(не) идеальная пара (СИ)

— Твой сын пошёл за моей дочерью, — закончил я за него с тем же самым вздохом.
Судя по тому, как Рязанов болезненно поморщился, слово в слово про Кирилла я попал.
— Она его пара, — добавил Демьян, глядя застывшим взглядом на проезжающий мимо нас пейзаж.
Едва не задохнулся. Какая ещё нахрен пара? Что ещё за идиотские шутки?
— И до твоей пары, очевидно, это дошло раньше, чем до тебя, — добил меня старший из Рязановых.
— Можно подумать, ты прям в курсе был! — съязвил на эмоциях, всё ещё не переварив такую чудную новость, что моя четырнадцатилетняя дочь уже с кем-то повязана.
Да как так-то?!
— Я всё надеялся, что обойдётся, — недовольно покосился собеседник на Демьяна, который на нас по-прежнему не смотрел, сосредоточившись на пейзаже за окном.
— Надеялся он, — вновь скривился я.
— Что поделать, Ярослава вон тоже до самого конца также на свою дочь надеялась… — невозмутимо отозвался серый волк.
Пропустил намёк мимо ушей. Другая мысль посетила.
— Хотя бы до шестнадцати её дотерпит? — спросил убитым голосом, уже ни на что хорошее не надеясь в этом плане.
Одно дело, когда ты с рождения пары терпишь, привыкаешь к этому даже, и другое — когда вот так внезапно, да ещё если создание привязки выпадает на переходный возраст волчицы, при котором количество испускаемых ею феромонов и без того возрастает в десятки раз, а уж в отношении собственной пары — во все сотни. Кирилл ещё молодцом держится в таком случае. Просто настоящий герой. Хотя легче от этого не стало. Вот и ответное молчание Рязанова подтверждало мои выводы.
— Можно я его тогда просто сразу убью, чтоб никто не мучился? — задал риторический вопрос.
— Аврора расстроится, — покачал головой глава серых волков.
В очередной раз вздохнул и порадовался, что мы наконец приехали куда надо.
Здание клиники, в которой лежал Амин, располагалось у прибрежной полосы, а вид на океан вселял умиротворение и располагал к скорейшему выздоровлению, не говоря уже о высококлассном рабочем персонале.
Стоило переступить порог медицинского заведения, как к нам тут же подошла администратор. Она с улыбкой собралась уже нас поприветствовать, но я оборвал.
— К Амину отведи.
Не до расшаркиваний.
Девушка понятливо кивнула и без слов повела, куда сказано.
Не то, чтоб я не знал пути, но волку моего статуса не положено ходить где-то одному без сопровождения.
Палата дяди больше походила на номер люкс. Даже гостиная имелась. В ней у окна в кресле с полуголой девицей на руках из числа медсестёр и нашелся наш болезный.
— Наслаждаешься отдыхом, дядя? А мы вот работаем не покладая рук. Может и ты тоже поможешь уже наконец?
Да, ни разу не почтительно, учитывая его возраст и возможности, но чем дольше времени проходило, тем хуже становилось моя выдержка. Особенно, после всяких ненужных признаний от некоторых волчат.
Амин моё состояние, конечно же, уловил, весь подобрался. Девицу спровадил. Та, вместе с нашей сопровождающей, покинула палату.
— Что случилось? — переключил внимание на меня, как только дверь закрылась, и мы остались вчетвером. — Я думал, ты там вовсю свадьбу празднуешь.
— То есть о свадьбе ты в курсе, а чем она закончилась доложить ещё не успели? — уселся напротив него в кресло. — Так я тебе подскажу: мою пару и дочь похитили, а с ними заодно и Кирилла с Ахимом. И Селену мы до сих пор не нашли. Зато обнаружилось это, — бросил ему монету.
Тот поймал, не глядя. Ещё с некоторое время всматривался в мои глаза, и только спустя секунд пять перевёл внимание на золотой круг. Одного взгляда хватило, чтобы у него в голове тоже сложилась правильная картина происходящего.
— Свержение, — только и сказал.
— Свержение, — повторил за ним. — Но очень странное. Судя по действиям моего брата, не он этим всем заправляет, и на моё место явно не стремится, иначе давно убил бы, возможностей была куча. А ещё моё ранение… Я знаю, что Ахим всем сообщил, якобы я попал в аварию на байке, но на деле… Это была мама, Амин. Моя мать в меня выпустила шесть пуль и оставила истекать кровью.
