Тревожная командировка 2 (СИ)

Тот, кого провожали медленно с усилием сказал, — да уже третий день билеты сдаю. Сколько можно.
Но компания навалилась на своего друга и ему пришлось согласиться.
Объявили посадку. Вера крепко обняла Тому и зашептала на ухо: — ты моя самая лучшая подруга. Я тебя никогда не забуду.
Тома пошла к самолету, по пути оглянулась, Вера стояла и махала. Тома тоже подняла руку в ответ, а потом отвернулась и пошла дальше.
  
Глава 17
 
Зима закончилась. Птицы в лесу радовались солнцу весне и так сильно кричали, словно соревновались друг с другом кто лучше пропоет гимн возрождению всего на Земле.
Я шел по лесу, обходил остатки снега, я торопился нужно было собрать силки с дальних мест. Не хотел оставлять их на лето. Зарастут, потом будет не найти. А деду они еще пригодятся. Хотя может быть и не деду. За плечами у меня плетеный из бересты короб. В нем лежала еда и питье. Туда же я собирался складывать силки.
Как так получилось, что я заблудился даже не понял. Был наверно в своих мыслях. Солнце затянули тучи, и я не мог сориентироваться. Конечно, странно все это. Не должен был заблудиться. Видимо леший водил меня.
Пробовал считывать память предметов, в данном случае деревьев, но ничего не получалось. Наоборот, мне показалось, что лес насторожился, как будто я попытался влезть в его память. Я больше не стал пробовать. Да и вообще, когда находишься долго в лесу, то начинаешь с ним разговаривать. И такие темы обсуждаешь, что поневоле философом становишься.
Что это или кто это? Сознание леса, или леший вокруг ходит, с тобой разговаривает? Я не задумывался об этом. Просто старался не нарушать законы природы. Попробовать понять их и почувствовать, что можно, и что нельзя. Дед об этом немного говорил, но я его не понял. Он всегда употреблял такие непонятные слова, что я половину, а то и больше не понимал.
Когда я заблудился, то сразу проверил на месте ли спички, нож. Успокоился, сел на поваленную сосну и стал отдыхать. Начал прислушиваться к своим ощущения. На курсе нас учили доверять своей интуиции, по рассказам она часто спасала жизни.
Но ничего мне интуиция не подсказывала. Я мысленно тыкался по разным направлениям, она, зараза, молчала. Тогда я закрыл глаза и снова попробовал. Вроде бы что-то она подсказала. Но так слабо, что я не понял, это была интуиция или все-таки мой разум. А что разум может водить за нос, нас тоже предупреждали. Так вот верить этой подсказке или нет?
Я решил поверить и пошел в том направлении. Вроде бы шел прямо. Я прошагал километра четыре и начал чувствовать, что иду не туда. Одна моя часть запаниковала — придется ночевать в лесу. Другая часть стала успокаивать — ничего. Еще не так холодно. Нож есть, спички есть. Что еще нужно.
Я снова сел на поваленное дерево и навалился на стоящую рядом сосну и задремал. Снился дом. Мама что-то готовила на кухне, отец сидел и смотрел телевизор.
Неожиданно что-то темное и мрачное стало надвигаться во сне. Оно охватывало меня со всех сторон и грозило уничтожить меня. Таких кошмаров у меня давно не было.
Кое-как я разлепил глаза. Передо мной стояли два человека. Одетые в одежду из шкур, в меховых шапках они молча смотрели на меня.
Я хотел вскочить, но у меня не получалось. Тот, что повыше, показал широкой ладонью — сиди. Я подчинился. Состояние мое было наверно такое же, как у кролика перед удавом.
Они скорее всего были охотниками, потому что у меня появилось знакомое ощущение жертвы. Дело в том, что наш тренер показывал состояние жертвы и мы даже поднимали его в себе. Он говорил, что иногда состояние жертвы может пригодиться.
Однако сейчас ничего хорошего я не находил в том, что я жертва.
Фигура покрупнее повернулась к той, что поменьше. Неуловимым чувством я понял, что тот, кто поменьше это женщина. Они посмотрели друг на друга, потом старший кивнул, и они сели на другое поваленное дерево. И стали смотреть на меня. Я понял — они меня изучают. Как, каким образом они это делают, я не понял. Но разобрался почти сразу — они решают, что со мной делать. Насколько я им нужен, даже не им, а лесу. До меня стало доходить — это лесные люди. Не снежные человеки, а люди, которые живут в лесу. И живут сами по себе. И понятно, что они рассуждают с точки зрения целесообразности всего, что встречают на своем пути. Полезно, не полезно, нужно, не нужно.
 
