Одаренный (СИ)

Я подошел к окну, раздвинул занавески, и, отжав ручку, распахнул створки. Так, что бы такого сделать плохого? О, а вот и ворона. Сидит на проводах и противным карканьем оглашает окрестности. Что у нас охрана делает? Нет, чтобы взять мелкашку и прибить наглую птицу? Придется самому. Но сначала опробуем на ней заклинание. Заодно попробуем свою силу, вдруг опять будет не так?
Я прицелился в нее указательным пальцем и свил маленький Воздушный Кулак, которым раньше бил мух. В крайнем случае перья помнет и стукнет ее по наглой серой заднице, и то, учитывая расстояние...
Плетение сорвалось с моего пальца. И тут же у меня отвисла челюсть от удивления и больно хлопнула по ногам. Ворона на проводе словно взорвалась и превратилась в кровавые ошметки, живописно брызнувшие в разные стороны. Так, это уже становится системой. Все, прекращаем колдовать, а то доиграемся... Довольны мораторием будут только мухи, их я пока не трону.
Что со мной не так? И кто сможет мне в этом помочь? Я быстро перебрал у в уме возможные варианты. Лаборатории подобного уровня, которые мне были известны и к которым можно подучить доступ, есть только в двух местах — у Стругова и у нас, то самое «Древо», которое папенька надысь вспоминал. Как раз в них есть аппаратура, которая не просто фиксирует изменение реальности, но и может измерить ее количественно, что мне сейчас и нужно.
Только вот была одна маленькая проблема. В этих двух лабораториях сразу же доложат о моих художествах отцу, а его реакцию предсказать трудно. Да и без него вряд ли мне что-то сделают — все это под строгим контролем. Хотя... Есть одна мысль, как можно решить эту самую проблему. А также получить доступ в лабораторию и к ее оборудованию, не вызывая особых подозрений и не раскрывая приобретенные суперспособности. Скоро конец учебного года, так? А что после первого курса у нас? Ну конечно же, ознакомительная практика. Чтобы, значит, теоретически подкованный на все четыре копыта студент получил представление о своей будущей профессии, пощупал все это на практике. И как раз в деканате начали уже заикаться, что пора бы определиться с местом ее проведения. Конечно, тут у всех разные возможности. Аристо, владеюшие предприятиями, где применялась волшба, охотно брали своих отпрысков, чтобы те в будущем вливались в семейное дело. Хуже тем, кто либо не имел таких предприятий, либо волщба там никоим образом не применялась. Вот тем приходилось помыкаться и поискать среди знакомых, или полагаться на милость декана, который мог пристроить студента на практику. А вторая их проблема, следующая из первой, была та, что никто не возьмет совершенно чужого Одаренного на свои производства, секреты которых оберегались очень ревностно. Не мой случай. Мне, как сыну владельца предоставят все на блюдечке с голубой каемочкой, и будут пылинки сдувать. С одной стороны — хорошо, а с другой — повышенное внимание к випанутой персоне. Все, решено. Осталось только решить — «Струг» или «Древо»?
Опять же, у Стругова очень большое техномагическое КБ, обеспечивающее его заводы по регионам. И, естественно, та самая лаборатория, где можно резвиться в плане технологий, чем я и занимался в школе. Кланы Струговых и Апраксиных были не просто партнерами, папахен в свое время вложил в будущий «Струг» немало денег, поверив в гений и чутье молодого и подающего большие надежды техномага. И не прогадал — теперь у Стругова, начинавшего с отцовского гаража и набора юного техномага была огромная корпорация, папины вложения отбились многократно. Мы там всегда были желанными гостями, а тем более Стругов положил глаз на меня, как на юного техномага. Но в его лаборатории всегда загрузка, бегают красноглазые как упыри с всклокоченными волосами люди в белых халатах, время от времени издающие невнятные возгласы. К тому же многие из этих заумных не состоят в клане Стругова, а просто на него работают. Слишком много посторонних.
