Синяя Рыба

После богатого убранства замка эта комната сначала показалась Вике более чем скромной. На стенах не было ни картин, ни гобеленов: голый камень, и такой же каменный пол. И никаких орнаментов, безделушек, сувениров.
Но странным было то, что, несмотря на аскетичность, интерьер ни капли не проигрывал из-за этого. А в пространстве словно была разлита какая-то неведомая сила, древняя и весьма мощная. И эта Сила, дремавшая до поры, сейчас, казалось, пробуждается, возвращается к жизни.
Вика оглянулась на друга. Взгляд его был прикован к единственному предмету обстановки, имевшемуся в комнате: это был невысокий овальный стол, такие обычно стоят где-нибудь в вестибюлях отелей или в коридорах офисных центров. Стол был обит зеленым бильярдным сукном, на нем лежали деревянные фигурки. Их было много, наверное, несколько сотен: треугольники, ромбы, звезды… Похоже на кусочки паззла.
— Ты прав, Максим, — утвердительно кивнул Ротсен, входя в комнату. — Это мозаика. И ты должен ее собрать. В пророчестве об Избранном сказано, что тот, кому Небеса доверят спасти мир, сложит ее.
Высший маг обошел вокруг стола, взял двумя пальцами маленький кусочек головоломки, и посмотрел на него, прищурив один глаз.
— Кто только не пытался собрать ее. Естественно, ни у кого ничего не получилось. Потому что они не были избранными, — они пробовали обмануть судьбу, а это невозможно, — он помолчал и мрачно добавил. — А даже если и возможно, она жестоко карает за это.
— Я должен ее собрать? — слегка нервничая, переспросил Максим. — По правде сказать, я не очень силен в геометрии, и вообще в точных науках. Я не отступаю, просто…
Ротсен жестом прервал его.
— Не говори. Просто делай. Я знаю, что ты ее соберешь.
— А я могу помочь ему? — на всякий случай спросила Вика.
— Нет, Максим должен сделать это один. — Ротсен внимательно и изучающе поглядел на девочку. — Вы с Максимом из одного мира, верно?
Вика кивнула.
— Ты пришла сюда, потому что хочешь, чтобы мы помогли тебе вернуться домой? — прямо спросил он.
Вика смешалась. Она не знала, будет ли вежливо вот так просить о помощи, безо всяких на то оснований. Девочка хотела уже было выложить все начистоту, как Ротсен вновь заговорил:
— У тебя очень необычная аура. Я впервые вижу такую. Это не случайно.
— Мелани что-то говорила об этом…
— Ты оказалась здесь не просто так. Но точно это может знать только Старейшина.
— Вы думаете, надо спросить у нее? — приободрилась Вика. Шансов вернуться домой стал чуть больше.
— Думаю, что да. Я собираюсь отправиться к ней, — он подошел к девочке, и обнял ее за плечи. — Прости, но мы не можем отправить тебя домой прямо сейчас, даже если бы в этом была необходимость. Лимит магической энергии исчерпан почти до нуля. У нас осталось ее слишком мало, а сооружение Прохода в неурочное время — крайне энергоемкий процесс. Энергия сейчас нужна для другого.
— Для борьбы с Эриусом?
Ротсен сжал кулаки так, что на руках надулись жилы.
— С ним я разберусь сам. Но энергия все равно потребуется, и немало. Нужно найти способ уничтожить Тени, и залатать дыру, из которой они появляются, надо восстановить порядок, в общем, надо много чего еще сделать. Поэтому тебе придется обождать.
— Сколько? — обреченно пробормотала Вика. Сердце ее упало.
— Не знаю. Надеюсь, недолго.
Тем временем Максим, подвернув рукава, чтобы не мешали, тщетно силился сложить из деревянных кусочков хоть что-то. Но все его усилия пропадали даром: части ни за что не хотели складываться в единую картину. Он вспотел, хотя в комнате было прохладно, и расстегнул две верхних пуговицы рубашки. Влажные волосы спадали на лоб, мешая видеть, и он все время зачесывал их назад свободной рукой. Краем уха он слышал, как Вика подробно и обстоятельно рассказывает Ротсену об их путешествии.
