Восток. Запад. Цивилизация (СИ)

Приятно знать, что не ты одна такая. То есть, я пока еще ничего не спалила и, чую, если вдруг, то гостиной не обойдется.
- А вот когда стал взрослеть, случился скачок. Тоже не то, чтобы совсем уж редкое явление. Сейчас, правда, говорят, что да, редкое, но… тогда и характер испортился.
- У меня не испортился!
- Конечно нет! – бодро соврал муж.
- Сильно?
- Не то, чтобы… ты же сама сказала, что злишься. Это тоже нормально.
Ну да… конечно… вот едешь ты на край мира, за мужем, к счастливой новой жизни. А тут тебе и не слишком рады. И потом выясняется, что твоя матушка…
- А Эдди графом сделали, - наябедничала я. – Хотя… ты ж там был, знаешь.
- Был, - Чарльз усмехнулся. – Хорошая… шутка.
- Шутка?
- Граф Семтон – титул весьма своеобразный… на самом деле такого графства нет.
- Как?
Это что, Эдди обманули?!
- Вот так. Этот и еще пара других титулов. Они настоящие, просто безземельные. Их придумали, скажем так, для особых случаев.
Я протянула руку и шары остановили движение, чтобы опуститься чуть ниже. Я ощущала связь с ними. И управлять тоже могла. Не совсем, но вот… выше поднять. Ниже.
Или в другую сторону хоровод запустить.
- Иногда… у Императора или у кого-то из ближайшей его родни появлялся ребенок. И часто бывало так, что ребенок этот…
- Незаконнорожденный?
Чего он мямлит. Такое не только с Императорами бывает. Вон, поговаривали, что Летти Шеффилд – незаконнорожденная дочка нашего шерифа, который, может, и та еще сволочь, но вот землицы ей в приданое прикупил. И не только землицы…
- Да. Дело в крови, Милисента. У Императора особый дар. Он не всегда проявляется, как у твоей матушки. Поэтому за детьми приглядывают. Воспитывают при дворе. Наделяют титулом.
- Графа Семптона?
- Да… хотя последний граф почил лет этак двадцать тому. Говорят, был довольно своеобразным человеком…
- Погоди, но если этот титул, то… нет, это ж безумие! Никто не поверит…
- Может быть, и нет. А может, и да. Порой удивляешься тому, во что люди готовы верить. Смотри, что у меня есть.
- Помимо конфет?
А коробка-то наполовину опустела. И главное, не все-то из неё я тягала, Чарли не отставал.
- Что? – он поглядел на меня преневинно. – Я, между прочим, тоже с даром маюсь… а шоколад – силы восстанавливает. Все маги на самом деле страшные сладкоежки. Но обычно это как-то… скрывают.
- Почему?
- Неудобно. Считается, что сладкое – это для женщин.
- Правильно считается, - я отобрала коробку. Не такая она и большая, чтобы двоим хватило.
- У меня еще одна есть, - успокоил Чарльз. – На самом деле затевается какая-то игра. Пока не знаю, какая, но думаю, скажут. И…
- Опасная?
- На этом уровне других не бывает.
- Эдди…
- Я его не брошу.
- Даже если велят?
- Император не вправе требовать поступков, которые наносят урон чести. Он это знает.
Как и то, что мой муженек – слишком большой чистоплюй, чтобы согласиться на подобное. И потому потребует у кого-нибудь другого, не такого повернутого на вопросах чести.
Чарли вздохнул.
Кажется, и он понимал это.
- У меня есть… знакомый, который может кое-что прояснить. Хотя, подозреваю, и он не знает всего.
Никто не знает всего.
- Слушай, ты меня заговорила.
- Я?
- Вот, - Чарльз вытащил из кармана бархатную коробочку, в которой обнаружилась крупная подвеска с бледным розовым камнем. Красивым. – Это тебе…
Я перевела взгляд на потолок.
- Да нет, просто… я ведь так ничего и не подарил тебе на свадьбу. Я раньше выбрал, честно. Думал, перед этим представлением, но как-то вот замотался…
Камень был чуть меньше того сапфира, который свекровь припрятала подальше, должно быть, чтобы ювелиру показать.
- Это…
- Алмаз. Розовый. Африканский. Мне так сказали, но могли и соврать.
- Что алмаз?
