Одаренный (СИ)

— Здравствуйте, господин! — поклонилась девушка. — Помочь вам разоблачиться?
Я стоял ни жив, ни мертв. Молодое тело, полное гормонов, прямо-таки желало только одного...
— Нет, я сам, — отвел я тонкие пальчики, другой рукой гладя ее бедро, обтянутое лайкрой. — Ложись в кровать.
— Хорошо, господин! — девушка покорно проследовала в кровать.
Я скинул пиджак. Проказница же согнула ноги в коленях, показывая свою наготу.
Я ослабил узел галстука. Нет, с этим пора кончать, а то все сорвется. Нечеловеческим усилием я кинул в нее заклинание Малого Сна. Девушка моментально закрыла глаза, повернула голову набок и засопела. Контроль Оболока... Все в порядке, ничего не помял и не повредил. Только подсадил гвор на стогну Охлупень. Потом сниму и она проснется.
Пора заняться тем, за чем пришел. Я обследовал окно, нейтрализовал охранные датчики и взялся за ручку. А теперь святые, вывозите!
Наложив скрыт, я открыл окно, и перевесил ноги за подоконник. Прыжок — и я уже на траве палисадника, окружающего столь уютное место. Теперь преодолеем десяток метров травы до ограды... Ага, датчики тут и тут, блокируем их. Теперь можно перелезть через кованую решетку забора с пиками наверху. Один прыжок — и вот уже я на улице, вне периметра салона. То, что надо. Тихо и осторожно я пошел вперед...
 Глава 14 
Соглядатая я нашел там, где и планировал — метрах в пятидесяти от выезда из гаража, в парковой зоне. Опять тот же похожий мотоцикл, и сидящий на нем ездок в интеграле. Довольно дешевый способ не засветиться. Хоть под бомжа бы закосил, бездомных в Российской Империи полно. Тут, видимо, играли роль колеса, на которых он собирался проследовать за мной.
Я медленно обошел ездока, и послал ему в голову Оглушение. Дело сделано — следивший слетел с мотоцикла и упал на траву. А теперь — узнаем, что ты за птица. Для начала — оттащим тебя подальше, чтобы ты тут не отсвечивал.
Я отстегнул крепления шлема и снял его с головы моего пленника. Обычное, ничем не примечательное лицо, пройдешь мимо — не заметишь. Полезное качество для агента наружки.
Я сделал несколько снимков смартом в различных ракурсах. Опознаю, в случае чего. Теперь ощупаем карманы и снимем лут. О, да у нас тут ствол в наплечной оперативной кобуре, оттопыривает куртку... Я пошарил под курткой и вынул стандартный «Москалев», которым пользовались большинство местных силовиков. Так, сделаем фото серийного номера, потом пригодится. Вряд ли, конечно, я смогу пробить его по базе, у меня здесь такого доступа нет. Может быть, потом...
А что тут еще интересного? Бумажник с приличной суммой денег, карточка прав в нем... Так, Синицкий Павел Владимирович, ничего интересного. Все равно, документируем все. А вот и более интересное чтиво. Удостоверение с жетоном в флипе. Отдельный корпус жандармов, поручик Синицкий... Плохо. Очень плохо. Если мной заинтересовались ОКЖ — пиши пропало. Эти ребята если уж сядут на хвост, то сядут. Все-таки я где-то прокололся. Либо мои навыки скоростной стрельбы им не понравились, либо владение рукопашкой... В любом случае, теперь я выяснил, кто ты и откуда.
Больше при нем ничего интересного не было — ключи, всякая мелочовка вроде зажигалки и прочий трэш, оседающий в карманах. Стоп, а смартфон? Я подключил свой к его аппарату и сделал полную копию. Шифрование? Фигня, для меня это пара пустяков. Особенно если все завязано на отпечаток пальца валяющегося рядом владельца.
По здравом размышлении я подумал, что светиться особо не стоит. Пусть думает, что заснул и пропустил машину. Хотя, конечно, вряд ли поверит... Но трофеить что-то из его вещей — нафиг. Не будем оставлять улики против себя. Да к тому же у мужика будут неприятности — за утерю оружия или удостоверения ему неполное служебное точно впаяют. А за оба сразу — вообще вышибут в народное хозяйство.
