Одаренный (СИ)

— Я же говорю, что твоя извращенная молодая похоть делает с тобой...
— Да все нормально. Шутю я так, — усмехнулся я.
— Может, когда-нибудь и повзрослеешь, — вздохнул брат.
— Я изо всех сил стараюсь оттянуть этот момент. Надо жить не спеша и наслаждаться каждым моментом в жизни, даже гормональным взрывом.
— Ну-ну, смотри не взорвись окончательно, — усмехнулся брат.
— За это можешь не беспокоиться, — заверил его я.
— А вот, кстати, — он посмотрел на уголок стола. — Ты что-нибудь заказывал? А то приехал курьер от Чижова и привез пакет на твое имя. Если нет, то...
— Да пусть охрана вскроет пакет и проверит. Заказывал. Кобуру под твой подарок. Оперативную, скрытого ношения.
— Ну можешь забирать, — кивнул он. — На этом все, я тебя больше не задерживаю. И ты меня тоже не отвлекай...
— ...Мне надо зарабатывать деньги, — подхватил я его мысль.
— Именно. Так что свободен.
— Ладно, тогда встретимся за обедом.
— Вряд ли, — он посмотрел на стол. — Скорее, за ужином. Некогда заниматься чревоугодием, когда дела ждут.
— Вот поэтому я и не лезу в бизнес, чтобы иметь хоть минимум свободного времени.
— Куда ты денешься...
 Глава 5 
Васькин лимузин притормозил сразу же за моим, выпустив его из своего бронированного чрева.
За сутки Лопухин-младший похорошел, болезненный румянец со щек сошел, да и лангета куда-то делась.
— Что, уже все? — кивнул я на его руку вместо приветствия.
— И тебе привет, Пракс, — слегка поморщился он. — Еще побаливает, но рана уже затянулась, родовой целитель поправил Оболок. Завтра уже и не вспомню.
Да, местные целители творили чудеса. У нас при таком ранении он бы еще долго ходил с повязкой и мучался от последствий попадания в рану лохмотьев разорванной пулей одежды. Ну а здесь — раз, два и готово! Мир с магией мне начинал все более и более нравиться.
— Ну что, пошли? — он поправил гимназическую фуражку с молвинцом Китовраса на тулье.
— Пошли, — согласился я.
У площади перед Школой резвились молодые студенточки, радуясь весне, стояли группки молодежи, сбившиеся по интересам... Словом, все как обычно. Но не совсем.
Некоторые при нашем появлении начинали пялиться в упор, некоторые примолкали, провожая нас шепотками. Ну еще бы, в студенческой среде любые слухи разносятся быстро. А то, что два наследника знатных родов попали в разборку, да еще и не клановую, а похоже бандитскую — эта новость на сегодня была главной. Точнее, главной она была вчера-позавчера, а сейчас мы ловили откат на угасающем интересе студентов.
Школа-вуз не только по меркам Питера, по меркам даже уездных городов была очень маленькая, и училось в ней не больше шести сотен человек со всей Империи. Одаренные. Пять курсов, два потока — теоретики и практики волшбы, проще говоря, будущие волхвы.Теоретики работали над созданием и проектированием магических информационных систем, а практики — над применением волшбы в технологических процессах. Да что там говорить, пример у меня сейчас болтается под форменной курткой под мышкой. Думаете, можно создать техномагическую вещь при помощи только технологий? Сильно ошибаетесь. Сам серийник, представляющий из себя сложный гаджет, мог быть спроектирован и изготовлен только магами, пардон, волшебниками, с применением волшбы на всех этапах от проектирования до производства. Хотя про серийники сиречь секвенсеры ходили разные слухи, вроде даже как прототип притащили чуть ли из другого мира. Ну тут теория заговора была практикой, учитывая то, что я попал сюда.
Мы с Васькой поднялись по высокой лестнице и вошли в наш храм науки. Дедуля-волхв на входе считал наши Оболоки, сверился с выскочившими на экране физиономиями и, кивнув, дал добро, нажав на кнопку турникета.
— Пойдешь? — Василий кивнул на огромную плазму, висевшую на стене вестибюля.
— На конференцию молодых техноволхвов Санкт-Петербурга? — я прочитал информацию аршинными буквами на фоне весьма убедительно изображенного квадрата Сварога. — Не знаю. Пока не планировал.
