Тревожная командировка 2 (СИ)
Вроде бы все обдумали, распределили, пора действовать.
Мы на переговорном. Заказали номер, который был зашифрован в телеграмме и стали ждать. Я приготовил беруши. Через десять минут нас вызвали в шестую кабинку. Я шел и до меня доходило — а если кодированная фраза была в телеграмме? Что тогда? Конечно, я ничего не сказал Томе.
Я воткнул в уши беруши и по команде Томы взял трубку телефона. Она уже приготовила блокнот и ручку. Я сказал, — алло! По жесту Томы я понял, что меня услышали и начали говорит. Как жалко, что я не умею читать по губам. Но, однако я понял, что Тома сказала, — это Шура!
Начался разговор. Время от времени Тома давала мне команду, и я то угукал, соглашаясь, то говорил да. Мы заранее с ней договорились какие жесты что будут означать.
Тома быстро записывала в блокноте весь разговор. При этом она иногда поглядывала на меня. Я, однако, не мог понять ее чувства. Прошло десять минут, и разговор закончился. Тома стала задумчивой. Она спрятала блокнот в свою сумку и вышла из кабинки. Я следом за ней.
Всю дорогу до дому Тома молчала. Она обдумывала разговор. А я терялся в догадках.
Когда пришли в квартиру, которую снимали, Тома села на кухне и стала обрабатывать свои записи. Я лег на продавленный диван и под бормотание телевизора задремал. Прошло не знаю сколько времени. Из сна меня выдернуло что-то непонятное. Я открыл глаза. В дверях стояла Тома и серьезно и озабоченно смотрела на меня.
Я резко сел и сказал, — ну!
Тома села рядом, так что я не мог видеть, что у нее написано в блокноте. И начала говорить.
Она рассказала, что Шура передавала все быстро, видно было, что торопится. Все получилось так, как они не ожидали. Бункер накрыли быстро и неожиданно. Шура и Глеб в это время были в Свердловске. Когда они приехали и хотели пройти к бункеру, они поняли, что не получится.
Через своих людей Шура узнала, что бункер был взорван. И ничего, никакого оборудования в целости не осталось. Они с Глебом разошлись во мнениях, что делать дальше. Глеб уехал в Москву, а Шура ожидала разговора с мной. Она передала данные для связи, и сказала, что связаться сможет только через год. Она уезжает из Свердловска и где-то затаится на год.
Я слушал Тому и думал. Все сработало, как я и планировал. На какое-то время от нас с Томой отстанут. Но отстанут мои, а вот Томины коллеги, напротив, будут искать нас. Половина задачи решена, осталась другая половина. Надо подумать. И крепко подумать.
Деньги у нас есть, и не только на первое время. Двадцать одна тысяча рублей. Это большие деньги.
Я посадил Тому на диван, сам сел напротив и начал разговор. Вначале у меня были сильные сомнения. Я начал издалека, хотя и понимал, что Тома умная женщина и скорее всего всё поняла. Но по-другому я не мог.
— Тома, мне нужно с тобой серьезно поговорить.
Тома улыбнулась, — я внимательно слушаю.
— Тома. Связи у меня с моей Родиной нет. И в ближайшем будущем не предвидится. Поэтому я остаюсь здесь. У тебя же есть право выбора. Ты можешь вернуться в свой мир.
Я смотрел на Тому и ждал. Она глядела на меня, и, мне казалось, в ее глазах было что-то от моей мамы. Она так же смотрела на меня, когда я говорил глупости.
Я ждал. Тома молчала. Я начал нервничать. Мы мужчины прямолинейны. Если задали вопрос, то ждем прямого ответа на него.
Тома встала с дивана, мне показалось, что она обиделась и сейчас уйдет. Но она подошла ко мне и села на колени. Она обняла меня и стала шептать мне на ухо, — милый, милый смешной дуралей. Конечно, я остаюсь с тобой. Куда же я без тебя.
Я обнял Тому и сейчас почувствовал сильно, сильно, как она мне дорога. Я готов защищать ее всегда и во всем.
В меня вливалась энергия, нужно было дать ей выход. Я пересадил Тому на диван и достал листок бумаги и ручку.
— Так, первый вопрос — куда мы едем? Второй — нам надо пожениться. Третий — определиться, как долго мы будем скрываться. Четвертый — мне нужно увидеться с моим дедом-шаманом. Он меня давно вызывает. Как бы чего не случилось с ним?