 
Кажется, Амину впервые на моей памяти изменила выдержка.
— Это невозможно, — произнёс он одними губами, вновь уставившись на монету. — Невозможно, Алекс, — повторил. — Никто не любил тебя так, как Лейла. Я видел, какой счастливой она была, когда только узнала о беременности тобой. И когда ты родился. Она боготворила тебя.
— Может когда-то так и было, но не теперь, — отвернулся к окну, чтобы не видеть пронзительных взглядов присутствующих. — Я видел её, как тебя сейчас вижу, Амин. Это была она. Без всяких сомнений. Ну, или же мне всё привиделось и до сих пор видится. И… ты видел Демона. Ты чуял в нём свою кровь. Кто знает, что произошло с ней и отцом за эти годы?
— Бред какой-то, — не спешил верить дядя, тряхнув головой.
Бред, кто ж спорит. И в тоже время это куда больше похоже на правду, чем все наши ранние домыслы.
— Бред или нет, лично мне похер. Мы тут не делиться жизненными страданиями явились, — обозначил прежде хранящий молчание альфа клана серых волков. — Как вся эта хрень поможет определить, где мои дети?
— Герб на этой монете, — перехватил кругляш удобнее, чтобы мы тоже видели выбитый на ней рисунок перекрещённых саблей на фоне оскаленной морды волка. — Давно уничтоженный клан Эз-Захира.
— Мы там были, когда близнецов забрали, чтоб потом совершить обмен. Там нет нихрена. Одни пески.
— Вы просто не там искали, — мягко улыбнулся Амин, вернув себе привычный сахарно-любезный тон общения, который так бесит Романа.
Неудивительно, что альфу серых волков моментально перекосило. И вроде Авроры рядом нет, не из-за кого ругаться, а всё одно. Как дети малые, ей-богу.
— И где надо?
Амин нахмурился.
— Как вы знаете, когда-то давно, ещё в средневековье, волки жили более обособленно от людей, и по куда строжайшим законам, — завёл очередную сказку, и я едва удержался, чтобы не схватить его за грудки и не встряхнуть.
Не было у нас времени на эти его байки!
Но когда дядю это останавливало?
Вот и сейчас, пришлось молчать и слушать.
— Вот только вместо убийства себе подобных при преступлении закона их ссылали, скажем так, в тюрьму строгого режима, — рассказывал он. — Тюрьму эту построили на славу, в неё не так просто попасть, а уж сбежать и того сложнее. Законы менялись, и со временем она стала ненужной, про неё забыли. Пока клан Эз-Захира не откопал её обратно, сделав из неё свою резиденцию. Она находится в самом центре эмирата, — сделал паузу и добавил: — Под землёй, — поднялся на ноги. — Я проведу, — постановил итогом. — Но для начала нам нужно подготовиться. Потому что, если наши враги и правда засели именно там, то подступы к ней охраняются наверняка максимально усиленно, так что невидимыми мы не останемся. Придётся стучаться и входить как гости. Нужна группа поддержки из тех, кто прикроет наше отступление. Если мы вообще оттуда выберемся, — закончил с усмешкой, посмотрев в окно. — Хороший день, чтобы умереть, как считаете?
Понятно, у нас будет только одна попытка. Не лучший расклад, но и не из такого дерьма выбирались. И в этот раз что-нибудь придумаем.
— А пораньше ты про это место вспомнить не мог? — съязвил Рязанов, очевидно, тоже задолбавшийся слушать столь развёрнутое повествование. — Например, ещё в тот момент, когда твой второй психованный племянник мою дочь забрал? Склеротик… — поморщился. — Серые волки прикроют, — добавил скупо.
— Рязанов, если ты думаешь, что я специально промолчал, то в целом прав, — не стал отрицать свой косяк дядя. — Потому что мне и в голову не могло прийти, что кто-то ещё не только о ней знает, но и решит воспользоваться. Это гробница. В лучшем случае для наших врагов. В неё легко попасть, а вот выбраться… Если кто-то из них нажмёт кнопку самоуничтожения, считай, мы все покойники. Ни один нормальный оборотень не станет запирать себя в могиле добровольно. Так что — да, я не думал о том, что твою дочь увезли именно туда. Я и сейчас не уверен, если хочешь знать. Мало ли, как эта монета оказалась в том месте. Может её просто случайно кто-то выронил, и она вообще не имеет к нашему делу никакого отношения.