Борьба за свободу (ЛП)

Благодаря Милене, моей маме и Еве, Рэйвен удалось открыть и запустить «Убежище Рэйвен». Фонд предоставляет реабилитацию, профессиональную помощь, жилье и консультации для проституток, выходящих из бизнеса. Место уже заполнено девушками из бизнеса Доминика.
— Это крутое дерьмо, чувак, — Рекс играет со своим кольцом на губе.
— Что за крутое дерьмо? — ее голос привлекает мое внимание. Рэйвен больше не девушка, которая не умеет ругаться, она может бросать бомбы наравне с лучшими из нас.
Она подходит к нам с Блейком под руку.
— Кажется, они говорили обо мне, малышка, — Блейк берет пиво. — Не знаю, заметила ли ты, но я чертовски крут.
Калеб встает со своего барного стула и подталкивает его к ней, предлагая ей присесть.
— Мы говорили о «Убежище Рэйвен».
Блейк опускается на барный стул, заслужив хмурый взгляд Калеба.
— Спасибо, чувак.
Она подходит ко мне, с шампанским в руке. Легкий румянец окрашивает ее щеки.
— О.
Я обхватываю рукой ее миниатюрную талию и прижимаю ее к себе.
— Этим поступком ты претендуешь на святость, принцесса, — Оуэн качает головой. — Не знаю, смог бы ли я отдать такие деньги.
Ева протискивается между Блейком и Рексом в баре.
— Рэйвен не про деньги. Черт, она отдала бы все до последнего цента, если бы это означало заботу о ком-то другом, — она берет открытое пиво, которое я только что поставил перед Калебом, и делает глоток.
— Спасибо, Калеб.
— Черт, девочка, — разочарованно бормочет Калеб.
Рэйвен потягивает свое шампанское и пожимает плечами.
— Эти деньги не мои. Они принадлежат тем женщинам. Они продавали свои тела, а он получал выгоду, — она проверяет часы и поворачивается к парням в баре. — Я просто возвращаю их им.
Парни ворчат про себя, вероятно, все еще потрясенные тем, что Рэйвен не оставила себе даже несколько миллионов.
Ева покачала головой, на ее лице появилась понимающая улыбка.
— Кто-нибудь хочет покружиться на танцполе? — ее глаза пробежались по доступным партнерам по танцам. — Давай, Блейк.
— Черт, женщина. Я только что с танцпола. Дай парню секунду на перезагрузку, — Блейк откидывается назад, опираясь ногами на перекладину стула.
Лицо Евы озаряется лукавой улыбкой.
— Ах, да. Точно. Большинство парней не могут работать всю ночь напролет. Слабакам не хватает, кхм, выносливости, — она смотрит на меня. — А как насчет тебя, Джона? Ты выглядишь как парень, который…
— Это чушь, — Блейк вскакивает на ноги. — У меня гораздо больше выносливости, чем у него, — он указывает на меня большим пальцем через плечо. — Теперь на танцпол, женщина.
Ева подмигивает Рэйвен и уходит с Блейком.
Я поворачиваю Рэйвен к себе и обнимаю ее, грудь к груди. Парни переключают свое внимание на телевизор. Я провожу пальцем по ее обнаженному плечу и вверх к шее, откидывая длинные волосы за спину.
— Эти серьги, которые подарила тебе мама, выглядят потрясающе. Они почти такого же цвета, как твои глаза, — я целую ее в шею.
Она прикасается к серьгам с бриллиантами цвета аквамарина.
— Она сказала мне, что они принадлежали моей бабушке. Я люблю их. Они идеальны. Весь этот день идеален, — она улыбается. — До сих пор не могу поверить, что нас поженил Либераче.
— Эй, ты сама его выбрала. У нас мог быть азиатский Элвис, или трансвестит Мэрилин Монро.
Она смеется и прижимается ко мне. Я обхватываю ее рукой и целую в макушку.
— Он получил работу из-за костюма со стразами. Каждый его дюйм был усыпан ими.
— Только в Вегасе.
— Ты видел, как Гай танцевал с моей мамой? Мне кажется, он на нее запал, — она очаровательно сморщила носик.
— Это было мило с его стороны, что он выдал тебя замуж сегодня. Он хороший человек. Милена могла бы найти и похуже.
Ее огромные сине-зеленые глаза смотрят на меня.
— Ты не думаешь…
Я пожимаю плечами, мои губы подрагивают.
— Они были бы милой парой.
— Фу. Это было бы как…
— Как если бы твоя мама и твой папа переспали.
Теперь ее очередь пожимать плечами.
