Пепел. Вернуть Боярство (СИ)

Через полтора часа мы оказались перед небольшим лесным особнячком. Единственная колея, которая никуда не сворачивая вела прямо к трёхэтажному зданию посреди леса, мне весьма не нравилась. Вернее тот факт, что мне позволили её увидеть — позволять запомнить путь пленнику, которого рассчитываешь впоследствии отпустить, получив своё, никто не будет. Либо дилетанты, либо уверены, что отсюда свободным человеком я не уеду. А то и вовсе рассчитывают здесь же прикопать...
Хотя может просто банально ничего не боятся — если я уйду отсюда уже слугой их Рода, то и скрывать им смысла дорогу нет... Вопросы, вопросы... Аж кровь закипает в жилах от любопытства — я вновь на самой грани жизни и смерти, я вновь чувствую азарт настоящей жизни!
А вот тот, кто нас встретил, меня весьма удивил.
— Ну что, падаль, не ожидал столь скорой встречи?! — криво улыбнулся Антон Игнатьев.
Я, блядь, успел десятки раскладов в уме прикинуть, а тут просто месть отшлёпанного по жопе недоросля?! Позор тебе, Пепел... Идиотом был, идиотом и остался. Не зря тебе Император перед твоей смертью об этом говорил...
 Глава 25 
Попал так попал, конечно, ничего не скажешь. Прикидывал расстановки сил и возможности тех, кому я могу быть интересен, вроде держал всё под относительным контролем и потихоньку двигался, даже Адептом уже стал, и погорел на такой ерунде... Правду говорил мне перед концом моей прошлой жизни этот ублюдок высокомерный ублюдок — в погоне за личной силой я так и не научился как следует планировать. Ничего, в этой исправлю.
— Больно ж блядь, сучонок малолетний, — зло сплюнул я кровь.
Отделали меня, конечно, знатно. Никакой магии — младший Игнатов оторвался от всей души, используя плеть, дубинку и раскалённые прутья — ему принципиально хотелось бить меня без использования магии, как он выразился — «как собаку худородную запороть». Действовал, конечно, как дилетант, с такими умениями его даже сельский заплечных дел мастер дважды подумал бы, брать ли этого олуха в подпалачики, но чего не отнять — так это рвения. Парень подошёл к делу моей экзекуции со всей ответственностью.
Пожалуй, после такого не выжил бы ни один простой смертный. Да что уж там — с ядом антимагии в крови будь я как и прежде Учеником, и сам бы сейчас копыта откинул бы. Слава богам, родился я в семье, которая обладала великолепной генетикой и не скупилась на алхимию для младших поколений — тело выдержало первые двадцать минут истязаний, а дальше я сумел понемногу подточить действие этой гадости на себя.
Ну а затем начал банально насыщать тело маной и очень, очень аккуратно использовать магию, что бы не позволить забить себя как скот. Благо вошедший в раж ублюдок слишком увлёкся процессом и не отслеживал тончайшие, легчайшие колебания магии, а других одарённых в том подвале, куда меня засунули, просто не было. Так, тройка пожилых слуг из числа крестьян, что хмуро делали свою работу — прут там раскалить, подать дубинку вместо плети или наоборот, водой меня окатить...
Впрочем, избавляться с помощью фиолетовых молний от яда, блокирующего магию, было задачей весьма сложной и рискованной. Нельзя было позволить врагам понять, что я способен на подобное. Я вообще не собирался делать это до того, как останусь один, но ублюдок просто забил бы меня насмерть — откуда ему знать, что я итак в глубокой жопе из-за отходняков от принятой алхимии?
Всё тело болело и ныло, особенно рёбра — слишком явно магичить было нельзя, так что я лишь сейчас заканчивал с ними шаманить. Не сломаны, лишь треснуты — уже успех. Сейчас, ещё немного — и будем выбираться. Оставаться и ждать чуда не стоит и думать — пока там кто-нибудь меня обнаружит, сученыш меня просто насмерть забьёт. А я не для этого перерождался...
Так... Целительскими навыками я обладаю довольно посредственными, да и не до исцеления — на это все силы уйдут. Кандалы жалобно звякнули и разомкнулись — чары на кандалах конечно были, но какой смысл от заколдованного металла, если никто и не подумал поработать с замками? Вот и я думаю — никакого...