Детали злополучной мозаики словно издевались над ним: Максим был уверен, что рассуждает правильно, но всякий раз решение, которое он с трудом находил, совершенно немыслимым образом ускользало, как мокрое мыло, и его поиски приходилось начинать сначала. В какой-то момент ему показалось, что фрагменты паззла ехидно посмеиваются над ним, и будь у них лицо, они наверняка сейчас бы корчили гримасы и показывали ему язык.
 
«Если б я хотя бы знал, что мне надо собрать!» — подумал Максим. Квадрат, или круг, или какую-то другую фигуру? Что?!..
Он вдруг вспомнил Синюю Рыбу. Может, попросить у нее помощь? Она обещала ему, что придет, где бы Максим не находился.
Нет. Это было бы нечестно. Каким-то внутренним чутьем он чувствовал, что должен все сделать сам, без магии и без чьей-либо помощи. А Искорка… Максим чувствовал, что она еще может ему пригодиться. Для более важного дела.
Ротсен говорил что-то о дефиците энергии, о борьбе с Тенями… И вдруг неведомое доселе чувство пронзило его сознание. Максим вдруг осознал всю абсурдность происходящего. Что он делает?! Вместо того, чтобы скорее начать предпринимать какие-то продуктивные действия, он сидит, как ребенок, которому нечем заняться, и тратит драгоценное время, собирая игрушку? Зачем?!
Пророчество? Соблюдение традиции? Если они не успеют справится с Тенями, и силы Тьмы победят, будет уже не до традиций! Как они этого не понимают?..
— Все, хватит! Я отказываюсь! — раздельно и громко отчеканил он. — Я не стану собирать мозаику только потому, что это предусмотрено вашим пророчеством. Если вам нужен тот, кто может помочь, и хочет помочь, я сделаю все, что потребуется. Но если вам нужен тот, кто соберет картинку — увы, я вам не подхожу. До свидания.
— Максим, — Ротсен поднял руку, не дав ему заговорить вновь, — Ты должен понять: никто в тебе не сомневается. Это Абсолют. Если пророчество должно исполниться, значит, оно исполнится, что бы ни случилось.
— Да поймите же! Нет времени заниматься глупостями! — крикнул Максим. — Сейчас нам не об этом надо думать! — и в приливе ярости мальчик махнул рукой и смел кусочки мозаики на пол.
— Что ты делаешь?! — в испуге крикнула Вика.
Ротсен поглядел на пол, потом на Максима.
— Все-таки ты собрал ее, хоть и сопротивлялся изо всех сил, — улыбнулся он.
Максим оторопело уставился на пол, где лежали фрагменты головоломки. Только это уже были не отдельные кусочки: части сложились в единое целое. Это была спираль, закручивающаяся по часовой стрелке.
— Вот это да! — Вика ошеломленно перевела взгляд на Максима, все еще стоявшего с поднятыми руками и открытым ртом. Но взглянув на Ротсена, она увидела, что тот, судя по всему, потрясен не меньше.
— Великая Спираль мироздания, — прошептал он еле слышно.
— Что? Какая спираль? — не понял Максим.
— В пророчестве сказано, что в головоломке зашифрован ключ, смысл которого откроется только Избранному, и который, согласно легенде, поможет ему победить Зло, и исполнить свое предназначение, — он откашлялся и торжественно добавил: — Ты прошел испытание, Максим. Теперь для тебя нет пути назад. Мы расскажем тебе, что делать дальше, но сначала я должен представить тебя Совету.
Как только они вошли в Зал Совещаний, все поднялись с мест, и с уважением склонили головы. Сначала Максим решил, что это проявление уважения к Ротсену, но когда понял, что они смотрят на него, от смущения мальчик стал красным, как спелый томат.
За круглым столом сидело пять человек — две женщины в длинных платьях и трое мужчин. Каждый из них держал в руках магический Жезл с крупным самоцветом.
— Лия, Зира, Конарт, Мелфаен, Эрсимер, — представил он своих коллег. — Это верховные маги, члены Совета Высших. Я его глава, но, кроме магов, в Совет входят также представители Великих Народов: гномы, эльфы, духи. Мелани тоже была в Совете, — он глубоко вздохнул и нахмурился.
— И Синяя Рыба? — поспешно спросил Максим, чтобы перевести разговор в другое русло.
Ротсен невесело усмехнулся.
— Синяя Рыба, да… Она нашла тебя и привела сюда, это, конечно, замечательно. Она рассказывала тебе свою историю?