Загонная охота (СИ)
На двадцать седьмой день мы преодолели последние знакомые места. Да и те были знакомы только Пилигриму. Отсюда он, как выяснилось, начинал свой путь…
— Вон там над обрывом, видишь? — подойдя к Насте и Мише, Пилигрим присел рядом. — Куча камней, а сверху кусок известняка, похожий на клык…
— Да… — Настя прищурилась, разглядывая указанную точку.
— Там я похоронил твою маму.
— Жаль, я не смогу сюда вернуться и побывать на её могиле, — вздохнула девушка.
— Может, и не сможешь, — кивнул Пилигрим, поднимаясь. — А может, и сможешь. Пусть не сразу, но когда-нибудь...
— А где был ваш посёлок? — спросил я, оглядывая окрестности.
— Вон там! — Пилигрим указал куда-то вперёд. — Отсюда не видно за пригорком. Но дальше там длинный спуск и большой холм. На нём Алтарь Вознаграждения. Рядом с ним мы и жили.
Я честно попытался рассмотреть место, но увидел только пару стай бестий, которые дрыхли на солнышке. Они, оказывается, тоже были любителями поспать. Даже наши питомцы, когда освоились на спине гиганта, улеглись тесным клубком. И погрузились в какое-то подобие дрёмы.
Они просыпались только, когда на панцирь выбирались какие-то отвратительные огромные насекомые. Мы их все боялись до одури. Кусались гадёныши очень больно!.. Но нашим верным бестиям понравилось за ними охотиться, а затем с аппетитом жрать.
А я бы их есть не стал. Всё-таки жрать паразитов — не самое безопасное занятие. Даже если это не твои личные паразиты, а гигантской формы жизни. К счастью, у нас оставалось ещё достаточно пищевых пайков, чтобы даже не думать о такой мерзкой пище.
К вечеру я, наконец, нашёл в себе силы отдохнуть.
Усевшись на своём спальнике, я смотрел, как мимо проплывают низкие горы и холмы, покрытые какой-то растительностью. И как лиственные заросли с вкраплениями громадных грибов сменяются полосами чего-то хвойного, с нормальным древесным стволом.
Нам нужно было отдохнуть. Отдохнуть столько, сколько сможем. Потому что впереди у нас маячила одна очень большая проблема, о которой мы старались не думать…
А именно, конец пути. И спуск с гигантской формы жизни. Ведь мы даже близко не представляли, как будем это делать. Верёвки-то у нас были… Вот только крепить их на спине было не к чему.
Однако мы всё-таки вырвались из ловушки, в которую загнали нас горные хищники. А значит, сумеем решить и этот вопрос… Потому что мы успешные колонисты, а не какие-то там неудачники.
Мы выживем…
Правило №5 успешного и живого колониста неизученных планет
Если колонист оказывается в ситуации, когда не может следовать правилам успешного и живого колониста неизученных планет — это не повод впадать в уныние, опускать руки и покорно ждать смерти!
Надо и дальше стараться следовать правилам, как упрямый баран. Как и в любом деле, дорогу осилит идущий… Ползущий… Лежащий в нужном направлении!
В любом случае, если долго искать выход, что-нибудь обязательно да получится!..
Уточнение №1 для правила №5 успешного и живого колониста неизученных планет
Последняя фраза из правила №5 — это просто мотивационное окончание, призванное воодушевить неудачников, попавших в безвыходное положение. Иногда, как голову ни ломай, а выход всё равно не обнаружишь.
Зато напоследок всегда можно сказать: «Я сделал всё, что мог!». По неподтверждённым данным, это может облегчить переход из состояния «живой» в состояние «мёртвый».
Крохотулечная недоглава 22. Определённо, прыгать!
Дневник Листова И.А.
День двадцать девятый. Между всмятку и вперемешку
Море, будь оно неладно, ничем не предупредило о своём появлении! Вот мы ещё хватали вещи, которые пытаются укатиться со спины гиганта, решившего перекусить подножным кормом… А вот уже впереди — за тонкой полоской прибрежного песка — видна голубая гладь воды.
