Переполох в Академии Граней. Это кто ещё попал! (СИ)

– Его к себе дэра Раманюк вызвала, – отвечает Хуч, всё также сканируя соседей. Словно подвоха от них ждёт. – Но судя по тому, что Марго уже здесь, и наш командир скоро будет. С утра всех универсалов вызвали к кураторам. Видимо, какое‑то общее наставление.
– Что ж, тогда ждём, – вздыхаю я и принимаюсь за еду.
Ещё около двадцати минут мы обсуждаем прошедшие события, плавно перемещаясь на учёбу и слухи о романах между студентами. Меня радует, что никаких скользких вопросов мне не задают. Складывается ощущение, что парни просто забили на мою загадку. Я даже выдыхаю. 
И принимаю самое активное участие в беседе, умудряясь не выдать себя. Всё‑таки студенты во всех мирах одинаковые. И сплетни, и слухи у нас примерно одного формата.
– Привет!
Рик появляется ровно в тот момент, когда я с жаром доказывала Кери, что некий Фермур просто манипулирует своей девушкой Сэлли.
От неожиданности я вздрагиваю и задеваю стоящий рядом стакан Клиффорда. И если бы не реакция Дейрика, быть нашему умнику облитым.
– Смотри‑ка, Клифф, в этот раз честь быть благословенным едой чуть не досталась тебе, – усмехается Верндари, занимая место во главе стола.
– Это новая сторона нашего Переполоха? – ехидно улыбаясь, интересуется Арчи. – Кулинарный шторм?
– Ха‑ха, – гримасничаю я, пряча глаза и надеясь, что мои щёки не сравнялись с томатным салатом Дейрика.
Ребята едва заметно хихикают, а потом на Верндари скрещиваются любопытствующие взгляды.
– Я так понимаю, вам интересно, что сказала дэра Раманюк? – со скучающим видом интересуется Рик.
Он нарочито медленно берёт приборы и принимается разделывать рыбу, что лежит у него на тарелке.
– Да не тяни ты, задница ты аристократическая! – взрывается Хуч под ехидные улыбки остальных.
Как я понимаю, у них это обязательная часть ритуала. Доведи Хуча до каления.
– Вот только тебе и могу простить такое обращение, – проговаривает Рик, даже не думая выполнять просьбу друга.
– Естественно, я ж тебе навалять могу, – хмыкает огневик, складывая руки на груди.
– Ну это кто кому ещё, – Верндари подмигивает огневику и отправляет очередную ложку салата в рот.
– Давай уже, выкладывай, в какую ж… пропасть нас загоняют, – тяжело вздыхает Хуч
Рик, решив больше не истязать друга, а заодно и нас, откладывает вилку и нож.
– Ситуация такова, – начинает он. – В отборе участвуют четыре звезды. Но до финального этапа будут допущены только три. Четвёртая отсеется по балльному зачёту, – Рик стучит себя по плашке на груди, которая высвечивает наши баллы. – Мы пока третьи. Но Звезда Приста дышит нам в затылок. Надо постараться оторваться. В идеале – занять второе место. Впереди у нас Фермур и Марго.
Я слушаю Рика с мыслью о том, что мне‑то это всё неважно. Я вот‑вот вернусь домой. Но чувство ответственности перед этими ребятами не позволит мне работать оставшееся время спустя рукава. Буду помогать им выбиться на Турнир столько, сколько смогу.
– Поэтому никаких косяков, залётов, несданных заданий, – Рик загибает пальцы на руке. – Тебя, Дэль, это особенно касается. Мы не можем быть постоянно рядом, постарайся не вляпаться.
– Да Бо… – закатываю я глаза, и тут же поправляюсь: – Всевидящий, да сколько можно? Ну не совсем же я ходячая катастрофа, а?
– Нет, конечно, – Рик, как и остальные, красноречиво смотрит на стакан Клиффорда, от которого умник предусмотрительности отсел. – Ты вот совсем не магнит для неприятностей.
– Я сейчас обижусь, – скрещиваю руки на груди и демонстративно выпячиваю губу.
– Не надо! – в притворном испуге вскидывает руку Дейрик. – Ещё неизвестно, как твоя обида повлияет на общий энергетический фон. Не дай Всевидящий, новый прорыв случится.
Я ещё больше дуюсь, но уже как‑то совсем не обиженно. А потом и вовсе смеюсь с остальными.
Обед заканчивается на дружеской ноте, и дальше мы снова расходимся по своим предметам. Одна из лекций у нас сегодня отсутствует, что позволяет мне подготовить доклад, так необходимый магистру Лурак.
