(не) идеальная пара (СИ)

Забрал я у Алексии трубку, в общем.
— Здравствуй, мама, — поздоровался со всей возможной серьезностью. — Я тоже очень рад, что мы с тобой наконец породнились. Я же могу тебя называть мамой?
В доме Верховного должно быть вазы опять закончились, потому что на этот раз разбилось что-то куда громче и крупнее.
— Я его всё-таки пришибу! — зло прошипела Ярослава, обратившись явно не ко мне, а к своему мужу.
— Боюсь, сейчас не получится, — деланно расстроился я. — С некоторых пор мои границы закрыты на въезд и выезд. Ну чтоб твоя дочка от счастья не решила со всем миром поделиться этим своим счастьем и всё такое. Но так и быть, я сам её привезу через девять месяцев.
Алексия закатила глаза и снова меня локтем в бок пихнула.
А я что? Не виноват я, что белая волчица так ярко реагирует на мои подначки. Как тут удержаться?
Ответом стал хлопок двери и громкий смех Верховного.
— Доведёшь ты её, она точно в тебя в следующий раз далеко не вазой или статуэткой запустит, — добавил он, чуть успокоившись.
Сказал тот, кто сам же первый её раздраконил.
— Выживать после попадания в него куда более острых и смертельных предметов он уже научился, — проворчала Алексия.
И снова Ян хохотал. Да и я сам заулыбался шире прежнего.
— И за что ты его так? — уточнил немного погодя.
Моя пара виновато улыбнулась.
— Психанула, — не стала вдаваться в подробности.
— Моя девочка! — произнёс собеседник с нескрываемой гордостью.
— Испугалась, — поправил как бы между прочим.
— Испугалась я потом, когда поняла, что ты всё ещё жив, — хмыкнула она встречно.
— Так это ты так испугалась? А мне казалось, это был… — тут мне банально заткнули рот ладошкой, судя по всему тоже вспомнив что было потом, когда я её догнал. — …уже совсем не испуг, — закончил беззвучно, глядя на девушку, не скрывая веселья.
Та сделала вид, будто не заметила, отбирая у меня телефон.
— Рада тебя слышать, — произнесла для отца.
— И я, карамелька моя, и я, — отозвался тот со всей теплотой в голосе. — По поводу матери не волнуйся, скоро отойдёт и сама позвонит, — хмыкнул.
— Угу, я знаю, — улыбнулась Алексия. — Как вы? У вас всё хорошо?
— А есть какие-то сомнения? — удивился Верховный. — Хотя Маргарет, — принялся жаловаться на свою третью по старшинству дочку, — снова бегала на свиданку к своему человечку, — наигранно тяжко вздохнул. — Пришлось того срочно высылать из страны в бессрочную командировку, теперь будет работать на благо российских кланов. В остальном всё тихо и спокойно.
Я понимающе и согласно хмыкнул на такое изящное решение проблемы, Алексия кивнула, словно собеседник мог увидеть.
— А брат? — произнесла тихо.
Явно за помощь ей переживала.
— А что он? — повторно удивился мужчина. — Десять плетей получил, пообещал больше так не поступать с родителями и сёстрами, живёт дальше.
Не знай я этого волка, по мрачному тону решил бы, что он и правда так поступил с сыном. А вот Алексия поверила.
— Папа, млин!
— Да, папа, — поддержал свою пару, приобняв за плечи. — Вы б думали, когда и с кем так шутить. Ваша дочь точно родит с вами раньше времени!
Настала очередь О’Двайера возмущаться.
— Чего?! Какие ещё роды? Александр!
— Такие, которые должны случиться только через девять месяцев, — ответил невозмутимо.
А нечего так пугать мою пару!
Шуточки у него блин! Дебильные! Пусть получает ответные тогда. Мои, кстати, моя пара тоже не особо оценила. Призадумалась. Да и вообще подозрительно притихла.
— Надеюсь, это шутка такая, — мрачно возразил Ян.
— Как знать, как знать… — протянул многозначительно, подмигнув Алексии, чтобы та не принимала мои слова за реальность.
Чёрная волчица моментально расслабилась, обняла обеими руками и прижалась щекой к груди, одарив нежной улыбкой.
— Александр! — послышался рык чёрного волка, но я не обратил на это никакого внимания, вся моя суть сосредоточилась на близости самой любимой и желанной, что так доверчиво искала во мне поддержку.
Звонок я сбросил, даже не став переубеждать Верховного. Пусть пострадает, ему полезно. Сосредоточился на Алексии.