А проклятая ездовая черепашка и не думает снизить скорость! Чешет вперёд на всех парах, и даже не спит! Знал бы, что так будет — сиганул бы на кроны деревьев, когда она наклонялась. Там ещё были шансы отделаться всего парой переломов…
А в воде, судя по мелькавшим плавникам, нас сжуют раньше, чем мы доберёмся до берега. Я пока не видел, кто там плавает, но по закону подлости это не должны быть дельфины. Это либо акулы, либо очень большие акулы — либо очень большие, быстрые и кровожадные акулы! И, скорее всего, стоит рассчитывать на последний вариант!..
Вдали, на голубой глади моря, виднелись спины других гигантов. Они подобно невероятным островам дрейфовали в отдалении, то сближаясь друг с другом, то отдаляясь. Удивительно, но летуны отлично себя чувствовали на торчащих из воды спинах. Даже летали на охоту… Или рыбалку. В общем, эти заразы охотились на рыб.
А когда мы доберёмся до них, будут охотиться на нас!.. А у нас нервы не железные, и сон временами требуется. Да и вообще, нельзя же всех летунов убивать. Кто тогда будет справляться с огромными паразитами на телах гигантских форм жизни? Я понимал, что наше появление в экосистеме гигантов несёт для этой самой экосистемы разрушительные последствия…
Но забота об экологии несла разрушительные последствия для нас! Я не хочу назад в горы! Я хочу на берег! Я видел вдали холм с Алтарём Вознаграждения!
Хочу поставить там капсулу и жить спокойной жизнью уважаемого путешественника на спинах гигантских черепах!.. Хочу писать мемуары для потомков!..
— Надо прыгать! — крикнул Пилигрим, вглядываясь вниз с края спины.
Точнее, той её части, которая была относительно плоской.
Впрочем, он тут такой был не один: уже все так делали, обвешавшись вещами. И даже не жалко было их намочить. Лишь бы выбраться.
— Куда прыгать?! — возмутилась Кострома. — Ты этих тварей в воде видел?! Да там касатки, не меньше!
— Куда прыгать? Мы плавать не умеем! — возопила Лиза за всех двух «воробушков».
Надо сказать, примерно у половины наших спутников нашлась хотя бы одна причина, почему прыгать нельзя. И у многих она была такая же веская, как и у «воробушков». Однако эти двое хотя бы не стеснялись признаться…
— Когда глубина будет хотя бы два-три метра, надо прыгать! — а вот Дунай поддержал Пилигрима. Видимо, наш «мишка» был неплохим пловцом. — Если съехать по панцирю, не разобьёмся!
— А тем, кто плавать не умеет, что делать?! — взвилась Кострома, из-за спины которой как раз и вопили испуганные «воробушки».
— Их будут тащить те, кто умеет! — ответил Дунай.
— Вещи кидайте сразу, как окажемся над пляжем!
— Божечки, помоги мне… Я буду хорошей!..
— Я боюсь!!!..
Паника росла и множилась. Как и панические вопли. Хорошо, что я плавать умел, хоть и по течению.
Но хотя бы не вертикально.
— Вано! Сочинец! Что делать-то?! Пляж уже близко!.. — крикнул кто-то, видимо, решив наконец-то потревожить настоящих авторитетов.
— Прыгать! — решительно заявил «авторитет» Сочинец.
— Определённо! — согласился «авторитет» Вано, но решил слегка расширить ответ: — Есть полоса, где нет здоровых рыбин и где уже достаточно глубоко! Нужно попасть туда! Кто не умеет плавать, может попробовать прыгнуть раньше! Но хотя бы метровой глубины дождитесь. Спина покатая, лететь придётся метров с десяти-пятнадцати. Шансы выжить есть.
— А можно на спине остаться?
— Можно! — согласился Сочинец.
— Определённо можно! — согласился я. — Но тогда вас летуны сожрут!
— Плоты! Там плоты!..
Плоты действительно обнаружились, немного в отдалении. Целых четыре штуки. На каждом человек пять, и ещё куча места. Кажется, нам собирались помочь. Возможно, чтобы потом ограбить. Но сначала — конечно, спасти.
— Пляж близко!
— Всё! Распределись все по краям! — рявкнула Кострома, перекрывая гвалт. — Старайтесь оттолкнуться подальше от его ножищ! Скорей!
Я бы вообще пошёл к хвосту, но там уже, галдя и дрожа, собирались те, кто не умеет плавать. Пришлось оставаться рядом с головой.