Создатель Миров 5: Альтернатива (СИ)

С трудом и раненной Мирой на руках, Рому удалось бежать.
Великая Жрица, которая к в этом времени перехватила духовное главенство над эльфийским народом, спокойно приняла эту весть. Она изначально не верила в успех предприятия. Если, говорила она, Великий Белый Дух приказывал бежать, значит так оно и надо... Значит такова судьба.
В девушке не было даже намёка на былое неверие. Она сделалась едва ли не самой верной почитательницей Белого Духа за всю историю. Её влияние было безгранично, и в то же время она ни разу не использовала его для собственного блага. От рассвета до заката жрица молилась и помогала обездоленным.
— Она меня бесит, — сухо заметила Мира, когда Ром помогал ей, хромой, покинуть священную рощу кипариса.
Мужчина тускло улыбнулся.
Дни летели напролёт, враг стремительно приближался, но и корабли теперь были готовы к отплытию.
Однако сперва эльфам предстояло принести ещё одну страшную жертву...
  
Глава 19. Исход в квадрате
 
Даже пространные улицы Нарука не могли уместить всех эльфов, которые искали себе пристанище за его стенами. Каждый день они, уставшие и голодные, одетые в обноски, стекались к единственному ещё свободному клочку земли. Их принимали, принимали всех даже несмотря на то, что корабли великой флотилии, которые день и ночь курсировали между таинственной землёй обетованной, Землёй Света, как называли её сами эльфы, противопоставляя тёмному воинству Маргулов, едва ли могли уместить их всех. Всё равно им нужны были рабочие руки. Иной раз рабочих, мужчин, которые сооружали деревянные каркасы, или женщин, которые шили парусину, намеренно заставляли трудиться на пределе сил, на износ, понимая, что их всё равно ждёт неминуемая смерть... Это было жестоко. Но Мира, которая заведовала Великим исходом, всегда была суровым и практичным правителем.
Себя она тоже не щадила. Дни и ночи она руководила строительством кораблей или помогала совершать вылазки на уже захваченные земли за припасами, которые не успевали вовремя унести. Один раз она и Ром и вовсе чудом пробились к небольшому городу, который попал в окружение, и помогли эльфам, запертым в его стенах, за которыми бушевало целое море монстров с перламутровыми глазами, бежать.
Эльфы по природе своей обладали хорошим здоровьем, но даже у него были пределы. Всё чаще Ром замечал, что девушка начинает сутулиться, щуриться. Что взгляд её обращён в никуда. Всё чаще, но только в те моменты, когда они были наедине, её одолевал кашель. Она говорила ему, что не помнит, когда последний раз спала. Когда видела сны. Вся жизнь, говорила она приглушённым, немного меланхоличным голосом, превратилась для неё в продолжительный сон... Ром хотел помочь. И не мог.
Корабли постепенно уходили на юг, но и враг приближался. Наконец настал тот день, когда дозорные великого города заметили его тёмное шествие. Ворота немедленно стали закрывать. В это самое время через них, как и во все дни до этого, прибывали путники. Поток их казался бесконечным. Стражам пришлось отгонять их копьями, чтобы врата смогли захлопнуться.
Через пару минут с другой стороны завучали сперва мольбы, затем крики, а затем воцарилась гробовая тишина...
Ещё через пару дней всё пространство, которое можно было наблюдать с вершины городской стены, было усеяно монстрами. С одной стороны простиралось голубое море, а с другой — эльфийское, испещрённое сотнями тысяч перламутровых огоньков, точно драгоценное платье, усеянное блёстками.
По самым оптимистичным подсчётам, защитники города успевали отправить только три экспедиции на юг, общей численностью десять тысяч эльфов, в то время как население города всё ещё держалось на отметке в полторы сотни тысяч мужчин, женщин и детей.
Первую экспедицию возглавил Меркел.
Вторую, которая случилась только через неделю — к этому времени на стенах города уже бушевали ожесточённые битвы, — Ром. Он настаивал, необыкновенно серьёзным для себя голосом, чтобы Мира отправилась вместе с ним. Но девушка не желала этого делать.
 
