Покажи мне любовь (СИ)
- Сволота недоделанная, сразу не мог сказать!!
- Ты меня своим звонком, чуть до инфаркта не довела. Я же не знал, что ты глюк словила от перегрева. Хорошо, что парень, у которого ты телефон отжала, прочухал и перезвонил тут же.
- Ты скотина!! – от злости начинаю дергаться, стряхивая покрывало.
- Блять! Сейчас свяжу, иголка же торчит – без особых усилий заматывает, как гусеницу, оставляя свободной только одну руку. Что за наказание такое. С моей головой когда-нибудь будет порядок.
Такое ощущение, что в чердаке форточка всегда на проветривание, и весь разум сквозняком утекает. Скорее всего, это от длительного контакта с синеглазым психопатом.
- Подожди, это реально, мне приснилось? – спрашиваю, пытаясь разделить неразделимое, такое четкое воспоминанье сна. Как возможно.
- Реально, ты пиздец.. убедительно так просила, я чуть сука не сдох, за пять минут… Пока думал, что тебя Полонский похитил. Шутница, твою мать. Везде кайф словишь, а мне разгребай – раскаляется как бойлер перед взрывом, жар волнами расходится по мне, передается, подбивая такой злостью. Была бы возможность, убила и расчленила.
- Я тебя не просила. Мы расстались, так что вали отсюда. Свободен.
- Хер тебе!! Мы теперь живем вместе, ты же без контроля не можешь. Какого хуя оказалась на другом конце города?! – орет в голосину, ночь, же люди спят. Говорю тише, шиплю как змея, ядом раскидываюсь. Так взбесил.
- Да, пошел ты, сам с собой живи. Где хочу там и оказываюсь. Ты, мне, что ли будешь указывать.
- Конечно, я. Ты моя собственность, прикинь, тут без вариантов – битва взглядов отрицательно сказывается на моем самочувствии, от нервного напряжения, вся симптоматика грозит выплеснуться из сжавшегося желудка. Замолкаю, часто глотая, и прикрываю глаза, от стука маленьких молотков по всем извилинам.
- Кэд – на полушепоте выдыхаю – Уйди, пожалуйста, мне плохо, я спать хочу.
Обеспокоено вглядывается, наклоняется, собираясь поцеловать. Я выставляю руки, отталкиваю. Пару минут стоит надо мной, а потом уходит, тихо щелкая замком двери. Я засыпаю.
После утренних измерений моих жизненных показателей. Все в норме, не считая небольшой температуры. Слабость и головокружение, а в остальном, я почти в порядке. Когда приходит доктор с осмотром, прошу отпустить меня долечиваться дома.
- Я не против, соблюдайте постельный режим и обильное питье, избегайте нагрузок. Работаете? – прописывает в карте, пока я одеваюсь.
- Да.
- Тогда больничный и если будут осложнения, обращайтесь.
- А можно вопрос – добродушно кивает, серьезно поглядывая из под толстых линз – Моя вчерашняя галлюцинация, что с этим? Может мне к психиатру нужно?
- Да нет, лапушка, не переживайте, такое вполне естественно. Не часто, но бывает. Видимо ко всему, добавилось переутомление или стресс.
Да, стресс в моей жизни, не проходит уже лет пять.
Дожидаюсь выписку и документы, так предусмотрительно доставленные, «милейшим» триггером моих переживаний. Потом вызываю такси с ресепшена и сажусь на скамейке в сквере дожидаться.
- Поехали – боже, ты можешь просто испариться. Нет, ни сил, ни желания, вести эти бесконечные перепалки. Устало выдыхаю.
- Вольнов, ты можешь просто исчезнуть, правда достал – хмурится, но уходить, не собирается – Кэд, едь домой, я на такси.
- Ой, мляя.. – эта зверюга хватает и тащит меня на руках к своей машине.
- Ты успокоишься, когда-нибудь – спрашиваю, когда он садится за руль.
- Кать, давай не будем. Тебе сейчас нельзя нервничать. Потом поругаемся. Поехали ко мне
- Нет, отвези меня на квартиру – сжимает губы, но кивает, что странно. Прислоняюсь к спинке, останавливая вертолетные лопасти в голове.
Когда останавливаемся, сметаю в кучку все силы. Рывком выговариваю не давая себе поблажек.