Я можно сказать видел, как мужчина стоит перед выбором нескольких вариантов действий. Он мог оставить меня в покое, мог убить меня сразу, мог взять с собой, чтобы показать шаману. Хотя я тут же заметил оговорку, что мне не выдержать дорогу.
Я сидел и молчал. Решалась моя судьба. Вдруг я понял, мужчина выбрал вариант. Не в мою пользу. Женщина стала уже чисто практически оглядывать мою одежду, смотреть на мой короб.
Можно сказать, что я начал прощаться с жизнью. Да нет, мне, конечно хотелось жить, но вот внутри себя я уже не верил, что все будет хорошо.
Который раз в своей жизни я думал о смерти. Нелепость ее в который раз поражала меня. Как же так? Что-то случится и не будет меня. А как же мир будет без меня? Что будет дальше?
Мужчина начал подниматься с дерева и неожиданно замер. Он смотрел на что-то выше меня. Я поднял голову и увидел, что надо мной вьется поползень. Неужели тот самый. Птичка летала кругами надо мной и что-то кричала.
Мужчина снова сел на дерево и остановил рукой свою женщину, которая хотела взять мой короб. Он снова посмотрел в мои глаза, опять у меня все внутри замерло, потом он отвел взгляд в сторону и шумно вздохнул.
Скорее всего для него появились новые вводные. И он решил по-другому.
Поползень тем временем уселся на ветку надо мной и стал поглядывать на нашу троицу.
Странная пара встала, и мужчина показал рукой влево. Я понял, мне туда. Я сидя склонил голову в знак благодарности. Мужчина посмотрел на поползня и отвернулся. Он пошагал в другую сторону, за ним шла его женщина. Тихо и бесшумно они скрылись за деревьями. Я встал и определился куда мне идти. Поползень тем временем куда-то пропал.
Я шел в сторону дома и размышлял. А кто это были такие? Понятно, что это лесные люди, но кто они. Они не произнесли ни слова. Но как-то они поговорили между собой. Опять же поползень. Он-то какую роль сыграл в этой ситуации? Неужели они его послушали, и не стали меня трогать. А ведь я понимал, что они решали мою судьбу. И если бы не поползень, то лежал бы сейчас где-нибудь в кустах и глодали бы мои косточки лисы, да волки.
Много всяких вопросов было в голове, я старался отогнать их. Все равно пока ответов на них не было. А сейчас у меня была одна задача — добраться до дома.
Примерно через полтора часа вышло из-за туч солнце, и я сориентировался. Лесной человек правильно указал мне направление. Уже к вечеру я добрался до избушки. Когда я вошел, старик проснулся и испытующе смотрел на меня. Я решал, рассказать ему о встрече или нет. Наверно придется.
Сейчас мне уже казалось, что от старика осталось не так много. Его сознание изменилось, недаром он казался мне чужим. Будто что-то вошло в него, сидело в нем и наблюдало за миром. Чужой был в нем. И не факт, что он был лоялен к людям. Хотя кто его знает? Но противостоять старику я не хотел.
Дед меня встретил как всегда неласково. Он посетовал на то, что меня долго не было. Я попытался что-то объяснить, но он не стал слушать. Но когда я упомянул о двух странных людях, он подвинулся ко мне и начал расспрашивать.
Я подробно рассказал ему, не забыв упомянуть о том, что почувствовал, как меня собирались убрать. Дед в это время хмыкнул. Потом я сказал, что меня спас его друг поползень. Дед рассмеялся, что с ним случалось крайне редко.
— Понравился ты ему. Не думал, конечно. А может он увидел в тебе, то, что я не заметил, — рассуждал старик.
Я ждал, что он будет мне объяснять кто это такие, но на эту тему он начал говорить только на следующий день.