С остальными я пересекаюсь уже у дверей лекарского крыла. На этот раз нас встречает не Феарина, которая, как оказывается, приболела, а одна из её коллег. Нас снова отряжают убирать боксы в общей зале. И сегодня отработка проходит ровно так же, как вчера. Муторно, но весело.
 
Я узнаю, что Арчи и Клифф – друзья детства, они из одной маленькой деревеньки на самом краю континента Нофирем. Того самого, где мы сейчас и находимся. Что Кери поступила в Академию только после того, как клятвенно пообещала родителям найти здесь жениха. На этих словах парни понимающе переглядывались и хмыкали.
За нашей болтовнёй время отработки пролетает незаметно, но работы по‑прежнему остаётся много. 
Нас отпускают затемно, и до дома мы добираемся ровно в том же состоянии, что и вчера. Упасть в подушку и уснуть. Я снова, уже засыпая, вспоминаю и про дневник, и про Фи, но откладываю это на потом. Завтра! Всё завтра.
Но дальше время совсем выходит из‑под контроля! Я настолько вливаюсь в жизнь Академии, что не замечаю, как дни складываются в недели, а те в месяц! И за этот месяц я так ни разу не успеваю открыть дневник Дэль. Как и поймать Фи, которая стала по‑настоящему фантомной! День за днём она либо на выезде, либо отлучилась в столицу. Иногда мне удавалось увидеть её в коридорах лекарни, но она каждый раз обещала уделить время мне чуть позже. 
И если бы не завал в учёбе и тренировках, я бы включила режим упорной Эли и достала бы эту скользкую Фи. Но постоянная физическая и ментальная усталость делают желание добраться до подушки приоритетным.
Ещё бы! Количество тренировок просто зашкаливает. Рик не устаёт гонять нас и в хвост и в гриву, придумывая всё новые и новые схемы расположения нас в Звезде и комбинации наших способностей. Помимо отработки контурного взаимодействия, Рик оживляет и мою память в отношении метательных клинков. Сначала я отнекивалась, даже не понимая, как правильно располагать в ладони эти игрушки старой Дэль. Но стоило лишь начать – и тело сделало всё само, рефлекторно. И оказалось, что я, то есть Дэль, бьёт в цель не хуже снайпера!
Единственное, что у нас отсутствует, так это индивидуальные тренировки у дэры Раманюк. Интегра вместе с дэром Нэметором отслеживают строительство огромной полосы испытаний, что выстраивают на портальном полигоне за пределами Академии. И куратору попросту не до нас с Риком. 
Но самое главное достижение этого месяца – я стала полностью своей среди ребят. Парни нет‑нет да пытаются уколоть меня шутками о внезапном исправлении после инициации, но уже как‑то совсем без угроз. Это становится таким же ритуалом, как и поддевание Хуча за его нетерпеливость.
Даже Кери перестаёт воспринимать меня, как угрозу, и спокойно реагирует на очевидные знаки внимания, которые Рик оказывает мне. Дальше обозначенной мной границы он не заходит и с обнимашками не лезет, но всем вокруг видно, насколько искрит между нами.
Да и я больше не сопротивляюсь этому магнетизму. Что приводит Фло в дичайший восторг. Конечно, на грудь этому снобу я не бросаюсь, но и огрызаюсь всё меньше. Просто решаю для себя, что вот это состояние неопределённой влюблённости и для меня, и для него безопасно. И это помогает мне расслабиться. Хоть немного. Я перестаю постоянно трястись от страха, что меня пытаются раскусить.
В последний день отработки в лекарском крыле я была решительно настроена на поимку Феарины и допрос её с пристрастием. В ординаторской мне заявили, что она взяла несколько дней отдыха и покинула территорию Академии. Но я же упёртая, я решила проверить комнату беглянки. Вдруг меня обманывают. И вот теперь, в расстройстве стояла у закрытой двери. Действительно нет, даже индикатор замка горит ровным красным светом. 
– Сбежала, как пить дать, сбежала, – Флоренс в досаде наяривает вокруг меня круги. – А надо было сразу её к стенке прижимать! А ты всё прохлаждалась и отсыпалась!
Лиса за этот месяц ещё больше окрепла, и в боевом состоянии доходила мне до груди. В отношениях с Когтем у них наступил этап притирки. Я не удивлюсь, если они там в своём межгранье съехались в какую‑нибудь местную квартирку. А потому настроение у моей Фло скачет от "Я люблю тебя, мой Когтик!" до "Я убью тебя, Пернатый!". Вот и сейчас, скорее всего, был второй вариант.