Загонная охота (СИ)
-Эй-эй! Мы… — Трибэ посмотрел на Аню, а та быстро кивнула. — Мы, короче, тоже тогда… Сваливаем! Вы там не спешите! Нам больше собирать!
Что им там собирать, понятия не имею. У Ани и Трибэ вещей не больше, чем у остальных. Да куда там — меньше у них! У меня больше всех.
— А можно мы с вами? — спросила Настя, но очень сознательно и у меня. — Миша, мы же с ними?
— Не, ну… А чего тут сидеть, раз такие дела? — Миша был серьёзный мальчик и говорил всегда серьёзно.
Хотя чаще всего этот коренастый и темноволосый парень, похожий на итальянца, молчал. Молчать у Миши получалось лучше всего. Поэтому, когда он начинал говорить, возникало ощущение, что он прямо-таки скрупулёзно взвешивает каждое слово.
Однако в этот раз Настя со своим предложением застала его врасплох.
Рассказывая своим ребятам, как прошёл совет, я надеялся, что они прибьются к Чемодану. А ещё лучше — к Костроме. И совсем не ожидал, что они тоже решат куда-то уходить. В общем, сказать, что я был удивлён — это ничего не сказать. Даже застенчивые «воробушки» решили покинуть посёлок.
Но вообще-то я не собирался уходить вот прямо сейчас. И даже постарался донести эту нехитрую мысль до своей маленькой группы.
— Народ! Народ! Стойте! — попросил я. — Никто прямо сейчас никуда не идёт!
— Чо так? — озадаченно спросил Мелкий.
— Ну, первым делом, всем нам нужно оружие. Нормальное оружие! — пояснил я. — Вот это, что у нас есть — конечно, здорово… Но не очень надёжно! Пока на нормальное вооружение только это короткое копьё похоже.
Я продемонстрировал то самое оружие, из-за которого Дунай так странно себя повёл. Хотя почему странно? Я был ему не друг — просто приятель. К тому же, ещё и малознакомый. Пуд соли мы с ним не съели, только до поселения дотащили. Пуда четыре…
А тут как бы всё сложилось: и я на взводе, и оскорбляли меня обидно. Да и он претензии высказывал, всячески проявляя недоверие…
Не знаю, что там ему Влад про меня наплёл, но если Дунай решил, что я ненадёжный и опасный тип, подверженный приступам агрессии… Тогда понятно. В конце концов, двигался я резковато… Давали о себе знать и обида, и злость...
Конечно, самый гуманный суд в мире меня бы оправдал. А вот не самый гуманный — этот мог бы и пришить что-нибудь нехорошее. Например, то самое проявление агрессии, о котором я сам недавно рассказывал другим колонистам из нашей группы.
Впрочем, это никак не отменяет моих расстроенных чувств! Ну и уязвлённого самолюбия. Оправдывать поведение Дуная я не собирался. Просто очень хотел понять, почему…
— Нам нужны ещё копья! — пояснил я. — Нужны рюкзаки и запас продуктов. А, кроме того, одежда и спальные принадлежности. Нам много чего нужно… Если получится — выбью разрешение из Сочинца на посещение Алтаря. Если нет… Не получится — тогда и будем думать.
В принципе, думать тут тоже было не о чем. Если Сочинец не выдаст разрешение, уйдём с тем минимумом, что есть. А пока нужно было, чтобы все уходившие занялись полезным делом. Это и баллы им принесёт, и припасы даст пополнить.
Первым наши приготовления обнаружил Пилигрим, который как раз куда-то отходил. А когда вернулся, сразу угадал, в чём дело. Хотя и неверно истолковал причины…
— Решили уходить? — спросил он у меня.
— Скажем так… Нас немного вынудили это сделать, — признался я. — Первоначально я собирался остаться с группой.
— Вынудили?.. — Пилигрим тряхнул головой. — Как всегда… Люди нигде не меняются, да? Не хотят слушать то, что им не нравится. Всегда за что-то ссорятся… Огромный мир — иди на все четыре стороны. Делай почти всё, что хочешь. А мы делим ресурсы, власть, других людей…
— Всегда легче поделить то, что под рукой, чем сделать что-то новое! — пожал я плечами. — Но я в эту игру больше не собираюсь играть.
— Вано! — подошли Миша и Настя. — А у нас много рюкзаков?
— У нас своих рюкзаков нет, — ответил я. — Те два, что у меня лежат — отдам Сочинцу. Это были общие, трофейные. Так что рюкзаки будем либо покупать… Либо надо делать корзины.
