Самый быстрый (СИ)

«Любви все возрасты покорны, — я процитировал классика. — И стили тоже».
Парень постепенно нагонял девушку, явно не желая ее напугать, потом робко позвал ее, и она обернулась. И едва мы с Гориным умилились неожиданной подлунной романтике, как Мотылек подошел к замершей незнакомке и схватил ее за плечи. Для первого знакомства это было, пожалуй, чересчур смело.
«Тебе тоже кажется, будто что-то не так?» — уточнил я у капитана.
«Жди, — отрывисто сказал он. — Может, они на самом деле знают друг друга, и у них тут свидание, а мы прибежим морду бить. Не будем доводить до конфуза. Порой у людей бывают довольно странные фантазии».
«Ждем», — согласился я, не сильно тревожась за девушку, потому что с моей скоростью я в любой момент смогу предотвратить преступление. Должен успеть.
За спиной в этот момент что-то грохотнуло — словно кто-то уронил что-то с крыши дома… Я смотрел в ту сторону буквально несколько секунд, увидев сорвавшегося кота, охотившегося на запоздалую пташку. А когда обернулся — картина вдруг поменялась. Девушка лежала на мостовой в неестественно расслабленной позе, а Мотылек тянулся к ней вытянутыми в трубочку губами. Кажется, это точно одна из тех ситуаций, которые я планировал не допускать!
Я мгновенно ускорился, подскочил к тощему маньяку, выбирая точку для удара.
«Бей!» — орал Горин у меня в голове, но я, несмотря на увиденное, не хотел спешить.
«Бью!» — я замедлился, чтобы удар вышел не слишком сильным.
«Чего жалеешь?» — Горин, как обычно в бою, перешел на крик.
«Если это человек, то удар на скорости выбьет ему мозги, — ответил я. — Или ты в своем мире любого подозреваемого сразу из крупного калибра да между глаз?»
Горин смущенно промолчал, да и что ему было сказать, когда Мотылек покачнулся, а потом откинулся прямо рядом с девушкой на булыжной мостовой. Как две параллельные линии на уроке геометрии.
«Что он пытался с ней сделать? — Борис пришел в себя и снова начал болтать. — Получается, мы с тобой все-таки хотели защитить извращенца?»
«Похоже на то», — вздохнул я.
«Ты что там задумал?» — встревожился Горин, когда я достал из одного из многочисленных кармашков костюма автоматический шприц с сывороткой осколков, потом прикинул и вытянул заодно пузырек с нашатырем.
«Хочу перед тем, как вызвать полицию, поговорить с жертвой, — ответил я. — А заодно и с этим придурком».
Я сунул под нос девчонке пузырек с едким раствором, та простонала, пытаясь отвернуться, но в себя так и не пришла. Тогда я кивнул сам себе и использовал раствор сыворотки — сильно разбавленный, чтобы потом свести официальную отчетность, а еще чтобы можно было без опаски вкалывать ее людям. Пара-тройка минут, может, чуть дольше, и жертва очнется. Столь крохотная концентрация осколков ей точно не повредит, а медикаментозного эффекта хватит, чтобы дотерпеть до скорой, не исключено даже, что и без нее обойдется. На первый взгляд, девушка цела и не пострадала, но я не врач и не буду спешить с выводами.
Теперь этот маньяк. С ним можно не церемониться. Заставлю его нюхать нашатырь до тех пор, пока не встанет. А потом уже пусть ответит мне на пару вопросов. Он, к слову, быстро очухался, скривил лицо, икнул и поднялся, крутя головой. Я стянул с него очки, и на меня уставились испуганные красные глаза.
— Ты игиг? — спросил я, и парень часто закивал. — Смотри, без глупостей. Дернешься или я просто почувствую что-то подозрительное, вырублю. Понял?
— Да! — пискнул незнакомец.
«Боится», — констатировал Горин, и я мысленно кивнул ему.
— А теперь рассказывай, что сделал с этой девушкой, — я показал на лежащую без чувств жертву.
Проклятье. Если бы не тот гребаный кот, падающий с крыши, я бы этого не допустил, а в итоге… какой-то бандит взял и опередил меня, спидера! Как порой все глупо выходит!
— Ты кто? — не выдержал Мотылек, странным образом осмелев.
— Никто, — отрубил я. — Кажется, это не ты здесь задаешь вопросы…
— Да! Да! Конечно! — зачастил парень. — Понимае… те, я и вправду игиг, я могу вытягивать жизненную энергию из живых существ. Но я не убиваю, нет!
