Самый быстрый (СИ)

— Твою мать! — над площадью пронесся крик Ехидны, и в текстовый чат прилетело сообщение, что она получила урон от яда, тут же вылетев из симуляции.
Еще одна странность в общей копилке… Сначала рассинхронизация с моей искрой, теперь отравление той, кто сама ядовита.
— Эй! — изумленно воскликнул Броненосец. — У меня вместо кожи — настоящий холодец!..
Сообщение о его выходе из игры я прочел уже в ускорении. Горин молчал, не понимая, что происходит, но лихорадочно при этом думая и пытаясь помочь. Хотя бы одним тем, что молчал.
Джаффария все так же размахивала жезлом, теперь напомнив мне стеклоочиститель во время дождя. После каждого ее движения с мостовой поднимались все новые и новые зомби, в обычной реальности мгновенно разгоняясь в сторону моих товарищей. Ведь все эти мертвяки сейчас лавиной мчатся на них, сталкиваясь, пытаясь продавить, уничтожить, смять, повалить. Зомби, словно крысы с тонущего корабля, бежали куда угодно, лишь бы поскорее уйти, скрыться, спастись…
Мелькнула мысль: а что, если бы мертвяки развернулись и понеслись в сторону черной? Насколько я вижу, она их ни разу не коснулась. Может, в этом есть что-то? Дерьмо Кингу, время! Оно так неумолимо!
Тридцать секунд. Я буквально вывалился в обычную реальность, и меня чуть было не снесло новой волной мертвецов. Черная исступленно размахивала своим жезлом, поднимая из кучи наваленных тел сразу по десять-пятнадцать бойцов. Что характерно — к зомби-людям присоединились зомби-собаки. Явно ловушка для нашего Кошатника.
— Не могу взлететь! — по ушам ударил отчаянный крик Гермеса.
— Я не высасываю из них силу! — ему вторил Ночной Мотылек. — Я им ее отдаю! А-а-а-а!
Для них обоих игра закончилась, и остались лишь Щит, Кошатник, Нюхач и Русалка.
— Нет! — позади меня грохотнуло, и я, обернувшись, успел заметить, как Щит сгорел от электрического разряда. Еще минус один.
А черная, будто гипнотизируя, все размахивала и размахивала… Пятнадцать секунд!
— Он пытается вывести вас всех из симуляции! — где-то словно бы очень далеко говорил Кулибин. — Для этого меняет способности! Он все еще здесь!
Прежде чем я вновь ускорился, перед глазами успели проскочить сразу несколько сообщений. Русалка с Нюхачом задохнулись, а Кошатника разорвали мертвые звери. Я остался один. Что делать? Бить по черной кинетической пушкой? Ровно с тем же успехом можно кидаться в нее камнями.
«Если ты плюнешь в коллектив, — неожиданно начал Горин, — он утрется. Но если коллектив плюнет в тебя…»
«Боря, ты о чем?!» — не выдержал я.
«…Ты утонешь», — невозмутимо закончил напарник.
Десять секунд. С моим ускорением куча времени. Был бы еще от этого толк… От Джаффарии веером мчалась целая шеренга живых мертвецов. Теперь их некому останавливать, и они разбегутся по симуляции, подчеркивая наш проигрыш.
«Дима, ты ведь понял, что я имею в виду? — позвал меня Горин. — Эта тварь не подпускает к себе мертвяков, посмотри!»
Я пригляделся, и верно — позади Джаффарии, а также с боков не было ни единого трупа. Она словно бы отгоняла от себя зомби, как хозяйка, которая выметает из комнаты мусор. Хотя чисто теоретически черная могла выставить вокруг себя мертвяков как телохранителей. Может, они не могут стоять, только бегать?
В голове, будто вспышка, возникла картинка: «Волга», которую заблокировали семенящие ногами зомби. Волны, которыми периодически накрывало улицы. Ожившее дерево, бредущее на лапах-корнях… Быть может, моя мысль не столь уж бредовая?
Девять секунд…
Все еще находясь в ускорении, я подскочил к зомби-лавине и принялся разворачивать каждого на сто восемьдесят градусов, перенаправляя суперскоростных мертвецов в сторону Джаффарии. Занятие получилось довольно мерзким, хорошо хоть запах алгоритмы лабиринта не передавали. И прикасался я к зомби, к счастью, через перчатки.