— Давайте я с Лизой и Сашей займусь? — спросила Настя.
— Давайте, — согласился я. — Если что, оставим корзины тут.
— Подождите! Постойте, девушка! — неожиданно включился в разговор Пилигрим, увидев, что Настя уходит. — Постойте! Я…
Настя и Миша остановились, глядя на гостя, а тот вдруг сконфузился. И ещё пару секунд, кажется, искал слова, внимательно рассматривая землю под ногами.
— Настя ведь, да? Я слышал, ты ходила с мамой за займом, так?
— Да… С мамой, — осторожно кивнула Настя.
— А маму твою звали Еленой? — не отставал Пилигрим.
— Да… — удивлённо нахмурившись, девушка уставилась на него. — Вы знаете, где она?
А вот мне совсем не понравился этот разговор… Потому что если я прав, то, кажется, знаю ответ. И бедной Насте сейчас будет очень-очень грустно.
— Она… Она умерла, — ответил Пилигрим, а потом принялся быстро, чуть ли не скороговоркой, рассказывать: — Мы были в одной группе. Когда напали бестии, мы оба смогли далеко уйти. Я её увидел, когда за ней гнались. Кинулся на помощь… Но… Мы победили, а она умерла. Чёрт, прости…
Настя молчала. Она молчала долго. В её глазах бушевала целая буря чувств, которые быстро сменяли друг друга, как в калейдоскопе.
Миша попробовал обнять подругу, но та стояла как столб, хоть и не сопротивлялась.
— Я сожалею… — повторил Пилигрим. — Я обещал ей, что попытаюсь помочь тебе. Если не найду, то хотя бы попробую всех предупредить. А если найду… Я обещал позаботиться. Знаю, так себе забота… Я не смогу заменить тебе мать. Она была сильным человеком. Крутым… Может, я лиши…
Чего он там лишил и кого, я так и не узнал.
Настя, наконец, заговорила.
— Спасибо, что рассказали, — голос у неё был глухой, без тени эмоций. — Я… Знала, что так может быть. Вам удалось её похоронить?
— Да… Там её не раскопают, — понурившись, ответил Пилигрим.
— Спасибо… Мне… — Настя высвободилась из объятий Миши и рванула к своей капсуле, крикнув уже на бегу: — Мне надо побыть… Одной!
— Да ты сама тактичность, Пилигрим! — восхитился я.
— Да уж… — кивнул Миша, глянув на нашего гостя с малой толикой осуждения.
— Бросьте… Лучше сказать сразу! — не слишком уверенно махнул рукой тот. — Неправильно людей ложными надеждами кормить… И не надо говорить, что надежда лучше! Никогда она не лучше! Херня это всё…
— Ох уж эти глубокие личности, разочарованные в людях! — не удержался я от комментария. — Миш, последишь за ней?
— Пригляжу, — кивнул тот.
Парень ушёл, а я снова поглядел на Пилигрима. Тот выдержал секунду, а потом буркнул:
— Ну да, прости… Выбил тебе человека из сборов… Но для такого «вовремя» не бывает!
— Ну ты-то рассказал совсем не вовремя… А это прямо-таки талант! — не согласился я.
Впрочем, на Пилигрима я не сердился, на самом деле. Могу понять его чувства: сложно было бы и дальше держать такой нехороший секрет в себе.
— Я с вами пойду…. Не возражаешь? — спросил Пилигрим.
— О! Надо же! Меня хоть кто-то об этом спросил! — я уже не мог сдерживаться и засмеялся. — Ты же сам сказал, что будешь о Насте заботиться. Скажу нет — всё равно ведь пойдёшь.
— Пойду, — мрачно подтвердил Пилигрим.
— Ну так иди со всеми нами! — согласился я. — Только не донимай её своей опекой. А то знаю я вас таких, чувствующих свою вину… В бане листья с веника — и то не такие назойливые.
— Да я не собирался! — возмутился Пилигрим.
— Вот и не собирайся… — кивнул я. — Ладно… Дела надо делать.
Но стоило мне поднять пятую точку от валуна, служившего сиденьем, как на горизонте появился Чемодан со своей свитой. А ещё Прокачун и Линза, которые откровенно таяли, окружённые девушками.
Правда, начали разговор не мужики. Первой заговорила Алёна:
— Вано, а что за новости такие?! Ты что, уходишь?!
* * *— …Такие вот дела! — закончил я укороченную версию рассказа. — Так что… Высиживать тут всеобщую ненависть совсем не хочется. Я человек позитивный, в себе уверенный! Мне плакать противопоказано!..