 
Мы поднялись на второй этаж и пошли на кафедру Теоретической волшбы. Ага, вот и наша аудитория, половина группы уже стоит под дверями, жаждая припасть к источнику знаний. Как же, к знаниям... Большинству до этого дела почти нет. Попали сюда, будучи одаренными, на элитную специальность, думая, что здесь они проедут весь курс обучения на голубом глазу и не напрягаясь... Щас. Это не школа, детки. И, как водится, те, кто был отличниками в школе, но попал сюда просто с посторонней помощью для получения диплома с вездеходной специальностью и квалификацией, в вузе стали середнячками-троечниками. Это я уже встречал, закон природы. Если поступать абы куда только ради престижа и не имея к этому ни тяги, ни склонностей, то и выйдешь посредственностью, кряхтя под неподъемным грузом учебной нагрузки.
Кучка студентов мигом рассыпалась по стеночкам — шел Пресветлый.
— Ага, смотрю кворум есть? — прокаркал он своим противным голосом. — Ну что же, заходите!
Он взмахнул рукой над считывающей панелью, и дверь распахнулась, приветствуя нас как новых жертв студиозусовской пыточной. Пресветлый посторонился, пропуская алчущих знаний внутрь.
Мы, как всегда с Василием, заняли предпоследние парты, достали ноуты и разложили их на столе. Когда прозвенел звонок на пару, я чуть не слетел со стула — тому извращенцу-электрику, который прикрутил эту дребезжалку прямо над входом в аудиторию, черти в аду должны прибить ее к котлу и не выключать. Чтобы наслаждался мерзким и громким звукам.
— Как домашняя работа, господа студенты? — он обвел взглядом нас с предвкушением маньяка, ищущего жертву. — Господин Лопухин?
— Да, Трифон Степанович!
— Показывайте, что вы сделали!
Васька поколдовал над ноутбуком, и результаты домашки появились на огромной интерактивной доске.
— Неплохо, — оценил на глазок модель Пресветлый. — Вы не совсем безнадежны, господин Лопухин.
Васька аж расцвел. «Не совсем безнадежный» — это похвала. Учитывая то, что препод был вредный и не знал слов любви, это определение между «хор» и «отл».
— Все сделали? Трудностей не возникло?
Удивительно, но все. Тут вся трудность была в усидчивости, на всю эту графическую ботву уходило много времени. Хотя сам материал был плевый. Построить по точкам, которые тебе высчитывает программа магмоделирования? Да фигня.
— Для чего вы все это делали? Сейчас поясню. Вот вам М-последовательность, не приведенная к нормальной форме, — Пресветлый вывел на доску довольно сложную последовательность. — И вот приведенная.
Тут же появилась цепочка записи в два раза короче.
— Чтобы доказать тождественность этих выражений, достаточно построить две модели и их сравнить. Делайте.
Такую задачу я делал не один раз, только дома. Память моего старого серийника была строго ограниченной, и чтобы втиснуть туда необходимые плетения, их приходилось преобразовывать к магической нормальной форме. Так они места меньше занимали.
Группа заелозила мышками и защелкала клавишами. Я не присоединился к общей имитации бурной умственной деательности, смотря на доску. Так, так и так, а если... Ладно, займусь, как все, не надо выделяться. Я только нашарил мышь, еще не оторвавшись от доски...
— Вам скучно, господин Апраксин? — ядовито спросил Пресветлый.
— Нет, Трифон Степанович...
— Задача сама себя не решит. Делайте работу. Или вы предпочитаете доказать это по-другому?
Прежний Апраксин лишь кивнул бы скромно, и съежился под уничтожающим взглядом препода. Но у меня был другой характер.
— Могу и по-другому, — с вызовом сказал я.
Группа с недоумением уставилась на меня, а у зубрилки Боева аж очки округлились. Хотя они и так были круглыми. А что без диоптрий — ну это уже мелочи, он их таскал для понта. Пережиток невозможности медицины исправить зрение, чем успешно занимались волхвы-целители.
— Прошу вас, — издевательским тоном пригласил меня к доске препод. — Только имейте в виду, сегодняшняя практическая работа выполняется на оценку, которая окажет влияние на результаты экзамена. Так что те, кто делают, как я сказал, свои «хор» и «удов» получат, а вот вы — я еще посмотрю.