Паутина миров. Славия. Книга 3. Отступник

И в этом крылась как невиданная доселе свобода, так и главная опасность. Хотя теперь мне не нужно скрывать истинного отношения к демонам и всему, что они творят, называя это порядком и законом. Но и у них больше не будет сдерживающих факторов. Теперь с полной уверенностью можно говорить, что даже потеря глаза Они не остановит их от моего полного уничтожения. А значит, нужно настраиваться, что все слуги Империи – мои враги.
Вот только в это число входили и Хикару, и Ксиулан, и Василиса. Да что там, даже едущие рядом со мной на телеге Макграг и Эва! Ведь у них-то интерфейс остался от Длани, они сейчас должно быть сопротивляются из последних сил. Или нет? Вот рядом идет посол Леса кошмаров. И у него никаких проблем с борьбой против Энмиры не возникало. Значит, можно как-то решить эту проблему, не прибегая к насилию.
– Жадлбор, скажи, а у тебя есть интерфейс? – спросил я напрямую, не став лукавить.
– Он есть у всех поклонников Вечной матери, – пожал плечами эльф, – хоть и разный по своим возможностям. Лишь безбожники да идолопоклонники обделены. Поэтому среди народов Славии так мало магов, у них тут даже название для этого свое есть – волхвы. Дикари, что поделать. Правда, в Империи давно уже научились создавать, изменять и передавать заклятья. У нас же они всю жизнь остаются теми, которые мы получили с благословения. Зато наша магия Жизни гораздо сильнее. Вы это можете видеть на наших изгоях – джиннах.
Сильные заклятья при узкой специализации или большой выбор, но гораздо слабее? Так себе выбор, если честно. К тому же ни у одного из эльфов не было того, что есть у меня – эссенции всех трех видов. Впрочем, я к их народу теперь только по формальному признаку мог относиться – всего пять процентов эльфа во мне осталось. Ни людского, ни дварфийского источника.
Открыв собственные параметры, я убедился, что информация, приведенная Черным стражем в последний раз, ничуть не изменилась – все осталось, как при Длани. На тех же самых местах и в том же количестве. Разве что описания чуть сменились, да на вновь появившейся миникарте города Империи считались враждебными. Но рассмотреть подробнее открывшуюся за время путешествия зону мне не удалось – мы уже прибыли к общему дому, и встречали нас совсем не цветами и фанфарами.
 
Глава 2
 
Нас завезли прямо в ворота общего дома, и только ближе к залу Гордыни пришлось идти пешком. Акташа оставлять совершенно не хотелось, но он был не в состоянии двигаться, как и Трорин. Так что, поручив их защиту Макграгу и Эве, я отправился на совет эльфов один. Я должен был стать свидетелем, просто одним из участников, но обернулось все иначе.
– От имени рода Мункинборов я против принятия этого чудовища в наши ряды! – крикнул возмущенно богато одетый вельможа. – Где это видано, чтобы напавшая на нас армия становилась нашей частью? А то, что он предал в последний момент свою госпожу и повелительницу, нисколько не оправдывает его, совершенно наоборот! Предавший единожды – становится таким навсегда, ему нет и не может быть веры!
– Правильно! Он подло убил князя! – тут же поддержали его несколько эльфов. Подняв руку, Молох попросил о тишине, но еще несколько секунд крики продолжались, пока рядом с отцом не встала дочь. Если не можешь решить вопрос миром – реши силой. Стоило Малуше провести взглядом по толпе, как злые языки тут же заткнулись. Джинн. Стихийный маг необузданной дикой силы, перекладывающий плату на других. Живой, здоровый, сильный, а главное – повзрослевший.
– Я понимаю, – ухмыльнулся Мал, – время сейчас непростое. И тех, кто хочет уйти, из совета, из города, подальше от потрясений – не удерживаю. Уверен, Алинель нуждается в вас. Вы сказали, что Добрыня сразил сместившего меня князя. И это верно. Да, это был не поединок. Но ведь сражение шло не один на один, а в такой свалке не ударить в спину – даже не всегда возможно. Главное в нем победа. Желательно, конечно, малокровная и честная. Но тут уж как повезет.
Кроме того, как верно заметил Жадлбор, баронство Сабора он получил законно, от самого принца Алинеля, я же своим указом как владетель тех земель так же отдаю их Добрыне. Теперь ни у кого из вас не должно быть сомнений, права подтверждены дважды и не будут оспорены. Надеюсь, больше ни у кого нет вопросов по поводу статуса?
 
