Между Сциллой и Харибдой (СИ)

Он замялся, пришлось дополнять самой:
— А, во-вторых, мне нужно заклинание, чтобы его убить.
Когда прозвучали эти слова, стало жутковато: не чувствовала я себя вправе лишать кого-то жизни. Но сейчас на кону стояла не только моя жизнь, но и жизни тех, кто пойдёт в уплату силе фамильяра Эрилейских. Но голос всё равно дрогнул, что сразу отметил Бернар:
— Донья, в первую очередь вам нужна уверенность в своих силах.
— А для этого мне нужно как можно скорее выучиться.
Горгул согласно наклонил голову и заскрипел необычайно противным безэмоциональным голосом:
— Итак, донья, чтобы проявить связь между собой и семейным фамильяром, нужно нарисовать в воздухе вот эту руну и напитать её силой. Из руны выйдет зелёный луч и уткнётся в фамильяра. Луч будет тем толще и насыщенней, чем ближе искомый объект. Скорее всего, отсюда вы вообще не дотянетесь до своего фамильяра, разве что он приблизился к границе Теофрении. Пробуйте.
Я попробовала. Луч оказался довольно тонким, но прекрасно заметным. Налюбоваться я не успела, потому что горгул снёс крылом мою руну и зашипел не хуже змеи:
— Донья, вы с ума сошли? Вы не только видите его местоположение, но и указываете своё.
— А ведь он близко, — неожиданно сказал Рауль. — Ближе, чем мы думали.
Горгул неохотно кивнул.
— Я бы сказал, что у границы, но уже с нашей стороны.
Передо мной само собой возникло видение оскаленной пасти хищного недружелюбного фамильяра, который нёсся сюда явно не для того, чтобы мне помогать. В лучшем случае — вернуть донье Хаго, которая меня тут же пристроит по своему усмотрению, в худшем же… В худшем в живых останется только один, и не факт, что это буду я. Я потрясла головой, отгоняя панические мысли, и сказала:
— Тогда мне нужно срочно ваше заклинание.
  
Глава 9
 
Вечером к нам в комнату пришёл Рауль с печальным известием: к нам движется не только мой фамильяр, но и моя тётя. Собственно, этого можно было ожидать, неприятности никогда не приходят поодиночке. А в этом случае тётя и фамильяр Эрилейских были-таки идеальной парой. Я почему-то была уверена: что не догадит один, догадит другая.
— Что делать будем, сеньор Медина? — спросила Ракель, сразу ухватив суть проблемы. — Она же наверняка припрётся в университет?
На удивление, известие о том, что я Сиятельная, подруга восприняла стоически и на нашу дружбу это никак не повлияло. Возможно, свою роль сыграло то, что в моих планах было разобраться с Сиятельностью раз и навсегда, а возможно, она привязалась ко мне так же, как и я к ней, и ей теперь было всё равно, кто я по происхождению. Она даже не обиделась, что я не рассказала раньше. Наверное, посчитала мои проблемы веской причиной и оценила то, что я сказала при первой возможности. Доверие — залог дружбы.
— Наверняка, — согласился Рауль. — Дон Дарок уже обратился с просьбой разрешить ей посетить университет.
— Он не уехал? — удивилась я.
— Как видите. Собирался, но что-то его задержало.
— И кто ему сообщил? — Ответом мне было молчание. — Тогда хоть как это могло произойти?
— Вариантов масса: переговорный артефакт, правильный сон, магическая почта. Да и о мурицийской шпионской сети забывать не следует.
— Неужели вы не могли отследить, с кем он встречается? — возмутилась Ракель.
— Всего предусмотреть нельзя, — заметил Рауль. — На территории университета постоянные магические возмущения, поэтому, например, переброску записки телепортом отследить невозможно. И это он ещё не в Сиятельном корпусе живёт.
А значит, его жильё подвергалось обыску, закончила я про себя. И правильно: Диего сюда прибыл точно не с добрыми намерениями. Так-то корона, которую ему почти предложили, выглядит заманчиво, но дон Дарок не может не понимать, что ему придётся на кого-то опираться. И для опоры подойдут только мурицийские Сиятельные, которые не простили Теофрении уничтожения своих родственников. А значит, никто не даст Диего править. Подомнут одни или другие.
— Но мы не о том говорим. Нам нужно укрыть Катарину. Причём так, чтобы не возникло подозрение, что она может быть пропавшей герцогиней.
 
