Дикарь (СИ)

По итогу меридианы создали два образования, которые были наполнены энергией и сообщались между собой — большой круг, как я его называл, из более толстых меридианов, создающих как бы внешний энергетический каркас тела и питающий кости, мышцы и кожу, и малый круг из мелких меридианов, питающих внутренние органы и кровь. Понятно, что это не было каким-то чётким разделением, всё было взаимозаменяемым и взаимопроникающим.
А потом я обратил внимание, чтоб и большой круг, и малый образовал как бы некую пустоту в середине всей этой конструкции. Будто место для чего-то. Для ядра! Я был уверен на тысячу процентов. Но для этого нужен был толчок, ещё большая наполненность тела Ки.
И тогда я вспомнил того медведя, что спал в берлоге. Без сомнения, он был силён, по ощущениям не слабее, чем гигантская собака, в честь которой я сделал идола. Если съесть его, то я точно смогу прорваться!
Сказано — сделано! Вот так в лоб на медведя я зайти, ясное дело, не жаждал, хотя предполагал, что придётся побороться. Но до этого его можно ослабить, верно? Пришлось облазить всю скалу над пещерой, но я нашел неплохой каменный пласт, который можно было подрыть и скинуть на мохнатого. Я так и сделал, оставив только последний рывок для обрушения, буквально колышек, подпирающий гору, и спустил верёвку от него вниз, к пещере.
В избранный для нападения день я подошел к пещере с целой охапкой дров и зелёной травы с листьями, расковырял вход в берлогу и развёл огонь. Потом бросил на костёр сырую траву и листья, отчего они стали пускать густой белый дым, едкий, аж глаза резало, и начал самодельным веером из больших древесных листьев задувать этот дым в пещеру. Работать начало примерно через полчаса — из пещеры разнёсся недовольный рык, ещё один, а следом послышались гулкие шаги — и медведь выпрыгнул из темноты прямо в костёр! Дневной свет после многих лет спячки ослепил его, вон он и не видел ни чего.
Я сразу же дёрнул за верёвку, а сам ударил копьём по чувствительному носу гиганта. А медведь на самом деле был таковым — здоровенная мохнатая гора размером со слона, ревущая пастью с клыками в полметра длиной.
Подкоп сработал как надо — каменная плита метров в двадцать диаметром и в пару метров толщиной поехала вниз, увлекая за собой камни разного размера, и на приличной скорости рухнула на голову мишке. Земля под ногами вздрогнула от такого удара, лапы у медведя подогнулись, и он оказался погребён под тоннами камней, десятками, а может и сотнями тонн.
Но продлилось это недолго. Камни зашевелились, стали расползаться в стороны, и из-под завала вырвались голова и лапы, а потом и весь зверь. Выглядел он потрёпанным, шерсть кое где вырвана с корнем, он припадал на левую заднюю лапу, а из носа текла кровь. Но силу него всё равно было хоть занимай!
Он сразу определил меня как источник своих бед, поэтому с глухим рычанием кинулся в мою сторону, жаждая подмять под себя и разорвать на куски. Я снял все ограничения ан скорость действий, уклонился, а после того, как медведь развернулся, ткнул ему в глаз копьём. Шип на копье из клыка горного льва пробил глаз и упёрся в кость глазницы, а гигант заревел от боли, вызывая на всех окрестных горах небольшие лавины. Меня этим рыком вообще отбросило и прокатило по камням, прикладывая к каждому. Но я тоже был не лыком шит, поэтому крошились и разлетались на куски камни, а не я.
Медведь обернулся ко мне, рыкнул, признавая мою силу, поднялся на задние лапы и с рёвом ударил передними по земле. От такого удара всё содрогнулось, а ко мне побежала волна взрывающихся земли и камней. Я только успел подняться на ноги, как снова был с них сбит. Мишка побежал на меня сразу же, как использовал этот удар, почти приблизился на расстояние укуса, но я прямо на четвереньках рванул в сторону. Отбежал немного, выхватил горшочек с ядом от змей и паука, что я убил за последнее время, и выплеснул его на морду зверя, попав на разорванную глазницу. Я б и второй так же выплеснул, но он разбился во время кульбитов по камням.
