Испытание весной (СИ)

«Я еще покатаю вас, барышни, на воздушном шаре», — пока он не мог сказать этого вслух, но и данное самому себе обещание следует выполнять, правда? Вот вернется — и…
— Особенно нескучно в столице бывает, я так думаю, дядюшке Варрену, — проворчала Женя. — Вот сколько я здесь, столько ему и нескучно. Причем никаких, что характерно, мирных развлечений.
Тетушка Гелли негромко рассмеялась и спросила:
— Все еще дуешься на Ларка?
— Стараюсь не дуться, но что-то плохо получается, — не стала отпираться Женя. — Ладно, он вроде понял мою позицию, так что и я постараюсь не пинать его не по делу.
— Он хороший! — надулась Сильвия.
Тут уж рассмеялись все.
— Защитница! — тетушка Лили-Унна погладила Сильвию по голове, но та вывернулась из-под руки и сердито сжала губы.
— Конечно, он хороший, — поддержала девочку Женя. — Честное слово, Сильви, был бы он плохим, я б вообще слова с ним не сказала! Он честный и храбрый, с ним интересно поговорить, вот только жениться ему пока рано. Не перебесился еще, как у нас дома говорят.
— Причем тут жениться?
— А мы с ним из-за этого чуть не поругались. Король хотел, чтобы я за него вышла, а он… ну, недостаточно твердо сопротивлялся, так скажем. А ведь знал, что я не хочу!
— А-а… А почему ты не хочешь?! — В ясных глазах Сильвии отчетливо читался даже не вопрос, а самое настоящее потрясение: как это можно не хотеть замуж за… За принца, будущего короля? Или просто за такого хорошего Ларка? Или девочка пока не очень-то понимает разницу? Женя пожала плечами и ответила честно:
— Мне больше нравится с ним дружить. Как бы сказать, понимаешь, вот есть просто дружба, как у парней между собой, а есть романтические чувства.
— Как в романах?
— Точно! Так вот как раз романтических чувств к нему у меня нет. Только просто дружеские.
Сильвия задумалась, потом широко улыбнулась и сказала:
— Значит, правильно, что цветы ему я подарила, а не ты!
— Конечно, правильно.
— А он хотел, чтобы ты. Я видела.
— Мало ли, что хотел. Взял же твои, и на танец пригласил. Вот погоди, подрастешь…
— И ему как раз пора будет жениться, — задумчиво кивнула тетушка Гелли.
— Кого женить собираетесь, дамы? — в сад вышел совсем нежданный в это время суток дядюшка Варрен. — Коварные вы создания. Я вырвался пообедать в кругу семьи, но и здесь меня преследуют таинственные заговоры.
— Ага, против короны! — весело подхватила Женя. — Нашли этому шалопаю подходящую невесту, и пусть только слово против скажет. Нет, а что? — она почувствовала вдруг прилив непонятного вдохновения. — Семья знатная, заслуги перед короной есть, девочка вон какая красивая, еще подрастет — вот помяните мое слово, мужики ковром у ног стелиться станут. А пока есть время подтянуть по части должного образования.
— Ты серьезно? — ошеломленно спросил граф.
— А то! — кивнула Женя. — Нет, ну можно подумать, им в меня все уперлось, в самом деле. Вон девчонка какая подрастает! Красавица и умница.
— Ты только нигде и никому больше эту мысль не развивай, хорошо? И вы, дамы.
— Конечно, не будем, — согласилась тетушка Гелли. — И ты помалкивай, Сильвия. Пусть это будет нашим большим секретом, хорошо? Но, Варрен, деточка совершенно права.
Сильвия стояла, переводя ошеломленный взгляд с Жени на тетушку Гелли, на свою тетушку, на графа и снова на Женю.
— И брату не говори, — преувеличенно таинственным шепотом сказала Женя, — пусть сюрприз будет. И пойдемте уже, в самом деле, обедать, а то ведь не успеем за стол сесть, как примчится какой-нибудь взмыленный курьер и выдернет дядюшку по срочным делам государственной важности. Голодным!