Не сердце. Не знаю, как называется эта огранка, но камень будто прямоугольный. И… и внутри искорки. А еще руки к нему сами тянутся. Я прямо чувствую, что мне срочно, просто жизненно необходимо потрогать его.
- Нет, что африканский. Алмаз. Я проверял. И чистота хорошая, годится для артефактов.
 
А сколько стоит, о том лучше не спрашивать.
- Извини, - я почувствовала, что рот наполнился слюной. Нет, я ведь не хочу сожрать камень? Точно? С облегчением выдохнула, сообразив, что сожрать не хочу, а вот потрогать…
- Правда, ничего сложного сделать не успели, просто…
- Чарли, помолчи. Он чудесен.
Я вытащила тонкую цепочку и прижала камень к щеке. Правильно… алмаз и золото, золото и алмаз… буду надеяться, что это тоже из-за дара, энергии и всего остального, а не потому, что я все же слегка свихнулась.
Шары под потолком затрещали.
И опустились.
Ниже.
Еще ниже… и на ладонь. В камень сила уходила, что вода в сухую землю. А я видела её, там, внутри, видела, как она наполняет алмаз, как… как меняет его.
Самую малость.
И еще.
И третий тоже… и вот так… а дальше что?
- Если хочешь получить артефакт, то нужно задать посыл. Свойство.
- Как?
- В нормальных условиях путем длительных расчетов и точечного воздействия, но ты просто попробуй представить, чего от камня хочешь.
А чего я хочу?
Чтоб я знала…
- Допустим, чтобы защищал. Скажем, от опасности…
Это уже было, в том, в синеньком… но да, почему бы и нет? Кто сказал, что нельзя повторить. Тем более синенький – это не мой, а вот розовенький – очень даже мой.
- И в конце проводят привязку, к ауре хозяина, но тогда задают условия, при которых артефакт можно перенастроить, скажем, в случае продажи или гибели хозяина. Но чаще привязывают на кровь. Кровь несет характерный отпечаток, и у родственников схожа. Правда, тогда управлять артефактом сможет любой человек, кровь которого камень примет.
Интересно.
И…
Не то.
Я закрыла глаза и села, взяв камень в руку. Я поднесла его к губам и выдохнула. Почему-то рукам стало жарко, и… и жар тоже ушел внутрь.
Это мой.
И… и моих детей, если будут у меня дети. И детей моих детей тоже. И всех, в ком есть моя сила… сила – это почти кровь, почему-то опираться на нее мне кажется более правильным.
Да.
Именно так все.
А если кто вздумает украсть… от самой это мысли в глазах потемнело. Мое! Никогда и никто… надо успокоиться. Надо… вор, посягнувший на собственность моей семьи, будет наказан.
Именно.
Я почувствовала отклик и улыбнулась.
- Вот так, - я открыла глаза и…
- Ты все-таки подпалила гостиную, - сказал Чарльз, засовывая за щеку последнюю конфету. А по ковру пролегла не очень длинная, но широкая черная полоса.
Это… это…
- Ты огнем дохнула, дорогая.
- Я… не нарочно, - пальцы разжались, и остывающий камень выпал из рук, чтобы повиснуть на цепочке. Алмаз больше не был розовым.
Он потемнел.
И… и бывают алмазы вишневого цвета? Хотя, конечно, красиво получилось.
- Красиво, - Чарли руку протянул, но тронуть не решился. – Можно?
Я протянула цепочку.
- Теплый… и горячий даже. И что-то такое… знаешь, я ощущаю силу внутри, но не могу понять её суть. Впрочем, я тут сам на днях тоже… утворил что-то. А ведь говорили мне, что артефакторика в жизни пригодится. Но где там… я же боевой маг, к чему мне артефакты? Они для тех, у кого силы мало.
Он вернул камень.
И помог цепочку застегнуть. Я не уверена, носят ли леди такие украшения просто так, без повода, но… но леди пусть делают, что им вздумается. А я вот буду.
Мне с камушком как-то спокойнее.
- Паркет не пострадал, - Чарли приподнял ковер и подал мне руку. – Матушка сказала, что к вечеру придет модистка…
- Опять?!
Да сколько эта страшная женщина сюда ходить может?!
- Тебе нужен гардероб.
- У меня уже есть один!
Я представила вечер в окружении тканей, кружев, лент и прочей безумной мишуры. Нет уж, я… у меня нервы! Я не готова.