 
Я разминал руки, напрягая и расслабляя мышцы, и чувствовал, как силы возвращаются ко мне. С моего пленения прошло примерно пять часов — часа полтора на дорогу сюда, столько же на развлечения ублюдка да пару часов, что я потратил на избавление от этого дешевого варианта антимагической отравы. В части меня так или иначе хватились — вечерняя поверка уж точно уже была, и не отметить моё отсутствие не могли — слишком долго меня нет. Правда, Воронцов мог закрыть на это глаза, решив что я отложил возвращение до завтра...
Ай, да похуй! Ждать совершенно точно не вариант. Драпать надо сейчас, пока у меня единственное, хоть какое-то преимущество — враги точно не ждут, что я сейчас имею возможность бежать. Уверен, единственное, чего они опасаются — это того, что кто-то извне явится за мной...
— Эй! — раздался знакомый до боли голос. — Открывай, орясина!
Явился устроить второй раунд, шакал сопливый? Ну давай, заходи, подумал я, чувствуя, как лицо скалится в хищном оскале.
Надо отметить, слуги здесь знали своё дело — крепкая, оббитая металлом дверь открылась без единого скрипа. Поддерживают порядок на вверенной территории, отстранённо подумал я, собираясь перед решительным рывком.
Первым вошёл внутрь незнакомый мне Адепт, неся в руках простую керосиновую лампу. Ничего личного, дружище — ты выбрал себе не того господина. Если окажешься достаточно удачлив, что бы реинкарнировать — в следующий раз будь осмотрительнее в выборе хозяев...
Подобранный мной прут из остывшей жаровни был напитан фиолетовой молнией и отправлен в полёт. Отдаю должное мужику — рефлексы опытного вояки сработали быстрее разума, создавая на голых инстинктах защитный барьер, вот только примерно этого я и ожидал. Фиолетовые молнии сумели рассечь эту защиту, как горячий нож холодное масло, а сам прут довершил дело. Как? Просто и бесхитростно войдя бедолаге в глаз и пробив затылок с той стороны — повезло с броском.
Тело опытного мага ещё только начало заваливаться, как разом случилось несколько событий. Во первых — шедший вторым оказался не Антон Игнатьев, как я рассчитывал, а ещё один Адепт. И как бы мало времени не прошло, он успел выставить более серьёзную магическую защиту, чем его погибший коллега. Но это даже не пол, а треть беды — ведь ублюдок Антошка оказался сообразительнее, чем я ожидал, и на всех парах давал сейчас стрекоча, истошно визжа «Тревога-а-а-а!». Видать, слишком впечатлил я его в прошлый раз, да и в этот тоже. Чувствительная и впечатлительная у него, видать, натура. Ему бы в творчество с такими качествами...
Упускать гавнюка нельзя — раз сама боги послали мне в руки такого идеального заложника, то кто я такой, что бы не воспользоваться шансом? Так что на огненный занавес, запечатавший сейчас единственный выход из камеры, обрушился поток водяных чар, испаряясь под действием огня, и вместе с тем туша пламя. Да, я не люблю использовать что-то помимо молний, но это не значит, что я не владею иными направлениями магии — просто въевшаяся в меня-Пепла привычка заставляла использовать лишь их. Да и моя магия на их основе была наиболее мощной... Но привередничать не приходилось — лучше всего с огнём справляется вода.
Едва в огненной преграде появилась брешь, я рванул вперёд. Мне на встречу выстрелила рука с кинжалом, по которому пробегали тонкие змейки молний, но я выстрелил вперёд ладонью, используя Удар Грома. Направленная звуковая волна без труда сломала руку бедолаги, неготового к подобному, и я оказался в узком длинном коридоре. Игнатьев был уже в самом его конце, сделав первый шаг на лестницу, ведущую наверх.
На едва начавшего вжиматься в стену слугу я не обратил внимания — то был обычный служка, без дара. А вот Адепту со сломанной рукой пришлось добавить хорошего пинка в голову, от которого он пораскинул мозгами... Прямо по стене и видимо в последний раз. Оставлять за спиной недобитка нельзя — ещё зарядит чем-нибудь в спину.