Невеста по пятницам, или Семь пятниц на неделе (СИ)

– Нет, господин Дидье, у вас не получится сделать из меня супругу, которая бы вас устраивала…
– Не переношу, когда мне перечат, – тут же взвился генерал. – Вы немедленно станете моей женой. Святой отец, – позвал он.
– Подождите, – Николетт пыталась говорить спокойно, без панических ноток. Пора было начинать свою игру. – Я нужна вам, чтобы прочесть магическую тайнопись, не так ли, господин Дидье? Надпись, которая находится под слоем жёлто-зелёных полос? – она кивнула на картину.
Явившегося на зов настоятеля генерал тут же отправил назад за дверь. Слова Николетт его явно заинтересовали.
– Да вы, я вижу, уже знаете тайну полотна, – хмыкнул Дидье. – Тем лучше. Вы как послушная супруга должны будете прочесть для меня надпись.
– У меня другое предложение. Я прочту тайнопись, но при условии, что вы откажетесь от идеи жениться на мне. Вы составите бумагу, в которой будет написано, что разрываете договор о помолвке и больше не имеете никаких претензий ни ко мне, ни к моему отцу. Когда подобная бумага окажется у меня на руках, я расшифрую тайнопись. После чего вы тут же отпустите меня, предоставив экипаж и кучера.
Генерал посмотрел на Николетт с хищным прищуром. Поднялся с кресла и вышел из комнаты. Куда он? Писать расписку, что не претендует на Николетт? Неужели получилось?
Дидье вернулся через пару минут с продолговатым непрозрачным сосудом в руках. Что там была за жидкость? Наверное, не простая вода. Генерал смочил тряпицу и принялся протирать ею картину. Жёлто-зелёные полосы с шипением растворялись. У Николетт дыхание перехватило. Под верхним слоем действительно оказался ещё один, на который жидкость не действовала. Вскоре взгляду предстало легендарное полотно. Величественно мрачный замок Рош-ди-Вуар гранитной скалой возвышается над окружающими его дремучими лесами. Тёмно-бордовые стены чуть подсвечены лучами заходящего солнца. Ещё пару минут и всё вокруг погрузится в таинственный мрак. От картины просто веяло тайной.
Николетт сразу заметила тонкую серебристую паутину тайнописи, пересекающую полотно понизу слева направо. Она не знала, откуда у неё этот дар – понимать древние руны. Может, от мамы? Стоило ей пробежать глазами по чуть поблёскивающей вязи, и смысл написанного моментально открылся. Она поняла, где спрятан тайник. Она знала это место в замке. Много раз проходила мимо, не подозревая, что находится на расстоянии вытянутой руки от разгадки тайны старой легенды.
– Где сокровища? – генерал отложил тряпицу и, зловеще чеканя шаг, подошёл к Николетт. – Вы уже смогли разобрать тайнопись?
– Сначала вы должны подписать документ, что больше не претендуете на меня, и подготовить мне экипаж.
Дидье пренеприятно рассмеялся.
– О, как глупы женские уловки, – он принялся ходить по комнате и зажигать свечи. Одну, другую, третью. – Неужели вы думаете, что я отпустил бы вас, не проверив ваши слова? Как я могу быть уверен, что вы не направите меня по ложному следу, в то время, как сами поспешите к тайнику? Нет, мне нужны гарантии. И самой лучшей будет наш брак.
Ох, только теперь Николетт осознала, какую совершила ошибку. Уж лучше бы она так и оставалась в неведении, где сокровища. А теперь, когда она знает тайну, Дидье её ни за что не отпустит. Генерал уже направился к двери, чтобы снова позвать настоятеля. Что же делать? В голове мелькнул отчаянный план. Может, не сработать, но это последняя надежда.
– Господин Дидье, зачем вам этот брак? Хотите гарантий? Могу их вам предложить и без брака. Я прочла тайнопись – знаю, где тайник. Он в часовне, поблизости замка. Вы сами сможете в этом убедиться. Я дам вам вот этот перстень, – Николетт показала на свой палец. – Он открывает любые замки́ в Рош-ди-Вуар. Откроет и дверь часовни. Отправляйтесь туда прямо сейчас. Если не отыщите сокровищ, вернётесь, и мы поженимся. Но если найдёте, надеюсь, тогда я буду вам больше не нужна, и вы отпустите меня?
На что рассчитывала Николетт? На то, что в часовне её дожидается Теодор. Он наверняка поймёт, что что-то не так, когда вместо неё туда явится Дидье, да ещё и откроет дверь перстнем, который Тео подарил ей. Он вытрясет из генерала правду, узнает, где Николетт, и спасёт её. Во всяком случае, она очень в это верила. Вот только ждёт ли её Теодор до сих пор? Она глянула в окно. Небо уже теряло последние послезакатные краски, становясь равномерно фиолетовым.
 