 
В окно лился солнечный свет, целуя округлое личико с чуть заострённым подбородком своими лучами, наполняя его обладательницу каким-то особенным внутренним сиянием, придавая нереальный и загадочный вид. Будто и правда дочь Небес спустилась, так неаккуратно попав в мои руки.
— Если к утру твои границы будут взломаны, сам виноват, — меланхолично протянула она, обнимая крепче, и прикрыла глаза, глубоко втягивая в себя кислород.
— Не взломает, — ответил бездумно, все ещё поглощённый мыслями о том, насколько прекрасна моя жена в свете палящего солнца. — Не станет он себе смертный приговор подписывать из-за такой глупости, — добавил куда более осознанно, предварительно одарив себя ментальным пинком.
— Позвоню ему ещё раз, когда домой вернёмся, — по-своему расценила Алексия. — И маме.
— Позвони, — усмехнулся. — Лучше сперва маме. Заодно поинтересуйся, не пора ли ей грушу боксёрскую обновлять. Если что, я отправлю, — помолчал и дополнил: — Почтой России.
Не знаю, почему её все считают медлительной, но шутка вышла в тему, вот и употребил.
— Себя отправишь? — ответно усмехнулась собеседница. — Тогда ей точно понравится, судя по вашему общению.
— Если верить русским, то через почту России ей уже только хладный труп в моём лице придёт. Вряд ли твоя мать оценит такой подарочек. Да и нам с тобой ещё дочку делать в будущем, если помнишь. Так что нет. Хватит с твоей матери и обычной боксёрской.
Алексия чуть отстранилась, заглядывая мне в лицо, и слегка прищурилась, смерив меня оценивающим взором.
— Если хочешь дочку, придётся договариваться. Снова, — сообщила деловито.
— Подкалывать твою мать не прекращу, учти! — постановил шутливым ультиматумом. — Ей тогда жить скучно станет.
— Тогда предлагай свои варианты, — отозвалась она встречно.
Думал я не долго.
— Так и быть работать над дочкой будем в твоих любимых позах!
В отличие от меня размышляла Алексия куда дольше.
— Я ещё не все их испробовала, чтобы определиться, какие именно мои любимые…
— Вот поэтому и не будет у нас пока ни дочки, ни сыночка. Слишком многому тебя прежде нужно научить, — поцеловал её в кончик носа.
Она смешно поморщилась.
— Да? И насколько многому? — заинтересовалась.
— Очень. Очень многому, — шепнул на ушко, склонившись ниже, оплетая своими руками и прижимая бёдрами к столу.
Моя пара гулко сглотнула, а ритм её сердцебиения заметно ускорился. И ещё больше, когда моя рука принялась задирать подол платья.
О том, что мы вроде как не одни в зале, как-то враз позабылось. Они всё равно на другом его конце, а моя пара здесь, так близко рядом и так сладко пахнет, что моя крыша потихоньку начинала съезжать, склоняя все мысли в одну сторону.
— И когда начнём? — спросила едва слышно, явно не нуждаясь в ответе, подавшись бёдрами мне навстречу. — Обещаю, буду прилежной ученицей…
— Идеальная женщина! — выдохнул, впиваясь в приоткрытые и маняще влажные губы.
Такие мягкие, сочные и сладкие, как самый спелый фрукт. Упоительно. Не целовал их, истязал, наслаждаясь незабываемым вкусом, каждым моментом и откликом желанного тела, его дрожью и податливостью. Я не наврал, когда сравнил её с жаром пустыни. Она куда горячее любой из них. Опаляет не хуже огня, на который так бездумно слетаются ночные мотыльки. Я — один из них. Но самый несгораемый. Впитываю в себя этот жар, пропускаю через себя, загораюсь сам и растворяюсь в этом смертельно-оргазменном мгновении.
И…
— Кхм… — послышался рядом докучливый голос. — Алекс, я бы…
Хотел стать лётчиком.
И стал.
Вдарил, не глядя, действительно отправляя помеху в короткий полёт через весь зал.
И только потом понял, что натворил.
Твою мать!
Уткнулся лбом в плечо своей жены, призывая себя к спокойствию и вынуждая дышать ровнее. Получалось откровенно плохо. Слишком сладко пахла Алексия, не позволяя мне уцепиться за разумные доводы. Было желание схватить и утащить её домой, наплевав на всё, но новый возглас уже от Хании вынудил повременить с исполнением своих грёз. И понять, кого я так красиво записал в летуны.