Империя. Знамя над миром (СИ)
Как бы то ни было, но наши противники в Испании явно проигрывали, и торпедирование германского транспорта с мощным пополнением было скорее жестом отчаяния. Так и осталось невыясненным, чья именно подлодка потопила германский транспорт с войсками. Все стороны отрицали свою причастность, а заявления всякого рода «Фронтов борьбы с чем-нибудь» никто всерьез не воспринимал. Это могли быть британцы, могли быть испанские карлисты, благо подводные лодки в Барселоне у них были, могли быть американцы, могли быть даже сами немцы, но пока всё это лишь досужие домыслы, которые уже ни на что не влияют. Германия объявила ультиматум, а державы Нордического и Новоримского Союзов его поддержали. Разумеется, под гуманистическими лозунгами о том, что братоубийственная война в Испании должна быть прекращена, а законное правительство, при помощи всего мирового сообщества, должно получить возможность восстановить в своей стране мирную и благополучную жизнь на благо и во имя всех испанцев.
Понятно, что относительно персонального состава «законной власти» у сторон были разногласия, но, повторюсь, в Испании мы явно побеждали, а потому наш персональный представитель власти был более законным, чем британский.
Да, в отличие от моей версии истории, по Испании не бегали голодранцы-добровольцы. Отнюдь. На стороне короля Хуана сражались самые что ни на есть регулярные части европейских держав, а тех же самолётов и танков в боях было задействовано многие сотни и сотни. Порой даже случались вполне себе эпические сражения с одновременным применением на поле боя и тяжелой бронированной техники, и авиации. Нашего добра там тоже хватало, хотя большую часть техники хуанистам поставляла Италия, стремясь поскорее угробить устаревшие образцы и получить взамен, в качестве компенсации потерь, современную технику из Единства.
Как бы то ни было, но ситуация для карлистов была печальной с самого начала конфликта. Победить они могли лишь проведя молниеносный захват власти и подавив всякое сопротивление. И если первое им сделать относительно удалось, но вот со вторым у них не сложилось. Марокканский колониальный гарнизон выступил на стороне официального наследника Престола Испании, поддержав притязания Хуана всей своей мощью. А мощь там была, ведь почти все профессиональные и боеспособные части Испанского королевства как раз в Марокко и находились. А женитьба Хуана на немецкой принцессе Цецилии, официальная поддержка притязаний Хуана со стороны Германии, обеспечение марокканской группировки воздушным и морским транспортом со стороны Берлина и Рима, поставили жирный крест на надеждах «Карлистского Союза Испании». Да, война шла с завидным упорством с обеих сторон, но ни британцы, ни американцы не могли поставить своим союзникам в Испании достаточного количества обученных сухопутных войск, а выиграть войну одними бомбардировками, не имея превосходства в воздухе, было практически невозможно. Что-то пытались сделать мексиканские интербригады, которые понабирали в свой состав революционное отребье со всего мира, но и они, несмотря на всю свою идейность, не могли ничего противопоставить хорошо обученным германо-хуанистским войскам, которые снабжала вся континентальная Европа.
И никого не должно удивлять, что революционеры Мексики сражались за «короля Карла». В этой среде Карл считался слабой и проходной фигурой, которая призвана лишь временно объединить силы против «европейской реакции», а затем, после победы, предполагался (в их сознании) референдум о будущем Испании, на котором, конечно же, победят сторонники республики. Что-то такое было и в моей истории, в результате чего генералу Франко пришлось вытаскивать свою страну из полнейшей задницы революционного беспредела и многолетней гражданской войны. Тут всё пошло несколько не так, но если бы «товарищам» дали возможность, то они бы и здесь развернулись бы на всю свою революционную мощь, грабя награбленное, сжигая церкви и публично убивая священников, не говоря уж о массовых расстрелах, которые, без их сомнения, призваны спасти родину и революцию. Что они местами и делают в подконтрольных карлистам районах, хотя и стараются пока какие-то внешние приличия соблюдать в ожидании грядущей победы. А уж потом…
Но, ничего этого тут не случится. Континентальная Европа, за исключением марионеточной Британии Португалии, выступила единым фронтом на стороне короля Хуана, желая выкинуть с континента революционеров, британцев и прочую сволочь. Что касается португальских властей, то их позиция была понятна и очевидна даже без влияния Лондона. Слишком уж остальным монархам континента был неприятен этот фактически анклав англосаксов на европейском континенте. Предпочтения британцев в этой гражданской войне были простыми и очевидными. И имя этим предпочтениям — Гибралтар.
Арт создан ИИ по техзаданию автора.
Англичане вполне обоснованно были уверенны в том, что как только Хуан укрепит свою власть, британцев из Гибралтара так или иначе попросят на выход.
С вещами.
Стук в дверь. Принесла кого-то нелёгкая.
— Да!
Возник генерал Качалов.
— Государь. На срочной аудиенции настаивает министр иностранных дел князь Свербеев-Новоилионский.
Вот вам и доброе утро. Когда не успевший толком вступить в должность новый министр настаивает на срочной аудиенции, то он явно хочет не погоду со мной обсудить. И не виды на урожай кактусов в Мексике.
— Проси.
Через минуту сын покойного Свербеева появился в кабинете и сходу «порадовал»:
— Ваше Всевеличие. Срочные новости из Польши. Предпринята попытка государственного переворота. Король Иероним избежал ареста и выехал к верным войскам в Люблин. Но пока нет сведений о том, что он туда благополучно прибыл. Вся страна охвачена волнениями.
Арт создан ИИ по техзаданию автора.
Так, приехали.
— По поводу чего мятеж?
— Пока не очень понятно, Государь. Формально даже не заявляется о требовании отречения короля, лишь о смене правительства и об официальном отказе Варшавы исполнять, как они выражаются, унизительные требования Варшавского договора, по которому Польша вот уже полтора десятка лет выплачивает России компенсацию за утерю промышленного района при обретении независимости, а также прочие ограничения, которые наложены на Польшу этим договором, включая ограничения на численность армии, число и виды вооружений и прочее. А также требуют официального отказа Польши от договора о правах стран-гарантов.
Угу. Очень вовремя. Дай, думают, устроим мятеж вот именно сейчас.
— Есть какая-то реакция в Европе и США?
— Нет, Государь. Ещё никто официально не отреагировал.
Понятно-понятно. Нет, о всяких брожениях в Польше я знал. И то, что основным объектом ненависти была именно Россия, я тоже, разумеется, знал. Более того, мы с Вилли согласовали даже некоторое усиление наших сил на границе с Польшей. Но то, что мятеж произойдет именно сегодня, разведка мне не докладывала. Надо будет поспрашивать — почему так получилось.
А пока ясно одно — транзит военных грузов и сырья из России в Германию под угрозой. Как это отразится на решимости Берлина начать сейчас войну с Англией? Без большого объема наших поставок им серьезную войну не вытянуть, а умиротворение Польши может и затянуться. А там, глядишь, и осень наступит, с чудесным сезоном штормов в Ла-Манше.
Чудесным временем года, которое заставит Берлин отложить кампанию до весны следующего года. А за это время может случиться всякое. В том числе могут и измениться приоритеты в части направления главного удара войск Рейха.
* * *
ТЕКСТ ВИТАЛИЯ СЕРГЕЕВА.
ИЗ СООБЩЕНИЯ ИНФОРМАЦИОННОГО АГЕНТСТВА PROPPER NEWS . 18 мая 1936 года.
МОЛНИЯ!!!