Перекресток 177-3-14. Часть 2. Слияние Миров (СИ)

- Тетенька ведьма, меня мамка отправила к вам. Зелье ей надо от боли в зубах.
- Ей самой? Так ей бы к лекарю.
- Не, у мелкого зубы режутся. Мамка сказала, у вас есть такое.
- Посиди пока тут. – Вздохнула я, указывая мальчишке на диван. – Чай с вареньем будешь?
Я выставила новую баночку и налила ему чай, а сама отошла за стойку, где вчиталась в учебник. Такое зелье и в самом деле существовало, но на его приготовление требовался почти час, если судить по описанию. Впрочем, я посмотрела на ребенка, увлеченно орудовавшего в банке ложкой и подумала, что время у меня есть.
- Степ, покормишь его чем-нибудь? – Попросила я домового. И тот послушно вынес мальчишке горку бутербродов.
Сама я занялась зельем. Все оказалось не слишком сложно: смешать в нужной пропорции, вылить в котелок и медленно уваривать на слабом огне. Так что большую часть времени зелье мирно булькало в котелке, а я разглядывала мальчишку. Поскольку проблема прыщей сегодня для меня актуальна как никогда, то я поставила второй котелок, в котором развела косметическое средство для сведения прыщей.
Зелья оказались готовы практически одновременно. Бутерброды к тому времени были съедены, чай выпит, да и банка варенья показало свое дно. А мальчишка болтал ногами, с интересом рассматривая интерьер торгового зала.
- Вот, держи. – Я отдала ему заказ, забрала деньги и протянула второй пузырек. – Это для тебя, подарок. Будешь утром и вечером протирать лицо.
- Зачем? – Насупился мальчишка. – От ведьмы нельзя подарков принимать. Это любой дурак знает.
- Чтобы быть красивым. Не то, чтобы ты был не красивым, но с этой штукой станешь еще лучше. – Смутилась я. – Не хочешь бесплатно, можешь дать мелкую денежку. - Но ребенок неожиданно улыбнулся и забрал склянку.
- А вы добрая. И вкусно тут у вас. Вот, держите, это не денежка, но это даже лучше. Это «морской бог». У нас таких нет, мне папка с другого мира принес.
Я смутилась и улыбнулась, поблагодарив,пытаясь скрыть неловкость.
Мальчишка убежал, а я занялась и своими прыщами тоже. Зелье к сожалению, не оказало мгновенного эффекта, хотя краснота почти сразу спала. Пришлось еще нанести толстый слой косметики, чтобы хоть как-то скрыть свою новую красоту.
- Зря ты их всех прикармливаешь. – Заметил домовой неодобрительно. – Этак мы никакого варенья на них не напасемся.
- Не в варенье счастье, Степа. – Ответила я, разглядывая свою красоту в зеркало.
- Ты с ума сошла! А в чем же еще?
От ощущения «дежавю» я усмехнулась.
- Счастье понятие субъективное, зависит от множества переменных: сегодня ты счастлив с вареньем, завтра -потому что у тебя есть крыша над головой, а послезавтра ты новому холодильнику не радуешься, потому что разучился.
- Опять ты про холодильник. Радуюсь я. А пылесосу этому еще больше радуюсь. Он классный.
- Я абстрактно.
- А я нормально радуюсь. Я вообще всему радуюсь: и крыше над головой, и варенью, и холодильнику.
- Ну и хорошо. – Примирительно заметила я. – Но ведь счастьем еще надо делиться.
- Обойдутся. Это мое счастье!
- А варенье?
- Объективно варенье твое. – Задумался домовой. – Но субъективно его варил я. Хотя ты тоже варила. Но мне его тоже жалко. Мы значит варили, а они жрут. А кое-кто вообще украл. И банку тоже жалко. Можно подумать, у нее варенья дома нет?
- Сахар, Степа, дорогое удовольствие. Да и банок у нее таких, может быть нет. Вспомни сам, наши банки вон какие красивые: с плотной крышкой, да и само стекло выпуклое, с рисунком. Я их из четырнадцатого мира заказывала. Там они копейки стоят, а в двух других мирах люди стекло дуть еще толком не умеют, и оно там дорогое. Для бабы этой такая банка чудо чудное.
- Дикие люди! – Вздохнул домовой. – Но почему они эти проблемы на наши плечи перекладывают?! Шла бы себе заказала в другом мире. А нам надо экономнее быть.
- Вот с этим полностью согласна. – Кивнула я. – Надо будет не всю банку варенья ставить, а мисочку какую-то завести и туда наливать.
- Тьфу ты. – Выдохнул домовой. – Я говорю, давай вовсе не будем их кормить, а ты будем, но поменьше. Ай, с тобой каши не сваришь. Но и то хлеб.
 
Я усмехнулась, глядя на бурчащего домового, и достала маленькую черную мисочку. Вот в нее и буду наливать для гостей.
Попутно я еще досыпала смеси трав для гостевых чаев и красиво расставила их в баночках на полках. Перевесила пучки трав, для создания ведьминской атмосферы и выставила на видное место большую банку с консервированными мухоморами, которые краснели своими шляпками через ядовито зеленую жидкость.
На обед явились оба святых отца. Причем Йохан подхихикивал.
- В деревне только и разговоров, что о тебе.
- Ага, твоего мужа все жалеют, говорят, что дома ты не пользуешься зельями красоты и от природы ты страшная как сам черт.
- Мужики даже предлагали мне самогона как универсального средства для женской красоты.
- В какой-то степени они все правы. – Грустно призналась я и поведала, про взорвавшееся зелье.
- Надеюсь, ты не пострадала? – Воскликнул муж, с тревогой вглядываясь в мое лицо.
- Не настолько, как расписывают в деревне. – Улыбнулась я. – Тем более, что все заживет. Давайте пообедаем?
- Мы только за. Уж очень у тебя, хозяюшка и домового твоего все вкусно выходит. – Заметил отец Люций, моя руки и присаживаясь за стол.
Обедали быстро, отца Люция ждала попутная телега в его село.
- Хорошие вы люди. – Произнес отец Люций. – Храни вас Господь. Очень рад знакомству.
Мы тепло простились, и муж еще вызвался проводить его до села. Тем более, что у него там еще были дела. А я осталась дома, дальше заниматься хозяйством.
После обеда я занялась своим садом-огородом. Конечно, поздновато. Крестьяне уже в самом деле закончили все посадочные работы и у них уже давно все росло (или не росло). Однако же, садик был посажен еще Милой, и мне оставалось только внести собственные изменения и дополнения.
У меня были семена, доставшиеся мне вместе со всем остальным ведьминским оборудованием и причиндалами. И сегодня я наконец-то решила их посадить. Садовод из меня был очень оригинальный: я вскопала грядки, разбросала семена, слегка присыпала их землей и обильно полила водой.
- Не взойдет. – Вздохнул домовой, наблюдая за моими манипуляциями. – Их надо было в мокрую тряпочку заворачивать, а после в подполе хранить месяц.
- Ну и хрен с ними. – Махнула я рукой. После физических упражнений с лопатой я была несколько утомленной. – Я сделала, что могла.
- А что там?
- Вьюнок и лаванда.
- Не взойдет. – Еще раз скептически покачал головой домовой. – Да и зачем тебе они?
- Вьюнок просто красиво. Хотелось бы, чтобы он оплел веранду и создал здесь такой полог. А лаванда очень вкусно пахнет. Будем нюхать ее по вечерам и успокаиваться.
- Я и так не нервничаю. – Заметил домовой. – Ну, ладно. Занятия физическими упражнениями на свежем воздухе полезны.
- Умеешь ты поддержать. – Заметила я.
- Стараюсь.
Из духа противоречия я пошептала над свежими грядками заклинание хорошего роста, и без особой надежды перешла к другим сельскохозяйственным работам. Прополола остальные грядки, хотя было видно, что домовой где-то пытался привести мой сад в приличный вид. Срезала сухие ветки у кустов и деревьев и наконец с гордостью посмотрела на результаты своих трудов.
Честно говоря, внешний вид сада совершенно не изменился. Разве что темнели свежей землей мои свежевскопанные грядки.
- Пойдем, чаю попьем? – Предложил домовой.
И мы пили чай душистый чай с мятой и земляникой, сидя на веранде и наслаждаясь каждой минутой. Пока в дверь опять не постучали.
- Почему она так громко стучит? – Пожаловалась я, идя к двери.
- Еще Мила наложила на нее заклинание. Так стук в дверь теперь можно услышать из любой точки в доме. Жадная она была до денег. Все боялась не услышать. А народ к ней, помню, все равно не больно-то шел. И жаба ее была вечно чем-то больна. Она ее никогда червяками не кормила.