- Кэд, давай по-взрослому, больше не приезжай и не звони. Давай двигаться дальше. На этом точка. Пока ты рядом, я не могу забыть весь кошмар, который произошел в моей жизни, а очень хочу. Так что спасибо за все и прощай - Слова слетают, заполняя пустотой все внутри.
- Кать, я тебя.. – замолкает, обрывая – Я очень хочу, чтобы у тебя все получилось – берет ладонь, прижимая к губам – Иди, Кроха, я больше не приеду - ласкаю его щеку и целую быстро .
Оборачиваюсь уже на входе в подъезд. Сплошная символика. Все началось в этом мерседесе, в нем и заканчивается. Прощай, Вольнов, я тебя очень люблю.
Глава 40
- Привет, Маркова – укладываюсь на живот, ставя телефон на громкую.
- О, потеряшка, ну как каникулы – бодрая звонкость в голосе Юли заводит.
- Почти нормально, только скучно. Я наверно завтра закрою больничный, и на любимую работу рвану – выдаю ей.
- Давай, Серова, а то я в коридорчике слышала, как Яна подбивает Забродского, дать тебе пинка под зад.
- Вот сучка, выйду, устроим ей темную.
- Я потихоньку начала. У нее колпачок от тональника, случайно в сумке раскрутился, все залил. Представляешь, какая неприятность. Моделька то новая, дорогущая – дружно ржем в трубку, потом Юля приглушенно шепчет – Все, конец связи, змея ползет.
Два дня в спячке, с перерывами, на пробивающийся аппетит. А вчера везение покинуло. Болталась по квартире. Убралась, приготовила ужин Илье. Прогулялась вместе с соседской болонкой по кустам, пока Наталья Дмитриевна ходила в аптеку.
На воодушевлении, от общения с пушистым комком, предложила Субботину, завести собаку. Отказал, аргументируя тем, что ему еще за ней придется убирать. Удрученно покивала. Так то, да. На нем вон сколько всего. За мной ухаживает, выслушивает, а еще с животным нянчится.
- Кошечка моя, я вернулся. Как ты? – бегу на встречу, идеальному по всем параметрам сожителю.
- Что купил? - роюсь в пакетах и достаю упаковку мороженного с ягодами черники.
- Субботин, женись на мне. Я ни на что не претендую, просто будем жить вместе… вечно – зловеще щурюсь – Ты, от меня никогда, не избавишься.
- Это я уже понял – обнимает за плечи, толкая к кухне – Корми мужа, голодный трындец.
Стручковая фасоль с запеченной курочкой ложится на блюдо, картинно приправленная зеленью, ну прям картинка для сторис, с довольной моськой Субботина в придачу.
- Кать, я его видел – застываю с тарелкой перед лицом Ильи – Утром, когда на работу ехал, твой Вольнов у подъезда караулил, заметил меня и стартанул с ревом. Думал, переедет еле отскочил.
Сажусь на стул, апатично ковыряясь в тарелке. Когда это уже закончится. Почему не оставит в покое. Зачем растягивать то, что уже закончилось. В душе итак нескончаемая трагедия, к чему усиливать, подпитывать не затихающие внутренние терзания.
- Расстроилась? – вяло киваю, а Илья подстегивает мои сомнения, висящие на тонкой нити упрямства
– Может, все не так как ты думаешь. Тут чего то не вяжется .
- Что не вяжется, я принимаю то, что ему не плевать, но меня такой формат отношений не устраивает. Мы только и делаем, что ругаемся и занимаемся сексом. Больше ничего.
- Да ладно Кать, он же трясется над тобой, как припадочный - всыпает на чашу весов колебаний, который итак уже практически перевешивают все доводы рассудка.
-Это закончится, не сейчас, так позже. Я его люблю, а он меня нет, в том и загвоздка. На равных уже не получится. А значит, если продолжить в том же духе, убьет только меня.
- Тебе видней, я же свечку не держал, но он очень за тебя переживает, это в глаза бросается. Так что, тут безразличием и не пахнет. Ты же женщина, поговорите нормально, сколько можно мучиться и голову забивать всякой хренью. Выяснить раз и навсегда – заталкиваю строптивую фасолину в рот и отрезаю ответом.
- Выяснили уже.
- Он так тебе и сказал, Серова я тебя не люблю, у нас только секс – он мне вообще ничего не сказал, сделал много чего, а с выяснением отношений пусто. Если не считать того, что нахер послал несколько раз.