– Как граф Империи может стать бароном эльфов? Где это слыхано?
– Не думал, что мне придется обвинять одного из братьев в плохой памяти, – улыбнулся Молох, – однако не раз и не два даже демоны становились дворянами Сидонеля и Сиренеля. Да, в Алинеле таких случаев не было. Ну так он и не демон. Более того. Пока я не готов определить сторону, на которой выступит княжество древлян, однако с данного момента официальной религией становится поклонение Святогору. Тишина!
Мы не отказываемся от вечной матери. Митсуне всегда будет в наших сердцах и умах. Но спорить с тем, что она лишь сохранила тонкую полоску северных лесов, в то время как под покровительством Святогора эльфы Силерантила были величайшей империей, считаю, никто не станет. Наша цель не только выживание, но и возврат к прошлой силе и славе. А это невозможно без сильного предводителя, которым является воскресший бог.
– Ты, князь, меняешь тысячи лет спокойствия на войну всех против всех, – крикнула какая-то дворянка с передних рядов, – а как же наши дети? Борьба с демонами – это дело не одной сотни лет, что будет с ними?
– Вы, глубокоуважаемая, говорите о сотнях лет. Я же говорю о тысячах! – осадил ее князь. – Уже сейчас Империя начала продвигаться вперед. Больше тысячи лет свободная Славия держалась, но сейчас стала новым плацдармом для испытания смертоубийственных устройств. Паровые речные корабли, самоходные механизмы и доспехи. Маги, поднимающие мертвых и обращающие их против семьи и родных. Вот чем грозит нам Империя. И если наше княжество не остановит их – дальше они волной накатятся на Алинель.
– В Лесу кошмаров только этого и ждут, – усмехнулся Мункинбор, – столетиями мы готовились к этой войне. Боевые жуки, хищные растения, энты и древни – все на нашей стороне! Даже младшие драконы! Ни одна армия не сможет зайти на территорию правления Вечной матери! А если и зайдет – то ни один их воин не выйдет. Эльфы непобедимы!
– Так же, как был непобедим ваш князь? – спросил я громко, не сдержав усмешки. – Долго он выращивал своего боевого Энта? Десять лет? Сто? И с ним справился единственный паровой доспех, собранный на мануфактурах дварфов в городе мастеров. А сколько их, по-вашему, у Империи? Когда они придут, лес окрасится в черный от живых мертвецов и железа.
– Сразу виден сторонник проклятой Длани, – вспыхнул вельможа. – Им нас не одолеть! Сейчас из города сбежали женщины и дети, да и подлая уловка с горящими птицами посеяла панику. Если бы не это – мы бы выстояли и отбили стену!
– Бу-га-га, – не сдержавшись, я заржал во весь голос, было чертовски больно, но сил терпеть такое отношение не было, – ой, простите. Не хочу никого обидеть. Но вы спасли своих родных не зря. Не сумей я поймать момент и прикончить одним заклятьем обоих супругов – крепость уже пала бы. А самые целые и крепкие из вас пополнили бы армию марионеток.
– Это лишь домыслы! – возмущенно крикнула женщина рядом с эльфом.
– Верно, – согласился я, – а вот вам факты. Энмира и Райни Хикент не были демонами. Лишь очень сильными магами Души. По призванию, а не по рождению. В Империи же сотни демонов. Тех, кто такие фокусы может исполнять просто силой собственной магии – десятки. Армия из нескольких тысяч марионеток – вполне реальная угроза. Как и магистры, способные с помощью Власти заставить любого, имеющего черную эссенцию, убить себя на месте.
Добавьте к ним тысячи обученных стрелков со свинцеплюями и мортирками. А потом паровые танки – огромные машины разрушения из стали. Корабли, которые могут плыть против ветра быстрее любого суденышка, под парусом плывущего по ветру. Боевые дирижабли, с высоты облаков сбрасывающие бочки с горящим маслом и бомбарды. Для того чтобы остановить такую армаду, будет явно недостаточно обычного войска.