― смеется Доминик и прикладывает ладонь к моей щеке. ― Не беспокойся, Рэйвен. Я забераю то, что по праву принадлежит мне. То, что я создал. Ты не сможешь убежать достаточно далеко или спрятаться достаточно глубоко, чтобы скрыться от меня.
Я дергаю головой в сторону, подальше от его прикосновения. Винс резко трясет меня, затем ослабляет хватку.
Отвечая на его слова чисто инстинктивно, я всасываю воздух, чтобы закричать. Мягкая ткань прижимается к моему лицу. Жгучие пары втягиваются глубоко в мои легкие, и мои глаза закатываются. Я бьюсь и дергаюсь. Я собираюсь умереть. Мои сдавленные крики отдаются эхом в моих ушах. Тьма подкрадывается.
Джона, помоги мне.
А потом все становится черным.
Джона
Шквал аплодисментов обрушивается на мое тело. Рев в ушах грохочет вместе с моим сердцем.
Дель Торо повержен. Судья кричит:
― Нокаут.
Провал поражает меня, ослабляя колени. Я падаю на мат. Всего полторы минуты раунда, и я сделал это. Я наблюдаю в замедленной съемке, как моя команда заходит в октагон. Они бросаются ко мне, их лица освещены победой.
Я нахожу одного члена моей команды, который все еще стоит снаружи. Блейк. Его взгляд встречается с моим. Что бы он ни увидел, это приводит его тело в жизнь, заставляя двигаться. Он начинает проталкиваться через людей. Я беспристрастный наблюдатель в собственной коже. Мой разум борется с реальностью. Это закончилось так быстро. Я просто… сорвался. Я выиграл титул, но проиграл приз.
Отчаяние возвращает меня. Голоса переходят от рева к ясности, когда я возвращаю чувства.
Мне нужно найти ее.
Я сажусь на пятки. Мои глаза фокусируют лица вокруг меня. Я обыскиваю толпу. Орава людей блокируют мой взгляд, режет слух со всех сторон. Они орут, хлопая меня по плечу. По спине. Голове.
― Найди ее.
Промямленные слова выходят слабой командой в моем теле.
Блейк падает на колени передо мной, его руки на моих плечах, фокусируя мое внимание.
― Не слетай с катушек, мужик. Сосредоточься, слышишь меня.
Его голос командующий, а слова как пробивной камень влетают в мое сознание.
Я удерживаю его взгляд и борюсь с течением тяжелых эмоций, которые утягивают мою душу.
― Вот так. Удерживай свое дерьмо, мужик. Оставайся сфокусированным на мне.
Я смотрю на него, но не вижу. Вместо этого, видения будущего проносятся в моей голове. Рэйвен в белом. Маленькая девочка с аквамариновыми глазами и моими ямочками, с косичками и в розовой балетной обуви. Моя девушка в моей кровати, каждую ночь, навсегда. Все, что я только что потерял.
Закрывая горящие глаза, я тяжело сглатываю. Я двигаюсь вперед, на четвереньках, борясь с желчью во рту. Колющая боль рокочет в области корпуса, и я сплевываю капу на мат.
― Не делай этого сейчас, мужик. Не здесь.
― Я потерял ее.
Мой голос раздражает горло, когда я заставляю силой выйти слова.
Не могу поверить в это. Я не смог спасти ее.