Королевства Доблести (ЛП)

Я заметил неожиданное движение по ту сторону широкого потока Сарбрин и, пригнувшись, укрылся за валуном, натянув готовый к выстрелу Тулмарил. Гвенвивар проявила такую же реакцию, спрятавшись за камнем у реки и напряженно вжимая в землю задние лапы. Я знал, что Гвенвивар может с легкостью совершить тридцатифутовый прыжок на другой берег, но мне бы пришлось пересекать реку дольше, и я опасался, что не смогу предоставить пантере достаточную поддержку с этого берега.
Шум в том направлении говорил о том, что нас тоже заметили, это подтвердилось мгновением позже, когда стрела рассекла воздух над моей головой. Я подумал, не ответить ли тем же. Стрелок прятался за камнем, но я знал, что с Тулмарилом я наверняка мог пробить стрелой это ненадежное прикрытие.
Тем не менее, я не стал стрелять и приказал Гвенвивар оставаться на месте. Если это была та банда, которую я выслеживал, то почему же за первой стрелой не просвистели другие? Почему глупые гоблины не принялись, как обычно, выкрикивать свои боевые кличи?
– Я не враг! – крикнул я, зная, что мое местоположение уже известно.
Ответ заставил меня чуть ослабить тетиву.
– Если ты не враг, то кем ты можешь быть?
Это поставило меня в затруднительное положение, которое ведомо лишь темному эльфу в наземном мире. Конечно, я не был врагом этим фермерам, которые, как я предполагал, отправились в погоню за бандой налетчиков. Мы, не зная того, шли к одной цели, но что могут подумать эти простые люди, когда перед ними возникнет дроу?
– Я Дзирт До’Урден, следопыт и друг Бренора Боевого Топора, короля Мифрил Халла! – воскликнул я. Капюшон упал с моей головы, и я вышел на свет, желая, чтоб эта типично напряженная первая встреча скорее подошла к концу.
– Мерзкий дроу! – услышал я вскрик одного из мужчин, но другой человек, постарше, примерно пятидесяти лет, приказал ему и остальным не стрелять.
– Мы охотимся за бандой орков и огров, – объяснил пожилой человек. Позже я узнал, что его имя было Тармен.
– Тогда вы не на той стороне реки, – ответил я. – Следы здесь, тянутся вдоль берега. Сомневаюсь, если они ушли далеко отсюда. Вы можете перебраться сюда?
Тармен быстро посоветовался со своими товарищами – всего их было пятеро – и дал мне знак ждать на том же месте. Я совсем недавно минул замерзшую и усеянную крупными камнями часть реки, и фермеров пришлось дожидаться всего несколько минут. Они были оборваны и плохо вооружены – простые селяне и вряд ли опасные противники для тех безжалостных орков и огров, что прошли этим путем. Тармен единственный в группе повидал более тридцати зим. Двое фермеров выглядели так, словно им еще не исполнилось двадцати, и у одного из них не было даже щетины, которой были покрыты обветренные лица остальных.
– Слезы Илматера! – закричал один из фермеров в изумлении, когда группа приблизилась. Если вида темного эльфа было недостаточно, чтоб выбить их из колеи, то присутствие Гвенвивар сделало это.
Выкрик заставил Гвенвивар вздрогнуть. Пантера, должно быть, приняла обращение к Богу Страдания за некоего рода угрозу, так как прижала уши и показала пугающего вида клыки.
Парень едва не упал в обморок, а его товарищ машинально потянулся за стрелой.
– Гвенвивар – друг, – объяснил я. – Как и я.
Тармен поглядел на крепкого мужчину, на вид вдвое моложе его и вооруженного молотом, который лучше смотрелся бы в кузнице, чем в боевом отряде. Молодой быстро и грубо сбросил руку беспокойного стрелка с лука. Я мог бы уже догадаться, что этот верзила был предводителем группы, возможно, тем, кто первым подбил остальных отправляться погоню в леса.
Хотя они, видимо, приняли мои заверения в дружелюбии, напряжение ушло далеко не полностью. Я ощущал страх и тревогу, исходящие от этих людей, включая и Тармена. Было заметно, что молодые фермеры крепче сжали в руках свое оружие. Они бы не пошли против меня, я знал – благодаря зловещей репутации моего народа. Немногим хотелось бы вступить в бой с темными эльфами. И даже если бы я не был необычным для них дроу, фермеры не стали бы нападать на того, за чьей спиной крадется могучая пантера. Они знали, что шансы не в их пользу, и знали, что вместе с тем им нужен союзник – любой союзник, который мог бы помочь в их деле.