— Хорошее сравнение.
— Вы оставили мне танец, миссис Слейд? — мои слова, сказанные шепотом ей на ухо, заставляют ее дрожать. Я прослеживаю линию поцелуев по ее шее.
 
— Конечно, — она наклоняет голову, открываясь мне. — Но уже пять.
Я отстраняюсь и смотрю на нее.
— И что?
Она смотрит на шестидесятидюймовый плоский экран, висящий на стене позади меня. Ее лицо опускается, и она смотрит на меня из-под ресниц.
— Даже в день твоей свадьбы? — я скрещиваю руки на груди. У меня есть все намерения дать этой девушке все, что она захочет, пока мы оба живы. Но мне нравится смотреть, как она изворачивается.
— Эй, ты смотрел ESPN. Какая разница? — возмущается она, положив руку на свое сексуальное бедро.
Я наклоняюсь и целую ее лоб в мое новое место. Небольшой шрам, рассекающий ее бровь, ничем не омрачает ее великолепное лицо.
— Ты выиграла.
Щелкнув пультом, я переключаю с ESPN на ее шоу. Она целует каждую мою ямочку и заканчивает на моих губах.
— «Крутой тюнинг»? Да, черт возьми! Самый крутой свадебный прием в истории, — Калеб огибает бар, чтобы лучше видеть.
— О, вау, — Рэйвен потягивает остатки шампанского. — Это Форд Фэрлейн GT 66-го года, — она не отрывает глаз от экрана.
«Крутой тюнинг» в день свадьбы вызывает у нее головокружение. Ей так легко угодить.
Я обхватываю ее руками за талию и поднимаю, чтобы она села на стойку. Она болтает ногами в белых «Чак Тейлор» взад-вперед.
Оуэн наклоняется, его голова покоится на руке, глаза обращены к телевизору.
— Кто этот Чип Фуз?
Мои губы борются с улыбкой, когда Рэйвен переходит к подробной биографии автомобильного дизайнера. Я протягиваю ей свежий бокал шампанского и кусок свадебного торта, который официанты раздали ранее.
— О-о-о, вкуснятина, — она берет бокал и откусывает кусочек свадебного торта. — Спасибо, милый.
Я стону от того, что она называет меня милым, и сцеловываю глазурь с ее губ. Она начала делать это после ночи в хижине. Я думал, что ничто не может звучать так хорошо, как мое имя из ее уст. Я ошибался.
— Не за что, детка.
— Дядя Джона, — в унисон позвали Эрик и Эйден из бассейна. Шестилетние мальчики-близнецы прыгнули в воду около часа назад.
Я оставляю Рэйвен наедине с ее шоу и подхожу к краю бассейна.
— Как дела, неугомонные детки?
— Пойдем с нами плавать, — говорит Эйден, прежде чем исчезнуть под водой.
— Да, побросай нас в бассейн, — Эрик вращается по кругу, издавая звуки скоростного катера.
— Мальчики, ваш дядя сегодня не сможет плавать. Ему нужно развлекать гостей, — зовет моя сестра, подходя ко мне.
— Ваша мама права, ребята. Но я обещаю, что завтра буду плавать с вами весь день. Договорились?
— Договорились, — отвечают они и уплывают на другую сторону бассейна.
Бет прислоняется ко мне, и я обнимаю ее за плечи.
— Я очень рада за тебя, старший брат. Должна сказать, я никогда не думала, что ты остепенишься.
Я смеюсь и сжимаю ее руку.
— Ты не единственная.
— Она действительно особенная, Джо. Я знаю ее всего два дня, а уже влюбилась в нее.
— Она так влияет на людей, — я целую ее голову. — Рад, что вы здесь, ребята. Я знаю, что это было очень быстро.
— Мы бы ни за что не пропустили это, — ответила она, потягивая свой напиток. — Должна сказать, что это была довольно короткая помолвка.
Я киваю.
— Когда Бог вручает тебе подарок, ты не отталкиваешь его и не говоришь ему «потом».
Она улыбается мне.
— Папа гордился бы тобой. Ты вырос удивительным человеком. Прямо как он.
Эмоции жгут мои глаза. Я тяжело сглатываю, впитывая ее слова, и позволяю тишине говорить за меня.
— Я собираюсь найти своего мужа и заставить его танцевать со мной, — она нарушает молчание и, быстро обняв меня, уходит.
Я возвращаюсь к наблюдению за моей девочкой издалека. Она смеется в центре толпы мускулистых бойцов, как будто она родилась, чтобы быть там. Мне хочется думать, что так оно и есть.