 
Теперь оставалось только тянуть время. Я бегал от медведя, уклонялся, подзадоривал его время от времени ударами копья по носу или в ранки на теле. Разок и мне досталось — не успел вовремя отскочить, и на правом бедре теперь красовались четыре глубокие царапины. Ещё бы немножко и мне просто оторвало бы ногу, но пронесло.
Коктейль из ядов справился с гигантом где-то за час. Он становился с каждой минутой всё слабее и медленнее, а в конце просто стоял на дрожащих лапах, с ненавистью смотря на меня пылающим яростью глазом. Но ненависть ненавистью, а победа сегодня за мной!
— Это тебе за Дикаприо! — с этим криком я ударил медведя копьём во второй глаз.
Тот рыкнул, дёрнулся ко мне и просто упал. Вот и всё! Я подошел в тяжело дышащей туше, примерился — и вогнал копьё ему в ухо, протолкнув как можно дальше. Там у него не было толстенной шкуры и длинной, жесткой как металлическая проволока шерсти. Копьё погрузилось в голову на всю длину лезвия, я его ещё немного поковырял, медведь зацарапал лапами по земле в конвульсиях, а потом расслабился.
А потом меня ждал настоящий ад — разделка всей этой туши! Я сломал три ножа из клыков, пока разрезал её на куски, чтоб вынуть все интересующие меня органы, да и мясо неплохо было бы засушить. А сколько сил ушло на то, чтоб добраться до костного мозга и вскрыть ему череп! Это всё заняло у меня целых двое суток.
Сердце я сварил в самом большом алхимическом котле, да и то оно влезло только по частям. Но термическая обработка уничтожала тот яд, которым была накачана туша, хоть и немного снижала насыщенность Ки. Ну, может, какие-то остатки всё же найдутся, но мой организм их сможет переварить, не зря же я его тренировал и совершенствовал.
Вскоре я уже приготовил себе чая из духовных трав, выложил перед собой кусочки медвежьего сердца и мозга и начал всё это есть. Тщательно пережевывал каждый кусочек, потом следил, чтоб вся Ки из него усвоилась организмом и запивал это чаем.
Я оказался прав! Ки в медведе было просто чудовищное количество! Даже в варёном сердце его было столько, что меня буквально затопило! Меридианы пульсировали, волны энергии заполнили всё тело, а я их, не прекращая поедание, сворачивал в том «пустом» пространстве, которое оставили меридианы.
Постепенно там стал вырисовываться небольшая, где-то с мячик для большого тенниса, сфера. Она была похожа на хрустальную, такая тоненькая и хрупкая. Но с каждой волной Ки, что я в неё направлял, стенки вырисовывались всё чётче и чётче, становились всё более реальными. Наконец внутри меня появилась ярко-серебристая сфера, вся оплетённая малыми меридианами, в которую вливалась энергия из них. Причём маленькой она казалась только «снаружи», а вот изнутри она была огромная, как бассейн. Ну и хорошо.
Теперь, вроде бы имея всё, что нужно, я должен уметь выпускать Ки! Вышел на улицу из пещеры, сосредоточился, закрыв глаза, и начал представлять, как моя энергия выходит из вытянутых вперёд рук… ну, пусть в виде огня. Внутри меня Ки послушно циркулировала, наполняла руки собой, но почему-то кожа будто была чем-то непреодолимым! Я не мог выпустить из себя даже жалкой капельки Ки!
Неужели… неужели этого ещё недостаточно?
На несколько минут я впал в отчаяние. Я уже сижу в этих горах неизвестно сколько лет, выкосил всё полезное живое на десятки километров вокруг, влил в себя кубометры чая из духовных трав, а медитировал так долго, что в бассейне водопада уже углубление от моей задницы! И что?! Я до сих пор настолько слаб? А я вообще смогу стать сильным? Меня же не раз проверяли в деревне, и никто никогда не находил таланта к культивации.
Я сама себе отвесил пощёчину за такие мысли. Пошли вы прочь, суки! Я в мире культиваторов! Тут терпение и труд действительно могут сделать тебя сильным! Здесь можно стать просто суперменом, пойти и нагнуть своих обидчиков. И я так сделаю. Ну, понадобится для этого чуть больше времени, ну так у меня оно есть. Мне всего-то… кхм, меньше тридцати точно! Я буду вгрызаться в эти горы, в этих зверей сколько надо, чтоб стать сильным и покарать убийц своей семьи! Так что иди в жопу, отчаяние, я не хочу тебя видеть!