Одаренный (СИ)

— Справятся? — с сомнением кивнул я вслед чихающему и дымящемуся синим выхлопом трубы тарантасу.
— Эти? — весело спросил Васька. — Справятся. Бывшие оперативники внешней разведки. Спалившиеся, правда, не по своей вине, но дело свое туго знают. Подготовка на уровне «Хоругви», мастера рукопашного боя, хотя по виду и не скажешь. Ждем три минуты.
Он подошел к мотоциклу, снял шлем и подал мне. Я напялил банку на голову.
— Все, — кивнул Васька, и махнул рукой Амбалу, следившему за нами из распахнутой задней двери. Тот кивнул. — Поехали, наш выход.
Я вскарабкался на заднее сиденье, и мотоцикл неспешно покатил вперед, к «Утке». Неспешно — ехать всего два квартала, а тайминнг был посчитан заранее.
Ого, да похоже тут вся банда в сборе! На стоянке для байков стояла дюжина тех самых кошмаров технической мысли а-ля «Колхозный панк», и больше никого — никто не хотел рядом парковаться, огребать неприятностей. Василий спокойно заехал на эту самую стоянку, с наслаждением погазовал несколько раз и выключил мотор.
— Наш выход, — он снял шлем.
Из дверей появился давешний знакомый, посмотреть, кто такой наглый приехал. Увидев нас, его глаза округлились, и он рванул назад в кафешку, поднимать стадо на борьбу с нами. Васька только усмехнулся, а затем подошел к ближайшему байку и от души врезал стопой в область сиденья. Опора байка оторвалась от земли, и он с грохотом опрокинулся на бок.
— Ой, ну надо же! — пропел Васька. — Какой я, право же неловкий!
— Щас тебе это объяснят, — пообещал я, глядя на злобные рожи, появившиеся за стеклом, а затем ломящиеся в дверь. — Не слишком мы поспешили?
— Нет, — он вслушался в звуки улицы, через которые пробивалось урчание мощного мотора. — Кавалерия уже на подходе.
— Скорее бы, — покачал головой я. — А то...
Толпа, пробившаяся, наконец, через дверь уже бежала к нам, весело помахивая велосипедными цепями и прочими твердыми предметами.
— Час потехи! — громко объявил Васька на манер диснеевского героя. Как там его звали — уже забыл, Чахлый Прыщ что ли...
 Глава 12 
Рев моторов, визг тормозов... Справа на площадь перед кафе въехал черный фургон «Лесснер Транспортер», а слева — такой же черный огромный джип «Руссо-Балт Пригород».
Двери обеих машин распахнулись, и к стоянке метнулась дюжина бойцов в черных комбинезонах и шлемах с дубинками наперевес. Стадо байкеров на миг оторопело, а потом рассыпалось испуганной тараканьей стаей кто куда... Тщетно!
Бойцы Лопухиных накинулись на гопников, как терьеры на крыс. Догнал, ударил со всей дури по голове или спине, передал конвоирам и — повтор, следующий рабочий цикл. Площадь перед кафешкой моментально опустела, усеянная телами в грязной коже и клепках. Я вслед за бойцами ворвался в кафешку, куда сбежало трое байкеров. А вот и Джон, преградивший путь одному из беглецов. Ба, а у того-то волына! Байкер вскинул руку с пистолетом, целясь в лицо Джону, тот сделал понятное мне сложное движение из арсенала рукопашника. Бах, бах! Тело байкера дернулось и осело на пол, получив две пули из своего же пистолета, зажатого в его же руке.
Тем временем штурмовики отработали, унося валяющихся в отключке байкеров. Я выбежал из кафешки. Вот и «Транспортер» отъезжает, закрывая задние двери на ходу — повезли пленных. А на его место въезжает... В жизни не поверю своим глазам. Лесснеровский грузовичок-трехтонка самой расхожей модели, на которых возили все — от досок в кузове до бочек с квасом. Только вот у этого был бортовой кузов с лебедкой у кабины.
Штурмовики откинули борт и спустили из кузова пандус, наспех сколоченный из досок. Зашумела лебедка, загремела цепь и началась погрузка. Мотоциклы одни за другим, подцепленные кошкой, немилосердно скрежеща металлическими боками по брусчатке, подтягивались по пандусу в кузов.
— Уезжайте отсюда, — к нам подошел Амбал. — Встретимся, где и договаривались.
— Принято, — Василий захлопнул забрало шлема.
Мы сели на мотоцикл и уехали, порыкивая мощным мотором. Теперь наша точка рандеву — в лесу, неподалеку от Питера.