Приведя в порядок его одежду, я бросил в него Малым Сном — пусть поспит, прислонившись к деревцу. Здесь ему грозит только то, что на него пописает собака во время прогулки с хозяином. А вот навесить кое-что... Нет, не стоит. Если они не лохи, а трудно подозревать в этом коллег по цеху, он на первой же технической остановке обследует байк и найдет закладку. И тогда отношение ко мне однозначно изменится в худшую сторону. Не буду. Я подогнал к нему байк и двинулся в обратную сторону.
 
Салон мадам Лулу я покинул, как и ожидал, около двух, вызвав машину охраны. Но пришлось уважить девушку, чтобы не вызывать подозрений — и это было просто замечательно, черт возьми. Рекомендации мадам оправдались. Так что домой я добрался в три, и, не раздеваясь завалился спать, пытаясь добрать хоть часика четыре здорового сна. А то опять в Школе корпеть.
Разнос был капитальный. В кабинете Богорода сидел красный как рак полковник Игнатьев из ОКЖ, руководитель одного из отделов наблюдения одноименного управления.
— Вы облажались! Полностью! Объект почуял за собой слежку и уже принял меры. Что в слове «негласное» вам непонятно? Какого, спрашивается, вы вмешались в ситуацию на шоссе?
— Была прямая угроза объекту. Бригада просчитала риски и решила вмешаться. По, вашему, кстати, приказу — охранять объект любой ценой.
— Полковник, если бы я не знал вас много лет, то решил бы, что вы — дурак, — Богород откинулся на спинку кресла. — Прямое вмешательство не входило в наши планы. Ну была бы прямая угроза, кстати, не ему — я бы посмотрел на этих байкеров после обработки объектом. Дальше. Объект понял, что его ведут и принял меры. Навел свою Службу Безопасности на вашу бригаду у его дома. Хорошо, ваши успели эвакуироваться раньше, чем его безопасники прибыли на место. Потом он решил познакомиться и понять, с кем имеет дело.
— И, кстати, действовал корректно, — вставил слово полковник. Косяки своих подчиненных он принимал на себя.
— Корректно? Вырубил оперативника и оставил его отдохнуть в парке?
— Ну не забрал же у него ничего. Оставил все, как есть. И даже не прикрепил маячок к мотоциклу. Соблюдает корпоративную этику.
— Похоже на то. Но это не умаляет степень вашего провала.
— Кто же знал, что объект обладает такой квалификацией?
— Вы должны были понять, вы! Это вам не за скопцами и пятидесятниками следить, вы у нас, кажется, с сектантами дело имеете?
— В основном — да. Если вас что-то не устраивает, можете принимать другие меры и подключать отдел, который специализируется на иностранцах.
— И приму, — кивнул Богород. — Снимайте всех. Я прекращаю операцию.
— Как вам будет угодно, — раздраженно сказал полковник. — Я могу идти, Ваше Превосходительство?
— Идите, — махнул рукой Богород.
Как только за полковником закрылась дверь входная, из другой двери, за спинкой кресла Богорода, вышла Мария.
— Слышала?
— Да. С одной стороны — опера накосячили, но с другой...
— Ну хоть ты их не защищай! — Богород раздраженно бросил карандаш на стол. — Такие просчеты могут быть у курсантов полицейской академии, но никак не у наружки ОКЖ!
— Согласна, но с одной стороны приказ защищать любой ценой был? — спросила она.
— Был. Но не надо его было по-армейски выполнять. Тупо и прямолинейно. Да еще и светиться перед объектом.
— А с другой — это даже хорошо. Пусть подергается. Считайте, что сейчас можно оценить его реакцию. Он знает теперь, кто его ведет, и будет вести себя предельно корректно. По крайней мере, не начнет массовый отстрел оперов.
— Теперь его никто не будет вести, — сказал Богород. — Как, кстати, у вас с ним дела?
— Я же написала в отчете...
— Сухо и казенным языком. Эту писульку оставим для отчета, все равно его никто, кроме меня, читать не будет. Ты мне личные впечатления скажи.
— Все более или менее нормально, отношения не форсирую. Кстати, его отношение ко мне улучшилось.
— Правильно, — хмыкнул Богород. — После подсунутого личного дела и подставленного агента, рассказавшего для его СБ твою легенду...