Новичок (СИ)
Потеряв полчаса драгоценного времени, я облазил весь пол, заглянул во все щели, выдвинул все ящики...
Может, у Фонци сегодня выходной, а он забыл меня предупредить?.. Да нет. Когда я только пришел, он был на своём рабочем месте, и просто подпрыгивал от энтузиазма.
Ладно, делать нечего. Придётся обойтись без него.
Когда я наконец увидел свет в конце туннеля — то есть, пол под посудными небоскрёбами, остальные уже разошлись.
Погасли печи, перестали трещать дрова в камине, в зале смолкла музыка и погас свет... Сквозь плотно закрытые ставни пробивались багровые лучики солнца.
Всё-таки как-нибудь нужно выяснить: что такого в том, чтобы выходить на улицу днём? Но не сейчас. Сейчас я слишком сильно устал.
Руки покраснели от горячей воды и разъедающего мыла, а кожа на кончиках пальцев противно сморщилась.
С трудом нагнувшись, я поднял с пола последнюю сковородку...
— Фонци! Ты как там оказался?..
Подняв губку, я с недоумением оглядел заляпанный мыльной пеной каменный пол.
И вдруг, совсем рядом, услышал тоненькое издевательское хихиканье. Бросился посмотреть — но в кухне уже никого не было. Только громко хлопнула входная дверь.
Так значит, надо мной решили подшутить. И этот шутник почему-то не боится появляться на улице днём.
Пришлось набрать в раковину воды и пустить Фонци поплавать — просто так, для удовольствия.
Пока губка резвился в горячей мыльной воде, я на всякий случай проверил все закоулки и укромные закутки в кухне — а таких нашлось немало.
Пусто. Значит, мне не показалось: шутник прятался до тех пор, пока в полной мере не насладился своим триумфом, а потом быстренько слинял. Причём с такой скоростью, что я его даже не смог разглядеть.
Ла-а-адно. Оставлю это дело на потом. Но позже я к нему вернусь. Обязательно.
Отыскать дорогу в общагу в лабиринте, который представляли из себя помещения клуба, оказалось совсем не просто.
Но мне всё-таки повезло в конце концов выйти к бассейну, окруженному коттеджами — скорее, благодаря инстинкту, нежели наблюдательности.
А здесь, похоже, была вечеринка! Вокруг бассейна стояли шезлонги — сейчас на них сушились влажные полотенца. Тут и там валялись смятые пластиковые стаканчики, кактус в глиняном горшке был утыкан коктейльными зонтиками, а на оранжевой воде покачивались резиновые утята, надувные матрасы и даже искусственный остров с надувной пальмой.
Я вздохнул. Всё. Всё проходит мимо меня. Вот бы посмотреть, как мои девчонки, одетые лишь в крохотные бикини, резвятся в воде цвета фанты...
И тут я понял, что меня ожидает ещё одна проблема. Я не мог вспомнить, в какую вчера вошел дверь.
На вид все они были до безобразия одинаковыми. Аккуратные крылечки, аккуратные красные, крепко запертые ставни, аккуратные дверные ручки... Стоп! На той двери, к которой вчера подвела меня Лолита, была ящерица. Зелёная такая.
Отыскав дверь с ящерицей, я с трепетом взялся за ручку... И оказался в знакомом розовом царстве. Фух! Слава Богу. А то попал бы к этому Розарио, у которого шкаф набит женскими тряпками...
Кстати, горы шмотья на полу уже не было. Наверное, этот бухгалтер-трансвестит и постарался. Господи, что за дурацкие мысли лезут в голову?..
— Макс, это ты? — сонный голос принадлежал Ариэль.
— Я.
Хорошенькая растрёпанная головка тут же просунулась меж прозрачными занавесями.
— Точно, ты. А я думала: вдруг не ты?
— И почему ты так думала?
— Потому что ты — контрабандист.
— Но я — не он! В смысле, не...
— Даже обиделась на тебя, честное слово. Обещал мне журналов, а сам... Мы даже шарики надули!
Я мысленно провернул всё, что сказала Ариэль, в обратную сторону. А затем рассудительно кивнул.