 
Когда мы доехали туда, пробираясь задворками все машины были уже на месте.
— Долго же вас дожидаться, — усмехнулся Амбал, уже снявший шлем.
— Ну как успели, — пожал плечами Василий. — Все здесь?
— Да, кворум есть, — ответил ему Амбал.
— Покажите наших пленных, — сказал ему Василий.
— Пойдемте, — махнул рукой Амбал.
Да, а вот и они. Почти дюжина оборвышей, стоящих на поляне на коленях и валяющийся труп, застреленный в кафе.
— Это точно все?
— Как говорит этот, их главный — все, — Амбал с удовольствием заехал носком своего ботинка по ребрам пленного. Тот завыл от боли и повалился набок.
— На кого работаешь? — наклонился над ним Васька.
— Да пошел ты на ..., аристо поганый! Таких, как ты...
Амбал наступил ему на грудь, заставив захрипеть.
— Расспросите их как следует, — скомандовал Васька.
— Есть, Ваша Светлость, — Амбал поманил Тигру, сменившую легкое платьице на штурмовой комбинезон. Она подошла расслабленной походкой, на ходу поигрывая ножом-бабочкой.
— Да, командир!
— Этого — допросить. С пристрастием. Что, где, кого и как.
— Под запись?
— Естественно. Не хочу потом слушать вольное изложение.
Тигра щелкнула пальцами, и двое штурмовиков подскочили к пленнику. Бережное конвоирование в их планы не входило, так что бедолагу потащили за волосы и связанные руки под его истошные вопли, направляя прямиком в ближайшие заросли кустов. Туда же проследовала и Тигра, все также на ходу поигрывая ножичком.
— Я думаю, господа Ваша Светлость и Ваше Сиятельство, вам тут оставаться нет никакого резона, — сказал нам Амбал. — Мы позаботимся об остальном. Вы же езжайте домой. Я явлюсь к вам на доклад... — он посмотрел на часы, — в восемь вечера.
— Только сначала ко мне, — предупредил его Василий. — Матушке я сам доложу по результатам вашей работы. Сразу скажу — я доволен.
Амбал кивнул, принимая слова Васьки как должное.
— Ну что, Пракс, поехали отсюда! — он подал мне шлем. — Еще успеем перекусить в «Ять». Там сегодня вроде рыбный день, и фирменное — расстегаи с визигой.
— Поехали, — мой желудок голодно заурчал.
— Ну и как, работает, господин Александр? — спросил Горыныч, когда я наконец собрал и довел до ума большой квадрокоптер.
— А то, — я отсоединил шнур от ноута и взялся за пульт дистанционного управления. Навел камеру на Горыныча и сделал снимок. — Вот, можешь полюбоваться себяшкой.
Так здесь селфи называли. Горыныч посмотрел на свое изображение на экране пульта.
— Что-то я здесь какой-то небритый, — он потер щеку.
— Ну что есть, то есть, — сказал ему я.
— Как запускать будете?
Да, вот это уже было небольшой проблемой. Над поместьем был антидроновый купол — да, системы РЭБ для военных тоже выпускал «ЭлАп», ну и для разнообразия модифицированная «Полынь» стояла на самой высокой точке здания. Предосторожность весьма нелишняя — любителей последить за частной жизнью хватало, и очень даже. От папарацци до «рэволюционэров», как их называл папа. А также прочих уголовных и не очень элементов. Не было и недели, чтобы чужой дрон не находили в охраняемой зоне и не передавали для изучения в СБ. Обычно хозяев находили довольно быстро и на адрес выезжала группа быстрого реагирования для объяснения недопустимости такого поведения. После чего хозяева дронов, потирая ушибленные бока и морды честно заверяли, что никогда-никогда больше не будут, поверьте, дяденьки! Но вот несколько дронов было снаряжено по-боевому, с взрывчаткой и термитом, и тогда СБ бралось за дело намного серьезнее. Если хозяин находился, то, как правило, пропадал бесследно — Нева у Литейного глубокая, а рыба голодная.
Разумеется, у нас были и свои дроны — как патрульные, так и посыльные. Конечно, когда объявлялась тревога, все приземлялись, но в остальное время патрулирование велось круглосуточно, фиксируя подозрительные объекты в охраняемой зоне. Да, и пользуясь случаем, у папаши было запрятано и несколько труб ЗРК, это уже на случай если на территорию летит не дрон, а что-то посерьезнее, типа вертолета незваных гостей. Ибо нефиг нарушать официально объявленную бесполетную зону над поместьем.