 
— А что ты тогда собирался с ней сделать, когда наклонялся? Хотел воспользоваться ее бессознательным состоянием, извращенец? — я мотнул головой в сторону начавшей приходить в себя девушки. Она стонала, пыталась пошевелиться, но глаза по-прежнему не открывала. Такое ощущение, что ее заставили разгружать в одиночку морской контейнеровоз, а потом еще не давали спать.
«Слушай, так это, получается, и есть наш живодер! — чуть запоздало догадался Горин. — Преступление раскрыто!»
— Я… — Мотылек смущенно запнулся. — В общем, чужие жизненные силы заменяют мне пищу. И я постоянно испытываю голод.
«Да он, выходит, энергетический вампир! — сказал Борис. — Настоящий!»
— Как давно ты открыл искру? — уточнил я, попросив Горина какое-то время помолчать.
— Неделю назад, — вздохнул парень. — После теракта на площади. Я как раз там был, меня спас игиг Спринтер. А я потом домой пришел, чувствую, голодный как волк. Но к еде притронуться не могу. Пошел с собакой гулять, у меня джек-рассел-терьер, он в обморок грохнулся, а я себя лучше почувствовал. Помню, мне его так жалко было… Я думал, что просто убил его, понимаете?
Он заломил руки, словно признаваясь мне во всех своих смертных грехах и вымаливая прощение.
— Да уж, не повезло тебе с искрой, — я искренне покачал головой, вспоминая, что действительно вытащил тогда из-под обломков похожего парня. Точнее, как оказалось, именно этого. Мотылька. — Ну, а с девчонкой-то что хотел сотворить? Познакомиться по-нормальному не пробовал?
«Шутишь? — удивился моим словам Горин. — А я бы уже зубы выбил этому вампирчику. Он может сейчас ведрами слезы лить, но тогда-то ведь понимал, что делает. И с животными, и с девушкой!»
«Я знаю, — возможно, впервые я был готов принять зубовыбивательный подход попаданца. — Но сейчас нам важнее выяснить, на что он способен… Если сразу начать бить, люди почему-то теряют желание разговаривать».
«Коварный план, играешь в доброго полицейского… — оценил Горин. — Хорошо. Только потом обязательно дай ему в челюсть. Если будут спрашивать, скажешь, при попытке побега!»
Я чуть не усмехнулся от энтузиазма капитана.
— Да ничего я не собирался с ней сделать! Откачать решил, чтоб очнулась. Искусственное дыхание рот в рот, понимаете? — а парень тем временем решил разрыдаться. Интересно, от сожаления или от жалости к себе?
— А почему она, к слову, вообще упала? — задал я самый главный вопрос.
— А вот это самое интересное, — тяжело вздохнув, пробормотал Мотылек. — Я еще волю подавлять могу. Не ловлю никого, они все сами приходят, когда прошу. Успокаиваются и приходят. Думал, только с животными так, а попробовал — и с людьми получается.
«Он словно надеется, что ты его похвалишь», — мысленно сплюнул Горин.
— Решил не ограничиваться, значит, собачками? — я добавил в голос металла.
— Да просто они уже столько сил не дают, собачки с кошечками, — Мотылек поджал губы, как расстроенный ребенок. — Вот я от отчаяния решил с человеком попробовать… Не медведя же мне в лесу приманивать.
«Ой, дурак!» — поцокал языком Горин.
— Может, лучше бы и медведя, — строго сказал я, выяснив все, что хотел. — Так бы ты себя только риску подверг, а не безвинного человека в свои эксперименты вовлекал. А если бы она умерла? Не подумал?
— Ну, я же знаю, до какого момента надо сосать, чтобы не убить, — понурился Мотылек, а потом его глаза вспыхнули. — Я все выяснил заранее. На собаках. И я сам их возил в ветеринарку, ни одна не умерла! Всех вылечили!
— То есть эксперименты на живых, где только чудом ты не довел дело до конца, — переформулировал я. — А что мешало пойти в корпорацию, полицию, мэрию, в конце концов, чтобы тебе помогли?!
— Знаю я, как они помогают, — Мотылек отвел взгляд в сторону. — У меня дядька служил в «Скорости», так ему предложили подработку. Стать подопытным для игига-менталиста за месячную премию. Он согласился, а потом… За год состарился и сгорел, словно лет десять прошло, а потом и вовсе заболел да умер. И что? Мне тоже идти вот так официально убивать людей?