Загонная охота (СИ)

— Так… Сочинец, хорош темнить, а? — возмутился я. 
— Да я не темню! Просто не хочу лишних словоблудий… — пожал плечами тот. — Вот смотри: с одной стороны, хорошо жить рядом с Алтарём. Можем взимать какой-то гуманный сбор за пользование. Можем людей новых привлекать. Можем постоянно получать нужные товары…
— …Можем вконец разлениться. Можем героически помереть: ведь враги к нам будут лезть, как мухи на говно… И вообще!.. — закончил за него я. 
— В смысле, разлениться? — не понял Сочинец.
— А ты сам погляди! Бывшие соседи ничего толком не делали, — напомнил я. — Всё покупали. Баллы сливали в Алтарь, как в бездонную бочку. А эти, пришлые, они ведь так же поступали. Все баллы спускали на покупки на своём Алтаре. И шевелиться начали, только когда доступа к нему лишились. 
— А, вот об этом я не подумал… — помрачнел Сочинец.
— Вообще, честно скажу!.. — признался я. — Идею переселения к Алтарю я целиком и полностью поддерживаю. И все, кто в здравом уме, поддержат. Вот только закупку на Алтаре надо ограничить… Всеми правдами и неправдами. И закупать надо, в первую очередь, те товары, что пока ещё по скидке идут. Причём делать это централизованно. А не как обычно. Вот...
— Значит, если встанет вопрос, ты за переселение? — уточнил Сочинец, явно намотав на ус и остальные мои выводы.
— Полностью и безоговорочно! — кивнул я. — Иначе в следующий раз сюда притопает отряд посильнее. Ещё и обустроится, пока мы будем идти, героически воюя с червяками в лесу. И доказывай потом, что это наш Алтарь! Нет, надо самим здесь обустраиваться. Стены ставить, всякие укрепления… 
— Стены… — Сочинец задумчиво покивал, а потом ухмыльнулся и заявил: — Ну вот! А ты ещё спрашивал, зачем я это с тобой обсуждаю!.. Вон ты сколько всего за раз напридумывал! 
— Как будем с группой вопрос обсуждать, тебе ещё много чего придумают! — усмехнувшись, я снова потянул мясо в рот.
И снова не донёс.
Вспомнил, что меня интересовало, и сходу спросил:
— Слушай, а с этими шестью-то чего надумал?
— Пока ничего, — признался Сочинец. — Я с ними пообщался. Договорился, что они не станут раньше времени сбегать и рыпаться, а я их развяжу. Ну и так… Опросил коротко, что и как.
— Узнал что-то новое? 
— Особо ничего. Дмитрий вчера подробнее всё рассказал. Но есть детали, которые в их рассказах не сходятся. Хотя мы это и так предполагали… — Сочинец пожал плечами. — В общем-то меня не особо волнует, где они там накосорезили. Зато я уяснил, что под Дмитрия они точно не пойдут. И ещё кое-что: среди соседей хватает людей, которые на этого Дмитрия злы. И вовсе не из-за его пацифизма.
— Это важно? — удивился я.
— Ну… Если они тут останутся, хотелось бы сохранить контроль над группой!.. — признался Сочинец. — А они, скорее всего, останутся. Так что их разлад нам даже на руку. Меньше шансов, что объединятся. 
— Ты только это… Перед тем, как их к нам принимать, утверди своё лидерство в нашей группе. Так сказать, официально!.. — посоветовал я. — А то, честное слово, задолбали эти бесконечные обсуждения… 
— Ну так ты вроде не молчун! — Сочинец посмотрел на меня. — Чего ты так против обсуждений? 
— Одно и то же по кругу можно долго обмусоливать! А у нас ситуация такая, что нельзя долго и нудно… — пояснил я. — Ты же лучше меня это знаешь.
— Знаю. Поэтому работаю в этом направлении, — согласился Сочинец. — А почему ты-то спешишь? А, боишься, что новички могут не принять меня, как лидера!..
— Во! Как ты там до этого сказал? Хотелось бы сохранить контроль над группой, ага!.. — кивнул я и снова потянул мясо в рот.
— Ладно, попробую… Да! Вот ещё что! — Сочинец уже начал вставать.
И в этот момент резко развернулся, заставив меня замереть с открытым ртом. И так не положенным в этот самый рот куском мяса.
— Ну что?! — возмутился я.
— Приятного аппетита! — сообщил этот гад, беззлобно посмеиваясь. 
  