— Все по очереди, — сказала она ему и неожиданно улыбнулась такой улыбкой, от которой внутри Рома пробежал холодок. Он согласился. Ему, он прекрасно это понимал, следовало силой забрать её тогда с собой, но он согласился, сел на корабль и отправился на юг.
В этой версии реальности первые шаги эльфийского народа на землях южного материка были несколько иными, нежели в изначальной. Эльфы всё ещё были радостными, что достигли новой земли. Они улыбались. Молились великому белому духу. Приносили жертвы. Но теперь их счасть было немного безумным. И ещё теперь оно было омрачено тенью страшного понимания, что если они сами смогли пересечь море, ничто не мешает тёмному воинству сделать то же самое.
Только белая жрица не волновалась об этом. Она говорила, что великий дух обязательно убережёт эти новые, священные земли. Каждый вечер она собирала весь эльфийский народ на молитву, которую проводили у горящего дерева. Несколько раз она приглашала на неё и Рома, но последний был занят.
День и ночь он стоял на склоне, с которого в другое время и в другой реальности Мира рассматривала земли нового материка. Только женщина смотрела на юг, в то время как взгляд Рома был обращён на север.
Три недели прошло с тех пор, как он и его экспедиция высадились на эти земли.
Первую неделю волновалась только его душа.
Вторую — разум.
И сейчас, в начале третьей недели он понял, что корабли уже не вернутся.
Но Ром ждал. Он сам не знал, почему ждёт. Совершенно спокойно он сидел на зелёном склоне, на который время от времени, когда бесновалось море, брызгали капли, мял цветы и траву под ногами, и смотрел на морской горизонт. Остальные эльфы работали, молились, строили себе новый дом, а он... Не знал, зачем всё это. Не знал и ждал, ибо не было в его жизни ничего кроме этого ожидания.
Ещё через пару недель к нему пришёл Меркел.
— Она мертва, — сказал старик.
— Чего чего, а прямоты тебе не занимать, — вздохнул Ром и улыбнулся.
— Сколько ещё ты намереваешься здесь сидеть?
— Не знаю. Обычно эльфы живут сотню лет, но мне почему-то кажется, что я смогу прожить побольше. Дети всё равно меня не знают, да и не особенно я хороший отец, если так подумать, так что... — он пожал плечами. — Красивая будет легенда, правда? Поэтичная...
Меркел было нахмурился, как вдруг Ром вскочил и пристально уставился в сторону моря...
  
Глава 20. Буря
 
— Что там? — спросил Меркел. Ром ему не ответил. Он внимательно смотрел на море. Через минуту немного притуплённое зрение старика тоже что-то уловило на горизонте. Меркел вздрогнул всем своим телом и сказал:
— Корабли... Ром, ты...
— Я знаю, — сухо ответил Ром. В его голосе не прозвучало даже намёка на радость. Он прекрасно понимал, что невозможно, чтобы корабли задержались на целый месяц. Могло быть лишь одно объяснение, почему они явились только сейчас...
— Я соберу солдат... Почему они решили высадиться именно здесь? Мы не контролируем, даже не знаем и сотой доли побережья. Они могли высадить свою армию в любом другом месте... — Меркел нахмурился.
— Два варианта, — невозмутимо ответил Ром. — Либо они надеялись, что мы не поймём, что это они... Заметить перламутровые глаза на таком расстоянии довольно проблематично, либо... Им всё равно, — на его губах показалась горькая улыбка.
— Либо они уже высадились на другом участке побережья и сейчас проводят отвлекающий манёвр, — добавил Меркел. — Идём.
Через десять минут остальные эльфы, которые в это время сооружали лагерь на побережье, тоже заметили приближение флотилии. Сперва все обрадовались, думая, что это наконец явилась последняя экспедиция, однако затем простые эльфы тоже поняли, насколько невероятным было подобное развитие событий.
И сразу ужас охватил эльфийский народ. Мужчины и женщины стали бледнеть от страха. Солдаты, которым приказывали срочно взяться за оружие, были не в состоянии даже пошевелиться. Мечи, луки и копья дрожали в их руках. Зачем сражаться? Это бессмысленно. Они оставили дом и сбежали сюда, на другой край земли. Они думали, что здесь найдут свою землю обетованную, своё убежище, но если это было не так... В чём смысл? Многие эльфы и вовсе упали на колени и, полные отчаяния, приготовились принять свою участь. Даже хриплые крики офицеров не могли заставить их подняться...