С другой стороны, у отца секретность возведена в ранг абсолюта. Все сотрудники лаборатории «Древо» присягнули на верность клану Апраксиных, автоматически принимая на себя ответственность за все неосторожные или опрометчивые поступки, не говоря о прямом предательстве. Дисциплина — как в мафиозных кланах, в полицию не обращаются. Все члены клана прекрасно знают свою судьбу в случае чего. Можно, конечно, и обсуждать-осуждать, но с другой стороны так принято во всех кланах — есть люди, которые приняли на себя обязательства, прекрасно зная, на что они подписались. Не уверен — не вступай, иди на все четыре стороны и вербуйся приказчиком в какую-нибудь лавку, где максимум проворовавшегося ждет пристав и штраф. А уж если вступил — вход рупь, а выход не два, он не предусмотрен вообще.
 
А по поводу секретности — я был в «Древе», но чем они занимаются точно, не знал даже я. Точнее, знал, чем занимаются в открытой зоне, куда вход был обычному персоналу и высокопоставленным гостям вроде меня.
Вообще корпорация «Электроника Апраксина» производила немало всего высокотехнологичного. Что поделать, чутью отца можно только позавидовать. Еще три десятка лет назад он начал вкладываться в хайтек, и, рискнув, семейным состоянием поставил все на кон. Зато теперь большинство компьютеров в стране и почти четверть в мире работала на процессорах «Пракс», а предприятия от малых до гигантских, разбросанных по всей стране, неутомимо, не смыкая глаз днем и ночью клепало все. От процессоров и магоэлектронной комплектухи до всего спектра бытовой и военной электроники. Ох, чувствую, когда-нибудь эту ветвь придется мне на себе тянуть, с помощью брата, естественно.
В отличие от обычных производственных лабораторий, занимавшихся разработкой всяких техномагических девайсов и прочих гаджетов для массового производства «Древо», новая лаборатория отца стояла особняком.
Официально «Древо» было лабораторией научного прорыва, разрабатывающей новые технологии на основе волшбы. Об этом также говорилось в официальных документах. Но это была только верхушка айсберга. Что было в закрытой, красной зоне лаборатории, куда был вход воспрещен, никто понятия не имел. Даже я. И никто не видел тех, кто там работает — даже в лицо не знал, секретность была повыше, чем у военных и спецслужб. Ну до красной зоны мне добираться не надо, все аппаратура для оценки потенциала была в нейролаборатории с более или менее открытым режимом доступа, это не совершенно секретная технология. Разумеется, для своих — «посторонним В» никто не отменял.
Решено. Иду на практику в папину лабораторию. Я быстро напечатал бланки, заполнил запрос о прохождении практики в «Электронике Апраксина» и пошел искать отца.
Приемная была пуста, секретарши не было по случаю выходного. В дверь его рабочего кабинета я постучал довольно робко.
— Войдите!
Я нерешительно открыл дверь.
— А, ты? Заходи!
Папенька был явно в хорошем расположении духа — сидя за ноутбуком попивал кофе и курил вонючую сигару, наверняка кубинскую. Я робко подошел к нему.
— Чего хотел-то?
— Да есть у меня одна маленькая проблемка...
— Излагай. Решу. Денег опять дать на твои опыты?
— Неужели не пожалеешь? — прищурился я.
— И отчета не спрошу. Ты неплохо заработал на вире от трех семеек. Так что могу тебе кинуть на карту сколько надо, — папаша выпустил клуб вонючего дыма. — Что скажешь?
Я закашлялся, разгоняя дым рукой. Не одобряю я все-таки этой привычки.
— Может быть. Кинь, не откажусь. А по делу — хотел устроиться к тебе на летнюю практику.
— А я боялся, что тебя Стругов переманит. Да пожалуйста, — сказал он. — Можно даже без твоего присутствия — все документы я оформлю, а отчет напишут мои инженегры. Сам отдохнешь где-нибудь...
— Э, нет, — запротестовал я. — Я так не привык. К тому же мне будет полезно обновить знания и применить кое-какой опыт.
— Тоже верно, одобряю. Куда хочешь пойти? Выбор большой, в техномагах потребность есть всегда.
— В «Древо».
— В «Древо»? — от удивления глаза отца полезли на лоб. — Что ты там забыл?