Глава 8. Ваще чот неожиданное
 
Дневник Листова И.А. 
День пятнадцатый. Пара собраний и два бегства 
 
Я честно отсидел два собрания. Да ещё и с серьёзной рожей, пряча ухмылку в уголках глаз. Кто-то может решить, что я человек такой, легкомысленный. Или вообще чокнутый, раз улыбаюсь без причины.
Но, честное-благородное, тот балаган, который устроили на этих собраниях, просто не предполагает серьёзного выражения лица!..
Как говорил мой дед, серьёзные решения принимаются в тихих кабинетах. И ограниченным кругом лиц. А уже потом, когда всё давно решено, обсуждаются на массовых сборищах. Причём обсуждаются так, чтобы сборище обязательно пришло к нужному выводу.
Что Сочинец успешно и провернул, заранее пообщавшись с ключевыми фигурами. Согласие на его лидерство в группе дали я, Чемодан, Дунай, Кострома, Рома и Маша с Натой. И да, я видел, что последним троим это согласие далось тяжело, но главное — оно было получено.
Голоса членов группы, оставшихся в нашем лагере, решили не учитывать. Маловато их там было. А оппозиционной кандидатуры всё равно не нашлось. Даже формальной. Хотя Мелкий предлагал себя, потому что он «натурально фартовый пацан» — и «ваще чот скучная туса вышла». Но в итоге решили, что обойдёмся без формальностей. 
Второй вопрос решился куда быстрее. Переместить посёлок к Алтарю были согласны все. Вообще все. А посему этот пункт обсуждения закрыли оперативно.
И Сочинец, наконец, получил свободу действий. В том числе, в отношении наших «пленников» и «гостей». 
Первым делом их всех собрали перед Алтарём Вознаграждения. И снова началось «серьёзное» заседание, на котором им озвучили претензии к их поведению («ай-ай-ай! нехорошо!»). После чего сообщили, что, несмотря на «ай-ай-ай!», зла на них не держат («но мы-то люди добрые!»).
А затем, собственно, прозвучало ключевое предложение. Присоединяться к нам. 
Но не сразу! 
А только завтра, чтобы у всех было время подумать. Ну а чтобы думалось лучше, людей нагрузили срочной и нужной работой. Сначала надо было придумать и соорудить инструменты для копания твёрдой почвы (лопаты, ага! ну или что-то похожее). А потом — этими инструментами выкопать могилы для каждого погибшего в ходе передела власти. Ну и для наших бывших соседей, само собой. 
Если гости решат остаться, то их обещали принять в группу «на равных». А если нет — завтра же пусть идут на все четыре стороны. И даже Алтарём напоследок разрешим воспользоваться. Даже бесплатно!.. Цените, значит, наше великодушие и милость. Вот!..
— Надо известить тех, кто у нас в лагере остался! — закончив с собраниями, сказал Сочинец у костра, где сидели Дунай с Костромой, я и Чемодан. — Кто возьмётся?
От меня, наверно, никто не ожидал похвального энтузиазма. Однако зря:
— Я бы сходил! Заодно поохотиться попробую в местных лесах. Эти троглодиты голубоглазые опять свежатины требуют!
И я указал на улёгшихся чуть поодаль питомцев.
Те от моего вранья, кажется, даже уши навострили. Но сдавать всё-таки не стали.
И да, я врал. Вдохновенно, с полной самоотдачей — и сам себе почти верил. На самом деле, мяса зверюгам хватало и без меня. Я просто хотел сбежать. 
— Добро! — кивнул Сочинец. — Возьми с собой кого-нибудь… Надо дотащить сюда вещи, которые не в капсулах.
— Может, нам сходить? — азартно поинтересовалась Кострома, которая, кажется, тоже хотела размяться.
— Нет, вы мне тут понадобитесь… — Сочинец покачал головой, а девушка недовольно нахмурила брови. — Чем, а может, ты?
— Я — пас! — сразу отозвался тот. — Ногу натёр. Туда-обратно не осилю. 
А вот Чемодан не врал. Я видел его мозоль. Страшная штука!.. Он, мне кажется, и в одну-то сторону не факт, что доберётся… 
— Я Мелкого возьму! — сообщил я. — И девочки, которые в лагере остались, помогут. 
— И ты думаешь, что вы таким составом всё на горбу утащите? — с сомнением в голосе поинтересовался Сочинец. 
Но я-то уже подумал об этом. И даже уточнил у СИПИНа подробности. Поэтому мне было, что ответить: