Укротить Генерального (СИ)

— То есть, ты предлагаешь мне роль содержанки.
— Разве плохо, что я даю тебе гарантии безбедной жизни? Мужчина должен обеспечивать достойный уровень для женщины. Я способен на многое.
Секс. Секс. Секс…
Секси и деньги.
Все крутилось только вокруг этого.
Завтра Мерзликин найдет себе девушку помоложе, с большей изюминкой, чем у меня, и плакало все то, что он мне предлагает.
К тому же его признания меркли на фоне тех, что я уже слышала однажды…
На миг мне показалось, будто Мерзликин превзошел Кирилла. Во многом…
Но теперь я поняла: нет, не превзошел. Просто показалось…
Тень моего мужа все еще осталась во мне. Его слова, прикосновения, смысл, который он придавал даже самой пошлой идее, все это до сих пор во мне.
— Пожалуй, вы были правы, Гордей Иванович. От предложения должности генерального директора компании, которой я отдала несколько лет своей жизни, действительно, невозможно отказаться.
— Значит, ты согласна?
Мерзликин шагнул ко мне.
— Но я согласна только на это! — осадила его, скрестив руки под грудью. — Вторая часть предложения меня не интересует. Я не намерена быть содержанкой. И если вы предложили мне должность только потому, что я дала себя трахнуть в задницу, то я и от первого предложения откажусь. Хоть это и кажется невозможным… Поэтому мы сделаем так. Если вам действительно небезынтересна судьба фирмы, я согласна занять должность директора. Но при этом вы забываете о своем предложении сделать меня содержанкой и больше никогда — ни словом, ни взглядом не намекнете, не напомните и не упрекнете в том, что было на курорте. Собственно говоря, вы вообще обещали забыть, как меня зовут. Разойтись, как в море корабли.
— У меня сейчас голова взорвется. Ты слишком сложно изъясняешься. Скажи проще.
— Окей. Проще. Должность директора я забираю. Хочешь заниматься тем, что нравится, и не профукать фирму отца, дашь мне эту должность. Но насчет всего остального говорю тебе нет. Найди другую дырку для траха.
— Вот так, да?
Мне не нужно было гадать, чтобы понять: мой отказ взбесил Мерзликина.
Он не ожидал моего отказа!
Я решила стоять на своем, улыбнулась ему, как стерва:
— Да. Это бизнес, детка. Ничего личного. Хорошего перелета.
 Глава 37 
Глава 37
Гордей
Спустя время 
— Ты так и не рассказал, как прошел твой кратковременный отпуск, дружище? Получил, что хотел?
Раздраженно отбросив ручку, я посмотрел на Громова с нескрываемой злостью: вот какого черта он снова поднимает эту тему? Разве по моему мрачному виду неясно, что все пошло не так, как я задумывал?
Все пошло… По тому самому нехорошему месту и пошло.
Причем, сразу же.
Я просто надеялся, что одной ночи мне хватит, но оказалось, что я лишь захотел большего, чем одну ночь с этой роскошной девушкой.
Я предложил ей много.
Охренеть, как много…
Каждый, что ли, пентхаусами разбрасывается?!
Отказалась, стерва!
Но должность согласилась принять.
Всего на какой-то миг я подумал: ага, стерва! Ишь чего захотела!
Нет секса, нет хорошей должности.
Мне стоило огромных трудов взять себя в руки и притормозить.
Здравый смысл, Гордей! Здравый смысл — вот что тебе нужно!
Здравый смысл подсказывал, что Влада права: уделяя так много времени фирме отца, я на свое детище могу забить и лишиться прибыли, хороших отношений с друзьями. Откровенно говоря, они и так в последнее время начинали ворчать, что я так много времени пропадаю за пределами нашей фирмы и дергаю их в неурочное время. Им не нравилось, что чаще, чем всегда, приходилось подстраиваться под мои личные предпочтения…
Поэтому когда я объявил, что с этим покончено, друзья воспряли духом.
Я и покончил.
Но какой ценой мне это далось.
Кажется, я заработал себе пожизненную изжогу и просто ожог всех внутренних органов от чувства, что меня уложила на лопатки стерва на каблуках. Уложила, прошлась, потопталась хорошенько… Только что не трахнула, присев сверху!..
 
Словом, того, чего мне хотелось больше всего, я так и не получил…
Влада вернулась из отпуска, я подписал заявление, презентовал ее как нового генерального в офисе.
Девочки были в шоке, смотрели на Владу, едва ли не уронив челюсть на пол.
И знаете, что Влада сделала первым же делом?
Буквально в ту же секунду, не сходя с места, она попросила сотрудника кадрового отдела разместить объявление о поиске сотрудника на помощь ассистента.
Стерва, что еще сказать!
Но какая же сексапильная в деловом костюме, с конским хвостом!
Мои яйца едва не лопнули…
В итоге каждый из нас остался в выигрыше, правда?
Я занялся своим делом и не упустил фирму, что подарил мне отец.
Влада получила повышение, которое ей не светило при любых других обстоятельствах.
Мы не общались больше на личные темы.
Вообще…
Придерживались деловой этики общения.
Строго на вы, холодно, со всем уважением, которое должны соблюдать люди, которые на дух друг друга не переносят, но вынуждены работать вместе.
Сколько времени прошло?
Календарь ухмылялся мне в лицо, отмечая вторую минувшую неделю — день за днем…
Мучительно долго.
— О чем думаешь, друг? — снова подал голос Гром.
— Душно! — выдохнул я.
— Душно? Хм… Странно, ты под кондиционером сидишь! Я вообще думаю, как бы ты не простудился! Вот я в прошлом месяце гонял на тачке с Дубиной, он любитель прохлады, постоянно кондиционер включает, так я простыл. Чуть гонки не пропустил, в курсе же…
— Если ты еще хоть слово про гонки скажешь, я тебе ручку в глаз воткну! — пригрозил я. — Честное слово!
Душно!
Дышать нечем.
Я встал, ослабив узел галстука, принялся ходить по просторному кабинету офиса нашей компании. Одна на троих: деньги Дубины, мозги Грома, моя собранность, умение организовать работу и вести переговоры…
Как итог, у нас успешная компания. Разрабатываем передовое оборудование для нефтедобычи в сложных условиях… Запатентовали разработки Громова — даже не скажешь, что этот легкомысленный бес, выглядящий, как студент в свои тридцать лет, настолько умен.
— Что ты злой, как черт? — удивился Гром. — Разве я что-то плохое тебе сказал? Ты, кажется, вообще тупо злишься, потому что сам на байках гонять не силен!
— Кто не силен? Я не силен?! Да я тебя уделаю. Под орех просто… Раскатаю! Забьемся?
Громов вскакивает с кресла.
Глаза горят огнем, модная прическа растрепалась от резких движений.
— Забились! Кто разобьет?
— Дубина!
— ДУБИНА! — крикнули уже вместе.
На звук наших голосов в кабинет заглянула секретарша:
— Дубину позови! — скомандовал я. — Живо!
Ни я, ни Гром не уступали.
Мы трясли сомкнутыми ладонями, паля взглядами друг друга, прожигая насквозь.
Я не отдавал себе отчет в том, сколько во мне душной злобы и негодования, совершенно не связанного с тем, что мы зацепились за мелочь.
Через минуту в кабинет заглянул Дубина, пережевывая.
— Что стряслось?
— Ты все жуешь? Скоро разнесет, как бочку! — рявкнул я.
Дубина помрачнел, проглотив, очевидно, десерт. Любитель сладкого
— Не обращай внимания, — зло рассмеялся Гром. — У нашего друга очередное обострение. Полнолуние скоро?
— Боюсь, обычный недотрах и спермотоксикоз, — поставил вердикт Дубина.
— Что? И никаких умных психологических толкований?
— А он больше псилогиню на член не натягивает, — ответил Гром. — И ты бы это знал, если бы обращал больше внимания на друзей и меньше думал о своей эгоистичной заднице. Дубина, разбей!
— Так, погодите… На что забиваетесь, а?
— Гордей хочет меня на байке уделать.
— Плохая идея, — покачал головой Дубина. — С чего вы взъелись вообще? Прекращайте! Гром, ты же знаешь, как Гордей дерьмово байком управляет, в прошлый раз с трассы вылетел… Нечем заняться? Спуститесь на цокольный, спустите пар, поколотите грушу в спортзале или друг друга в спарринге! — предложил друг.