Империя. Знамя над миром (СИ)

Дверь открылась.
— Привет, мам.
Кивок.
— Привет, сын. Стучать тебя не учили?
Александр небрежно отмахнулся:
— Какие благоглупости. Я ж не в квартиру к вам явился без спроса. К тому же твой адъютант сказал, что ты одна сейчас. Если бы что — ты бы или дверь заперла, или велела бы никого не пускать. А скорее бы сделала и то, и другое. Вместе. Ты, кстати, как-то неожиданно прилетела. Что-то произошло?
Маша мысленно хмыкнула: «Просто срочно захотелось нырнуть в постель к твоему отцу», но вслух ответила более нейтрально:
— Нет, ничего. Просто соскучилась.
Сашка понимающе усмехнулся, но тоже решил соблюсти приличия:
— Понимаю. А ты Мику с собой случаем не привезла? А то я тоже. Соскучился.
Императрица едва заметно усмехнулась: «Вот же утончённая язва на мою голову».
— Нет, Мика и Мася остались на Острове. Думаю, что Мике сейчас лишние нагрузки и волнения совершенно ни к чему. Если соскучился — то можешь и сам к ней слетать. Ты лёгок на подъем. Дело молодое.
Получив ответную шпильку, сын покачал головой:
— Увы, мне. Война и всё такое. Ты, кстати, с нами поедешь в Петербург или планируешь возвращаться обратно?
— Будет забавное представление?
Кивок:
— Более чем.
Разумеется, Маша знала о планах мужа прибыть в Западную морскую Ставку, но Миша не говорил, что и Саша едет тоже. Ну, что ж, пусть сын учится. В том числе и воевать. Это вам не в танке сидеть с умным видом.
— А в целом как съездил?
— Нормально. Побывал на открытии первой гражданской атомной станции в Усть-Озёрске. Осмотрел ход дальнейшего строительства районов Нового Царьграда. Вроде вполне прилично получается. Встретился там в нашей курильской родней.
— И как?
— Дядя Дима весь в делах, как, впрочем, и всегда. В нём умер великий бизнесмен.
— Почему — умер? Он вполне хорошо себя чувствует на ресурсах и возможностях Южных Курил. Да и жена у него совсем не промах.
Ухмылка.
— Это, да. Совсем. Ты же знаешь, что их визит в Царьград в основном как раз и прошел под знаком Натальи Куприяновны. Открывали в столице Курильский Дом. Она в своей торговой экспансии уже и до глубин Сибири добралась, про Дальний Восток и Сунгарию и говорить нечего. Впрочем, в Сунгарии ей развернуться не даёт тётя Ива, у той тоже свои интересы и задумки.
Маша кивнула. Родная сестра Иванна тоже была не промах и держала в своих цепких ручках огромные денежные потоки региона, а её Мишка занят был всё больше «мужскими делами» — политикой, дипломатией, подготовкой к предстоящей войне, строительством городов и портов, оборонных предприятий, дорог и мостов, военных баз, созданием армии и флота, и всеми такими прочими большими игрушками, что так греют и радуют сердца мальчиков всех возрастов. На прошлой вот неделе, как раз Мишка с нескрываемой гордостью открывал автозавод «Сунгария Авто», который будет выпускать легковые и грузовые автомобили. В общем, планы у него были большими, и времени отнимали предостаточно.
Так что Ива контролировала или держала руку на пульсе основных (и весьма значительных) денежных потоков Сунгарии от транзита, удовлетворяя мужа в том числе и в части финансов на все его дорогие игрушки. Миша говорил ей как-то, что в его истории Ива должна была выйти замуж за Бориса Болгарского, но Маша лишь покачала головой тогда. Слишком тесна была бы для Ивы Болгария. Даже для более старшей Мафальды там тесно, а уж про горячую во всех смыслах Джованну и говорить нечего, ведь она была самой амбициозной и неостановимой среди всех детей Виктора Эммануила IIIСавойского.
Кстати, за кого в его истории вышла замуж сама Маша, её Августейший супруг так и не признался. Ну, и ладно, как говорится. Не очень-то и хотелось.
В общем, Наталье Куприяновне многого в Сунгарии ловить не приходилось. Но бывшая японская принцесса Нобуко, ставшая в результате династического брака Великой Княгиней Курильской Натальей Куприяновной, женой Великого Князя Дмитрия Александровича, широко пользовалась не только своей деловой хваткой, не только своими связями и влиянием при японском императорском дворе, но влиянием и связями мужа, не зря же он племянник русского Императора!