Тома проявляла деловитость, и это мне в ней нравилось. Когда мы вдвоем чего-нибудь делали, то это получалось у нас легко и быстро.
Она сказала, что можно купить квартиру или дом где-нибудь. И там пока жить. Обязательно съездить к деду.
Дальше мы стали разрабатывать план и просидели весь вечер. Все следующее утро мы собирались. Я сходил получил деньги в сберкассе, закрыл одну сберкнижку. Тома вместе со мной прошлась по магазинам, и мы набрали одежды, других товаров. И все это отправили по железной дороге в Хабаровск.
Наша задача была — сначала добраться до Новосибирска. Электричками ехать не хотелось. А поездом было страшновато. То, что бункер разрушен совсем не означало, что за нами больше не будут следить.
Мы взяли купе до Новосибирска. Выкупили все четыре места. В поезд садились за пять минут до отхода. Хорошо, что Тома была в брюках, потому что подниматься в платье на высокую подножку было бы неудобно. Дело в том, что мы вошли в вагон, с другой стороны, от перрона. У меня был ключ от дверей. Им я открыл тамбур, и мы быстренько поднялись. Прошли по вагону и зашли в наше купе. И стали ждать проводника. Багажа у нас было всего две сумки.
Через десять минут после отправления дверь в купе открылась, и вошла женщина проводник. В коридоре в этот момент промелькнула подозрительная физиономия. Она быстро окинула взглядом купе и удалилась. Я глубоко вздохнул, опять слежка. Сколько можно?
После того, как проводник проверила билеты, я сказал Томе чтобы никуда без меня не выходила. Она поняла меня. И покачала головой.
Я сидел и прикидывал, что делать. Сойти на ближайшей станции? Не вариант. Все равно слежка не прекратится. Применить крайние меры? Не годится. Ладно, что-нибудь придумаем.
Тома сидела читала журнал. Я навалился на спинку и задремал. Мне стал сниться какой-то странный сон. Я смотрел на проходящие древние войска. Мимо меня проходила конница, вооруженная копьями, за ними шли пешие воины с мечами и щитами. Потом картина сменилась, и передо мной появился мой дед-шаман. Он медленно раскрыл рот и что-то говорил. Я же ничего не слышал. Вдруг послышался громкий хлопок, и в уши мне ворвался голос деда. Он кричал, — ты слышишь меня? Слышишь?
Я ответил, что слышу. Дед начал говорить, что ему нужна моя помощь. Ему надо на Синюю гору, но без меня он не может туда попасть. Я согласился ему помочь. Наверно он что-то понял, потому что начал спрашивать у меня, что случилось. Я рассказал ему, что за нами следят. Тогда он мне рассказал, что можно сделать в этом случае. Я внимательно выслушал его и постарался всё запомнить. Во сне я нисколько не сомневался, что всё получится.
Я открыл глаза и стал вспоминать свой сон. Всё увиденное, особенно совет деда-шамана, показалось мне ерундой.
Тома смотрела на меня и видела, как я что-то раздумываю, но тактично не вмешивалась. Раз я взялся за это дело, то я и закончу его.
Шло время, и то, что мне сказал дед, начало обретать смысл. А ведь это может сработать. Я посвятил Тому в свой план, она задумалась, потом кивнула, — давай попробуем!
Ближайшим городом была Тюмень. Там была большая стоянка. Я заранее сказал проводничке, что мы хотим кое-что купить в магазинах, поэтому пусть нас не теряют, и попросил ее закрыть наше купе.
Время близилось к обеду. Поезд остановился и люди стали выходить из вагонов. Мы Томой, подхватив сумку, поспешили за людьми. Вдохнув воздух, все-таки в вагоне было душно, мы направились ко входу в вокзал. Одеты мы были так, будто мы сошли с поезда и сейчас собираемся куда-то уехать.
Я осторожно оглядывался и не видел нашу слежку. Неужели я ошибся? Да нет! Вот и они. Два молодых человека лет около тридцати, одетые в светлые ветровки и джинсы следовали за нами. Ну что — это хорошо. Хотя некоторый мандраж все-таки был. Сработает ли метод деда-шамана?
Мы вышли из вокзала и пошли на привокзальную площадь. С правой стороны была автобусная остановка. Там стояла толпа. Все хотели быстрее уехать. По пути я незаметно оглянулся и увидел, что наши преследователи спешат за нами. Мы же шли с сумкой так, как будто хотели сбежать. Мы преувеличенно оглядывались по сторонам, но я Тому предупредил, чтобы она не смотрела на наших ребят.