– Перстень? – генерал с любопытством посмотрел на вытянутую вперёд ладонь Николетт. – Фамильная реликвия Фамилиена? Пригодится, – он бесцеремонно стянул с пальца подарок Теодора и переправил себе в карман. – А теперь пора, наконец, приступить к брачной церемонии. Настоятель Манулье, – повысив голос, позвал Дидье.
Николетт от безысходности сжала ладони в кулаки. Ни одна её уловка не сработала. Теодор так и не узнает, где она. А Дороти сама пребывает не в лучшей ситуации. Помощи ждать не откуда.
– Дидье, зачем я вам?! – выкрикнула Николетт с дерзким отчаянием. – Я же вам совсем не нравлюсь. Не благовоспитанная, не робкая, не кроткая, не покорная!
– Кто вам сказал, юная леди, что вы мне не нравитесь? У вас премиленькое свежее личико, и радующие мужской глаз формы. А что касается вашего прескверного характера, то поверьте, пару месяцев муштры – и вы станете сама кротость. Я в этом знаю толк.
Николетт оставалось только успокаивать себя тем, что всё равно сбежит от генерала при первой возможности.
– Возьмитесь за руки, дети мои, – заунывным голосом пропел приготовившийся к церемонии настоятель.
Дидье встал рядом с креслом, на котором сидела Николетт, и попытался положить руку ей на плечо, но она брезгливо повела им, чтобы скинуть. Верхняя половина тела уже более-менее слушалась. Жаль, ноги пока всё ещё были ватными.
– Священные узы брака, – снова начал бубнить настоятель, – всегда считались ниспосланными с…
– Сократите церемонию, – резко перебил Дидье.
Святой отец понимающе кивнул:
– Дети мои, объявляю вас…
Кем именно, объявляет их настоятель, договорить ему была не судьба. Вечернюю тишину за окном вдруг взорвал выстрел. Выстрел! Сердце начало стучать радостно и неровно, захлёбываясь хмельной надеждой, что прибыла помощь. Настоятель вздрогнул и предусмотрительно замолк, быстренько засеменив к стенке. В следующую секунду окно распахнулось и в проёме показалось ружьё, которое нежным басом гаркнуло:
– Стой, кто идёт?!
И хоть генерал никуда и не шёл, но почему-то быстро догадался, что вопрос адресован именно ему. Однако вместо ответа, развернулся и бросился к двери. Если он надеялся таким образом спастись, то зря. Дверь открылась ему навстречу, припечатав по лбу. Следующим на его лоб опустился кулак. Двойного удара дубовый лоб генерала не выдержал. Вернее, лоб-то выдержал, но сам генерал отлетел к противоположной стене, прямо в ноги побледневшему настоятелю. За дальнейшую судьбу Дидье Николетт была спокойна. Им уже занялась влезшая в окно Дороти с ружьём, и Филимон, который показался в оконном проёме вслед за ней.
Николетт же во все глаза смотрела, как в комнату входит её спаситель. Возмутительно красивый в своём гневе. Со взъерошенными волосами и горящими глазами. Сердце рвалось к нему навстречу. Он в три гигантских шага подскочил к ней. А в следующее мгновение она уже оказалась в его крепких надёжных руках.
– Тео, ты успел, – выдохнула она. – Меня чуть было не сделали женой Дидье…
– Пусть радуется, что я успел, – усмехнулся Теодор, – а то пришлось бы сделать тебя вдовой.
  
Глава 52. Зонтик от солнца
 
Глава 52. Зонтик от солнца
Дороти от души приложилась по дубовому лбу генерала прикладом, а потом отошла на пару шагов и взяла на мушку. А Филимон принялся его обыскивать. Оружия не нашёл, но обнаружил фамильный перстень, который вернул Теодору.
– Тройная кража: картина, леди и перстень, – хладнокровно констатировал дворецкий. – Думаю, на присяжных это произведёт должное впечатление.