Мельком взглянув на черную, я заметил, что ее жезл как раз на мгновенье застыл на вытянутой руке, и казалось, будто Джаффария держит за шею пойманную ящерицу с плоской башкой и длинным тонким хвостом. А в следующую секунду я вышел из ускорения, наблюдая за творением рук своих.
 
Задумка, пусть и не без огрехов, сработала. Отдельные зомби запутались в собственных ногах и упали, но гораздо больше с рыком помчались уже в сторону Джаффарии. Буквально на миг ее ослепительно белые глаза мелькнули топазовым отсветом, а потом черную накрыло завывающими мертвецами. Они грызли ее, пытались рвать костлявыми ломающимися руками, а она отбивалась от них, но тщетно. Зомби брали количеством, скоростью и бесстрашием. Им было плевать, что от некоторых отваливались головы и конечности, их было не испугать болью и ужасом. И вот они уже сорвали с нее халат, сбили тюрбан, и абсолютно чуждые для черного игига из осколка рыжие волосы рассыпались по обнаженным плечам. Затем и они почернели, но я, ускорившись, успел поймать тот момент, когда они еще блестели закатным солнцем.
Восемь секунд… Семь… Почему неизвестный хакер не доломал мою способность?
— Спринтер, я фактически голыми руками отбиваю атаки на твой профиль! — Кулибин буквально впечатал всю эту фразу в одну секунду.
Шесть… Пять… Я должен победить. Моя искра по-прежнему мне доступна, а черная пока еще слабая, и сумасшедшая мысль, пришедшая ко мне в голову, может сработать. Ускорившись, я включил свои ролики — пусть расстояние маленькое, но мне нужен максимум. Столкновение с несущимся спидером подобно удару кузнечного молота прямо в лицо. Или прыжку навстречу поезду.
Зомби, конечно же, не убили черную — даже в самом начале своего появления она слишком сильна, чтобы ее загрызли мертвецы. Но ослабили они ее знатно и сейчас все еще продолжали это делать. А значит…
Пробив настоящий кровавый коридор в толпе зомби, я со всего разбегу врезался в Джаффарию, явно не ожидавшую такого поворота. Ощущение было таким, будто я наскочил на стену, из глаз посыпались искры, зубы скрежетнули, а рот наполнился железистым вкусом крови. В реальности это бы не прошло даром, но я, к счастью, сделал так в симуляции. Это всего лишь нейронные импульсы, изображающие реальные ощущения.
Моя искра сама выбросила меня в обычную реальность, где от страшного удара разваливалась на части Джаффария. Все вокруг было залито кровью и завалено частями тел… Меня замутило.
«Ты видел? Ты видел?» — прорывался сквозь мою контузию Горин.
Я понимал, что он имеет в виду. Сразу две странные детали: жезл в форме ящерицы и рыжие волосы черного игига. Даже в жутком месиве, которое сейчас представляла собой черная женщина-игиг, я еще раз увидел эти детали.
«И желтые глаза», — добавил Борис, довольный, что я его сразу же понял.
«Топазовые», — я машинально поправил его.
— Ребята, я нашел источник утечки, — раздался голос Кулибина, и параллельно с этим моя маска отключилась от сервера лабиринта. Все неприятные ощущения тут же исчезли.
Случившееся не было аварийным завершением — система действительно засчитала победу, о чем сообщила крупной надписью перед глазами и статистикой на экранах планшетов. Дополненная реальность свернулась, открывая взор на обычные бетонные стены и пустой круг центра лабиринта. Именно там в симуляции находился дом с осколком.
— Только не говори, что это очередные недобитые «Дети дракона», — игриво проворковала Фортуна.
Она вышла из ближайшего коридора, где пряталась, чтобы не мешать остальным. Пока те тоже не присоединились к ней, ожидая, чем закончится мое противостояние со взломанным лабиринтом.
— Нет, — отрезал, отвечая, Кулибин. — Запрос на смену сценария поступил с планшета… прости, Ехидна, с твоего.
 Рывок 4. 
 Глава 1 
 Эльмира Гусейнова, двадцать лет назад
Анаконда из «Гадов» с легкостью согласился разыграть представление для Стрижевского и «Защиты». Даже подбил на дело своего приятеля Саламандру, входившего в ту же банду. А перед этим Кремень, тот самый местный преступный авторитет, с легкостью продал долг неизвестной девушке-игигу, махнув рукой на угрозы смерти в случае неспособности держать язык за зубами. У него, расчетливого бандита со стажем, был к таким беседам иммунитет.