 
Царь не возражал, считая, что чем больше экономически будет привязано к России Курильское Княжество, тем больше у Единства будет влияния и в самой Японии. Так что, если Ива блокировала поползновения Натальи в своей вотчине — Сунгарии, то вот в России к её стремлениям относились более лояльно.
А Курилам было что предложить России и миру!
Залежи руды, нефти и газа. Золото, серебро, титан. Медь, цинк, свинец. Рений, германий, индий, селен, теллур, ванадий и прочие металлы. Месторождения редчайшего рениита и обычной природной серы.
Источники термоминеральных вод и лечебные термальные курорты.
Камчатские крабы, креветки, двустворчатые и брюхоногие моллюски. Гребешки и осьминоги. Огромные и разнообразные запасы рыбы. Гигантское количество водорослей.
Туда активно ехали за длинным рублём переселенцы, строились новые посёлки и даже городки, открывались новые портовые сооружения, рыбзаводы, шахты и рудники.
Это и многое другое не только создавало экономический базис Великого Княжества, но и давало возможность Наталье Куприяновне как следует развернуться.
Конечно, оставлять такую жемчужину в фактическом совместном пользовании с японцами было неприятно, но Миша считал грядущий союз с Японией куда более важным, чем финансовые потери от такой вот благотворительности. Да и влияние России в княжестве намного сильнее японского…
Саша отвлёк Машу от её мыслей.
— Кстати, видел там их дочь. Вполне себе уже ничего.
Мать погрозила пальцем:
— Ты там поаккуратнее! Нам только твоих приключений не хватает.
Сын отмахнулся:
— Да я не об этом. Девица-то скоро совсем поспеет. Можно придумать и устроить династический брак какой-нибудь. В интересах Империи. Барышня перспективная. И пусть не совсем принцесса, но из владетельного Дома. Великая Княжна Тамара Дмитриевна Романова-Курильская, на секундочку. Дипломатия-с!
Маша насмешливо съязвила:
— Королева в восхищении, как написал господин Булгаков в своём романе.
— Не написал.
— Тем более.
* * *
КОРОЛЕВСТВО ПОЛЬША. ВЫШКУВ. 20 июня 1936 года.
Танки с лязгом катили по улицам притихшего города. Разрушений почти не было. Лишь кое-где что-то чадило. Собственно, сам Вышкув почти и не бомбили. От многочисленной (очень) еврейской общины Вышкува, через «перебежчика», поступило предложение, от которого было трудно отказаться — сдать город в обмен на обещание Вышкув не бомбить, а затем евреев, живущих в городе, никуда не переселять. В свою очередь, еврейская община обеспечит большую сговорчивость со стороны польского гарнизона.
В целом, так и случилось. Стоило пикировщикам и артиллерии нанести удар по передовым укреплениям Вышкува, как гарнизон заявил о капитуляции. Собственно, на сговорчивость польского гарнизона повлияли «уговоры» местных евреев, и, главное, печальная судьба Ломжи, оказавшей упорное сопротивление и почти полностью разрушенной при штурме. После чего наступила очередь Острув-Мазовецкого, гарнизон которого, пусть и не сразу, но капитулировал. Так что у гарнизона и жителей Вышкува были конкретные примеры перед глазами. Тем более что польское население из этих мест массово уходило на запад, не желая оставаться в русской зоне оккупации. Да и сбрасываемые с самолётов листовки и бомбы активно подбодряли их сделать правильный выбор.
В общем, все мало-мальски пригодные дороги на запад были сейчас забиты беженцами. И русской армии приходилось сдерживать свой темп наступления, давая возможность полякам собраться с мыслями и бежать в сторону Германии. Массово.
Что интересно, евреи, большей частью оставались. Про православных и говорить нечего. Короче говоря, всем в Польше было уже понятно, что война проиграна, а что будет дальше — неизвестно. Но было известно, что русские потом проведут зачистку и пацификацию. Как и что происходило в Галиции поляки отлично знали. Потому и бежали на запад, все, кто хоть как-то был не уверен в своей биографии. С семьями и прочими родственниками. И остальных увлекали за собой.