Граф фор Циррент давно привык к тому, что в любой миг может примчаться взмыленный курьер и выдернуть его хоть от обеденного стола, хоть из постели. Последний месяц стоил изрядно нервов и ему, и Фенно-Дералю, и королю, и даже верховному магистру. Правда, дело того стоило — после того, как Гильдия и корона разобрались наконец со взаимными претензиями, мэтр Вальдих лично выделил в помощь королевской полиции и Тайной Канцелярии магов-менталистов, и вражеские агенты перестали чувствовать себя в Андаре, как у себя дома.
 
Теперь, когда Ларк увел армию, в столице должно было стать поспокойнее: фокус напряжения сместился к южным границам, в Неттуэ, на море. Война вновь становилась войной, а не тайным противостоянием с покушениями, диверсиями на верфях и шантажом негоциантов. Не то чтобы Тайной Канцелярии придется совсем уж бездельничать, но перевести дух можно себе позволить.
И граф фор Циррент с небывалым прежде удовольствием уделял время семье.
Весна вступала в свои права. Уставшие от холодов и хмурого неба люди радостно подставляли лица солнцу, в столичном обществе вновь вошли в моду катания по набережной и выезды за город, и однажды граф понял, что вполне может оставить Тайную Канцелярию на весь день и отправиться на пикник со своими дамами. Открытая коляска, пледы и корзинки с провизией, мяч, наборы для игры в кольца и в воланы — дамы намеревались развлекаться по полной программе.
Дам теперь было аж четыре, но странным образом это совсем не тяготило Варрена фор Циррента. Гелли и Лили-Унна нашли общий язык и болтали часами о всяческой женской ерунде, в которую Варрен предпочитал не вникать. Сильвия, несмотря на некоторую тягу к приключениям и девичью романтичность, оказалась разумной юной особой — откровенно говоря, куда разумней своего брата. Мечтала о возвращении принца и готова была целыми днями учиться, чтобы не ударить перед ним в грязь лицом. Хотя была в этом рвении и заслуга Джегейль, не устававшей рассказывать младшей подруге, какой Ларк интересный собеседник и как многим он интересуется, и как презрительно отзывается о тех барышнях, которые пытаются завлечь его томными взглядами и глубоким декольте.
«Пожалуй, и впрямь что-то толковое может вырасти», — думал Варрен, наблюдая, как Сильвия и Джегейль шепчутся о чем-то, как Сильвия азартно кивает, а тетушки переглядываются с хитрым и довольным видом. Впрочем, он предпочитал наблюдать за Джегейль…
Хмурое настроение, в котором та пребывала довольно долго после объяснения с принцем, наконец-то ушло. Или прекрасный солнечный день помог? Кутались в дымку цветов сады, бойко цокали копыта по мостовой, и Джегейль, облокотившись на мягкий подлокотник сиденья, смотрела из открытой коляски по сторонам с легкой, радостной улыбкой. Сейчас она была похожа и не похожа на ту девушку, которая жадно расспрашивала о новом мире, но откровенно тосковала по дому. Тоска ушла, сменившись легкими, незаметными для постороннего человека приступами задумчивости, иногда — удивлением при виде чего-нибудь совершенно обыденного, иногда — одобрением. В движениях появилась ловкость и непринужденность, в голосе — спокойная уверенность.
Она привыкла. Прижилась.
Поймав его взгляд, Джегейль улыбнулась шире:
— Хорошо, что вы с нами выбрались, граф. Я рассчитываю на партию в воланы.
— Почему не в кольца?
— В кольца могу заранее признать себя проигравшей, — рассмеялась она. — Сколько меня ни учили, сколько я ни тренировалась, не летят проклятые кольца куда надо, хоть плачь. А воланы… У нас похожая игра есть. Ракетки только другие, на ручках, но, кажется, я не так уж плохо на ваши переучилась. А еще, — ее глаза искрились предвкушением, — готовьтесь, мы будем делать шашлык!
— Что, простите?
— Мясо на углях. Главное блюдо пикников у нас дома. Мы все приготовили, но с вас костер!
— Как скажете, — покладисто согласился граф.
На холмах за городом, с южной стороны склонов, пригревало солнце, золотились, краснели и синели россыпи первых цветов, а невысокий кустарник стоял в зеленой дымке первой листвы. На природу выбрался если и не весь город, то, по крайней мере, все приятельницы Гелли — только успевай раскланиваться!
— О, граф, вы наконец оторвались от своей нескончаемой работы. Право, мы уже почти забыли ваше лицо!