Оборотни и документооборот, и Даша (СИ)

То ли еще будет. Ты от моих афоризмов и поседеть можешь.
— Пойдемте, — встала и, обойдя стол, подала руку, осматривая воцарившийся бедлам. — Бали, охранять! Никто не должен тронуть это...
Никак не могла подобрать достаточно емкое описание.
— Эту жизнедеятельность?
— Ага, верно, — кивнула фамильяру.
— Есть охранять, — встал по стойке ротвейлер.
Зная его характер, это ненадолго. Бабочка, мяч, кусок мяса, и сторож убежит в дальние дали.
— А кабинет закрывается? — жалостливо взглянула на мужчину.
— Да, но ключ всегда в общем доступе, — пожал плечами де Римоут, указывая на металлический предмет, висящий на стене.
— Теперь нет, — высунула язык, схватила желаемое и закрыла комнату.
По лицам присутствующих осознала, что сделала это не зря. Бали переживет пару часов без обеда. Потом извинюсь, а вот сотрудники конторы очень подозрительно косятся в мою сторону.
— Что вы хотите сделать? — заинтересовался Дэниэл.
Я его явно заинтриговала.
— Сущую малость. Надо познакомиться с электоратом, выслушать жалобы и пообещать изменения.
— От этого денег на зарплаты не появится.
— Значит, менеджмент будет недоедать, — выдохнула и вышла из общего зала под укоризненные взгляды остальных.
Можно подумать, они поняли о чем я.
— Вы хотите на саму фабрику? — Догнал меня на пороге де Римоут.
— Что-то не так? — не поняла шокированного тона. — Бастуют-то именно там.
— Вы девушка, — развел ладони Дэниэл.
А вот с этого места поподробнее.
— А как это связано с моей просьбой? — К этому моменту мы уже спускались вниз, а судя по температуре в ад.
— Никто из женщин не бывает на производстве. Они много лет работают на компанию, но к гномам еще не заходили. Там грязно, рабочие, не соблюдающие этикет, жара.
Хмыкнув, я чуть ли не побежала. А что? Интересно же. Нет таких дверей, которые Даша Антонова не откроет. А слушая сбивчивые объяснения оборотня пришла к выводу, что он больше рекламировал это место.
— Да постойте же, деса де Артвуд, — Мужчина ускорил шаг, в попытке остановить меня. — В конце концов, это неприлично.
— Это почему же?
— Ну, — замялся де Римоут. — Как я и говорил, рабочие. А вы, девушка довольна симпатичная, хоть и прости благая Мира, ведунья.
Что за предрассудки? А за комплимент спасибо.
— Не нервничайте. — Похлопала оборотня по плечу. — Для сотрудников я существо бесполое.
Минув непонятные коридоры со шкафами и вешалками, зашла в святая святых. Точнее, в преисподнюю. Дэниэл не соврал. Было очень душно и темно. Помещение было просто огромным с высокими потолками и неустойчивым балконом до противоположного края. По левой стене находились высокие каменные печи, в которых расплавляли металл. Возле жерла, других слов не находила, на различных механизмах подвешены ковшы. В них расплавленная жижа заливалась и отъезжала на цепи в следующий цех. Работники стояли возле каждой печи и контролировали процесс. На мужчинах отсутствовали рубашки, но все были в фартуках из непонятного материала, в перчатках до локтя и с касками с фонариками на голове.
 
При виде посетителей работа остановилась.
— Мда, — застыла, теребя ворот блузки от духоты, — я здесь, как единорог в бане.
Де Римоут, показалось, пропустил мое замечание мимо ушей.
— Плавильный цех — сердце нашего завода. Простите, что? — Встряхнулся. — Что за единорог в бане? Не понял.
— Вот-вот, — в очередной раз похлопала коллегу по плечу. — Никто не понял.
Гномы, скажем, необычные создания. Ростом едва доходили мне до плеча, с длинными густыми бородами, но могучие, широкоплечие, жилистые. Мышцы бугрились под нескромной одеждой. Один из них что-то крикнул и медленно побрел по направлению к нам.
— А где забастовка? — шепнула оборотню. — Работают же.
— Это в этом цехе, — ответил Дэниэл, — если печь остынет, разжечь ее не так просто. А в других работы остановлены.
— Понятно, — замолчала, осмысливая новую информацию. — Ответственная забастовка значит.
— Это кто? — Главный гном сразу же ринулся в атаку, даже не пытаясь познакомиться со мной и показаться вежливым. — Любовниц сюда не водят. И почему без облачения? Технику безопасности никто не отменял.
— Прошу прощения, — извинился перед собеседником де Римоут. — Это Дарина де Артвуд. Новый сотрудник компании. Она еще не знает правил и ломанулась сюда, как, как...
— Как единорог в баню, — услужливо предложила окончание фразы.
— Именно, — Дэниэл сверкнул на меня глазами. — А это Форбар Борвасс — начальник производства.
— Очень приятно, — протянула ладонь, но гном только фыркнул.
— Сотрудник значит новый. А старым вы когда заплатите? Шутка ли, кому-то и детей кормить нечем.
— Ну, Дарина и взята с этой целью, навести порядок и найти средства, — предательски сдал меня ответственный по кадрам.
Волчара позорный! Издевается. С другой стороны, не соврал. Пора начинать проявлять чудеса дипломатии, красноречия и подружиться с этим, так сказать, сгустком коллективного гнева.
— Задержка чуть больше месяца? Верно? — решилась уточнить, прикидывая в уме количество неоплаченных счетов.
— Да, — упер руки в боки Форбар. — Будете просить еще подождать?
— Нет, — расплылась в улыбке. — Планирую выпотрошить карманы вашего казначея и распорядится об оплате уже сегодня, в крайнем случае завтра.
— А деньги где брать будете? — гном продолжал излучать недоверчивость.
— Это уже проблема начальства, дес Борвасс.
— Скажете тоже, — вдруг покраснел работник производства. — Я не дес.
— Дарина, он не дес, — повторил за ним Дэниэл.
Игнорируя де Римоута еще раз обворожительно улыбнулась. Мужчина, даже гном, сделает все, если девушка проявит романтический интерес и присыпет сверху блестками лести.
— Я с вами несогласна, дорогой дес. Аристократия аристократией, а полезность обществу мы приносим разную. Вот не будет законника, казначея или кадровика, — я не знала, как правильно называется должность оборотня, — но завод не остановится. А если из цехов убрать вас и ваших коллег,— обвела взглядом все помещение, — то сами видите, — и руками еще развела, и вздохнула картинно. — Если что, урежем зарплаты в конторе, не переживайте.