 
Пять человек, все – фермеры, плохо вооруженные, плохо защищенные. Девять Адов, на что они надеялись против банды из двадцати монстров, включая огров? Все же мне пришлось отдать должное их храбрости, и я не мог счесть их глупцами. Я знал, что налетчики забрали с собой пленников. Если эти несчастные были родней этих людей, возможно, их детьми, тогда их безрассудство несомненно было оправдано, а их действия заслуживали восхищения.
Тармен сделал шаг вперед, протягивая черную от въевшейся в нее земли ладонь. Должен признаться, меня тронуло это нервное, но искреннее и теплое приветствие. Столь часто меня встречали угрозами и обнаженным оружием!
– Я слышал о тебе, – проговорил он.
– Тогда вы имеете преимущество, – вежливо ответил я, пожимая его руку.
Крепкий мужчина за его спиной гневно сузил глаза. Я удивился, что мое беззлобное замечание определенно задело его гордость. Возможно, он считал себя прославленным воином?
Тармен представился, и лидер немедленно бросился вперед, чтобы сделать то же самое.
– Я Рико, – провозгласил он, как показалось мне, с вызовом. – Рико Пенгаллен из деревни Пенгаллен, которая в пятнадцати милях на юго-востоке. – Легко различимая гордость в его голосе заставила Тармена вздрогнуть и поселила во мне тревожное предчувствие, что этот Рико может доставить неприятности, когда мы сойдемся с монстрами.
Я слышал о Пенгаллене, хотя отмечал его присутствие лишь по вечерним огням в отдалении. Согласно картам Бренора, деревня была не более чем горсткой фермерских домов. Не было никаких надежд на помощь какого-либо организованного ополчения.
– На нас напали прошлой ночью, сразу после заката, – продолжал Рико, грубо отталкивая локтем в сторону старика. – Орки и огры, как мы уже говорили. Они угнали нескольких пленников…
– Моих жену и сына, – вставил Тармен, голос его был полон тревоги за семью.
– И моего брата тоже, – сказал другой.
Я провел некоторое время, обдумывая эти мрачные известия и пытаясь найти слова утешения, которые я мог предложить этим отчаявшимся людям. Я не хотел селить в них лишние надежды – не сейчас, когда огры и орки удерживают в плену их близких, а чаша весов столь явно склоняется не в нашу сторону.
– Мы отстаем от них менее, чем на час, – сообщил я. – Я надеялся обнаружить их до заката. С Гвенвивар я могу выследить их днем или ночью
– Мы готовы сражаться, – заявил Рико. Должно быть, ему не понравилось выражение моего лица – возможно, оно помимо моего умысла стало снисходительным – так как он хлопнул молотом по раскрытой ладони и сердито рыкнул, обнажив зубы.
– Давайте надеяться, что до битвы не дойдет, – сказал я. – У меня есть кое-какой опыт в отношении орков и огров. Ни те, ни другие не сведущи достаточно, чтоб выставлять охрану.
– Ты предлагаешь попросту прокрасться внутрь и освободить наших родичей?
Едва сдерживаемый гнев Рико продолжал удивлять меня, но, когда я обернулся к Тармену за каким-либо молчаливым пояснением, он лишь спрятал руки в складках поношенного дорожного плаща и отвел взгляд.
– Мы сделаем все, что потребуется, чтобы освободить пленников, – сказал я.
– И сделать так, чтоб монстры не вернулись в Пенгаллен, – добавил Рико.
– Ими можно заняться позже, – ответил я, пытаясь убедить его сперва решить одну проблему. Одно слово Бренору, и этот регион очистят десятки дварфов – упорных, воинственных бойцов, которые не прекратят охоту, пока угроза не будет устранена.
Рико повернулся к четырем своим товарищам, или, что будет точнее, отвернулся от меня.
– Полагаю, мы пойдем за чертовым дроу, – сказал он.
Я не обиделся. Мне приходилось испытывать обращение и похуже подобных оскорблений, и эта группа отчаявшихся людей, за исключением Рико, казалось, радовалась, что нашла хоть какого-то союзника, вне зависимости от цвета его кожи.