— Я чувствую, у вас есть идея? — заинтересовалась я.
— Есть, разумеется. Но мне потребуется помощь сеньориты Ракель.
Ракель тут же подобралась и с надеждой уставилась на Рауля. Память о деяниях предков не давала ей покоя, и ей хотелось поучаствовать в чём-то столь же грандиозном, как освобождение страны от Сиятельных. В этот раз предполагалась куда более масштабная разборка, что не могло не вдохновлять Ракель.
— Разумеется, сеньор Медина. Всё, что от меня потребуется, — выпалила она.
— А потребуется не так много. Убрать Катарину с занятий мы не можем, потому что исчезновение любой студентки вызовет подозрение дона Дарока и доньи Хаго, поэтому надо будет заменить другой сеньоритой под личиной.
— Вы думаете, они этого не заметят? — с большим сомнением спросила я.
— Дон Дарок под моё заклинание иллюзии заглянуть не может, — ответил Рауль, не заостряя внимания на том, откуда он это знает. — Поэтому нам просто нужно взять сеньориту похожей комплекции и накрыть иллюзией нынешней Катарины. Причём у неё должна быть веская причина для этого, поскольку в университете ходить с изменённой внешностью запрещено.
— Шрам на лице? — сразу поняла Ракель. — Причём такой, который тяжело лечится или вообще не убирается?
— Именно, — подтвердил Рауль. — Поэтому я вас сейчас обеих приглашаю на ужин, где произойдёт подмена одной Катарины на другую. И задача сеньориты Ракель — помочь нашей агентессе завтра в университете.
— Разумеется, сделаю всё от меня зависящее. Хорошо, что завтра нет лекции у Фуэнтеса. Мне кажется, он сразу раскусит подмену, — начала прикидывать Ракель. — Выглядит невнимательным и улыбчивым, но это не так. Этот сеньор всё подмечает.
— Думаю, до его следующей лекции донья Хаго уедет. Вряд ли она задержится в Теофрении надолго: Сиятельным у нас некомфортно, на что неоднократно жаловался дон Дарок.
— Флёра на всех не хватает? — хмыкнула я.
— И это тоже. Итак, сеньориты, поехали ужинать?
— Мне что-то с собой брать? — неуверенно поинтересовалась я. — Как я понимаю, в ближайшие день-два я сюда не попаду?
— Правильно понимаете, Катарина. Но если вы поедете на ужин с вещами, это будет несколько подозрительно, — усмехнулся Рауль. — Поэтому всё, что вам понадобится, я доставлю потом.
Взяла я с собой только то, с чем решила никогда не расставаться: запас зелья, деньги и драгоценности. Даже конспекты не прихватила. На учебники тоже посмотрела с тоской: пусть большая часть изложенного там мне известна, но есть ведь и то, чего не знаю. Впрочем, если Рауль сказал: «Всё, что понадобится», не будет же он ограничиваться одной едой? Попрошу у него и книги по магии.
Вдохновлённая этой мыслью, на ужин я отправлялась почти счастливой. Ракель тоже сияла так, что встреченные студенты терялись в догадках, кто из нас был приглашён принцем, а кому досталась роль ширмы. Почему-то я думала, что к нам присоединится Альварес, но у сеньора нашлось куда более важное занятие.
Для ужина был выбран небольшой ресторанчик недалеко от университета, главным достоинством которого была лояльность владельца спецслужбам и наличие отдельных кабинетов. Потому что ради еды туда приходить не стоило. Или я просто настолько разнервничалась, что мне кусок в горло не полез? И Ракель, и Рауль ели с аппетитом, а мне вдруг подумалось, что если есть возможность для хозяина выявить связь с фамильяром, то и для фамильяра тоже наверняка существовали подобные методики. Или он вообще чувствует меня на расстоянии? Впрочем, если бы чувствовал, то донья Хаго уже давно была бы неподалёку и кружила, как хищная акула. Не знаю, что послужило тому причиной: зелье, лишающее меня Сиятельности, или особенности фамильяра Эрилейских — но очень похоже, что фамильяр не может определить даже направление на меня. Правда, это не гарантирует, что он не сделает стойку, когда окажется рядом. Возможно, именно на это и рассчитывает тётушка? Знать бы ещё, как выглядит эта пакость, на усиление которой идут человеческие жертвы…