— Ну, во-первых, о вечеринке я не знал, — во время разговора я успел раздеться.
Расшнуровал ботинки, стащил куртку, расстегнул ремень на джинсах... Вспомнил, что кроме меня самого, под джинсами ничего нет, и смутившись, застегнул обратно. А потом рванул в ванную.
— А во вторых? — Ариэль уже была рядом. В короткой розовой маечке и таких же трусиках, она была очень хороша. А как пахла!..
— А во-вторых, как только я научусь ходить по измерениям, то обязательно принесу тебе модных журналов. Но с одним условием...
— Ура! — не слушая дальше, Ариэль повисла у меня на шее и влепила сочный поцелуй. — Значит, я зря волновалась. За это мне полагается награда... А ты собираешься мыться, да? Ой, Макс! А можно с тобой?..
— Ариель, милая... — я подхватил её на руки. — Если я когда-нибудь скажу "нет" — просто отдай меня Эцилопам, ладно?
— Хорошо, если ты просишь... — на лице её возникла задумчивая гримаска. — Интересно: а если мне кто-то не нравится, можно отдать его Эцилопам?
Мы встали под струи воды, и на некоторое время разговоры прекратились как-то сами собой. Кстати: Ариэль мне показала, для чего используется оставшийся четвёртый кран... И это было восхитительно.
Выйдя из душа и вытираясь одним на двоих, огромным пушистым полотенцем, мы также получили море удовольствия.
Но потом... Потом я вспомнил об обещании Лоле допросить Ариэль, и действительность рухнула на плечи, как мешок с песком.
— Детка, а кого бы тебе хотелось отдать Эцилопам? — посчитав, что пока мы вдвоём, это сделать удобнее всего, я решил зайти издалека.
На лице девушки вновь проступила гримаска отвращения.
— Знаешь, я вообще-то люблю свою работу, но иногда...
— Что?.. К тебе кто-нибудь приставал? Тебя обидели? — я вспомнил злополучное видео с Карбункулом. — Только скажи, и я...
— Ой, какой ты смешной, — она прикоснулась кончиком указательного пальца к моему носу. — Хочешь, я покажу тебе свой танец?
— Может, не сейчас... — хотя соблазн был велик, я всё ещё был настроен задать Ариэль парочку вопросов.
— Ой, ну пожалуйста! Мне так хочется... — приложила руки к груди, она распахнула свои лучистые глаза во всю ширину.
— Э... Ладно. А где? — я оглядел довольно тесную ванную.
— Садись вот сюда, — она подтолкнула меня к унитазу, прикрытому пушистой розовой крышкой. — А полотенце давай сюда. Без него гораздо лучше.
Через некоторое время я, совершенно окосевший, сидел на полу ванной, а Ариэль прижималась к моей груди. Надо ли говорить, что без второго душа теперь никак не обойтись!
— Тебе понравилось? — спросила девушка, нежно покусывая меня за ухо.
— О-о-о...
— Ну вот, я так и знала! — она вскочила и закружилась по комнате. На коже, словно сбрызнутой перламутровой чешуёй, засверкали капли воды. — А этот прилизанный скелет совсем не ты. И спрашивается: зачем тогда всё? Сидит и пялится на дверь! Это, знаешь ли, оскорбительно. Я же профессионал!
О чём она говорит? — я вновь попытался представить себе образ мышления Ариэль... Профессионал. Она говорит о своей работе — то есть, о танцах. "Пялится на дверь, и это оскорбительно" — вероятно, кто-то, вместо того, чтобы смотреть на неё... Речь идёт о приватном танце. А "прилизанный скелет" — это, конечно же, Карбункул!
Признаться, более точного описания его внешности и придумать нельзя.
— И откуда мне знать, что у него под одеждой?.. — оказывается, монолог продолжался, и я вновь навострил уши. — Главное правило: смотри, но не трогай. К тому же, раздевалась я, а не он. Почему никто не спросит, что под одеждой у меня?..
— Кто? — может, вопрос прозвучал слишком резко, но я вдруг почувствовал себя, как гончая, которая почуяла след. — Кто тебя спрашивал, что у Карбункула под одеждой?