Никто кроме тебя

Джордан отставил кружку и вполне дружелюбно посмотрел на меня.
– Я помню твои руки. Уже после… После того, как…
– В спальне? – подсказал он.
– Да. Твои пальцы как будто вытягивали боль. Она ручейками стекалась в то место, где ты касался. Просачивалась через кожу и уходила. Мне казалось – это сон. Но после всего того, о чем я за последние несколько дней узнала…
– Так и было.
Джордан медленно протянул руку, и коснулся моей повязки.
– Честно говоря, Йён тогда советовал не трогать тебя вообще, чтобы не навредить еще больше. И ограничиться проверенным лекарством. Я его тебе ввёл, но должного эффекта всё не было. Ты продолжала мучиться. И я избавил тебя от боли. Забрал её себе.
Он осторожно обхватил обожжённое запястье, и легонько потёр большим пальцем сквозь бинт. Моё сердце пропустило несколько ударов, и я не удержалась от шумного вздоха. Так он, оказывается, способен сострадать?
– Покажи мне, – нерешительно прошептала я, кивнув на наши руки.
То, что последовало дальше, оказалось для меня неожиданностью.
– Иди ко мне, – также полушепотом позвал он, и потянул меня за руку на себя.
Одну ногу Джордан поставил на подоконник и согнул в колене, освобождая место рядом с собой. Дотянулся до кровати и стащил пару подушек, закинув их себе за спину.
Пребывая в полном замешательстве, я всё же позволила ему себя развернуть и усадить меж раздвинутых бёдер.
– Заодно восстановим твои силы, – пояснил он, хоть я не особенно и противилась.
И в следующую секунду оказалась в кольце мощных рук, прижата спиной к горячей мужской груди. Ничего себе, поворот. Вроде бы всё безобидно и только ради моего спасения, но слишком уж интимно.
Бинт полетел на пол. При таком скудном освещении, что давал огонь в камине, рассмотреть как следует рану было сложно. Но и без того ясно – зрелище тошнотворное. Ничего вроде бы серьёзного, но заживо содранный слой на коже придётся теперь восстанавливать долго. Спасибо, Торнтон, что б ты был здоров. Интересно, кстати, куда Фрейзеры отправили его самолётом? Домой в Дипвуд? Пожалуй, спрашивать сейчас не буду.
Джордан взял моё запястье в свою ладонь, и замер. Его дыхание было ровным, и почти бесшумным.
И вот опять это удивительное ощущение. Но если в прошлый раз я находилась в полубессознательном состоянии, то сейчас могу в полной мере прочувствовать воздействие его исцеляющего дара. Боль, действительно, стала уходить. И через несколько минут исчезла совсем. Но внешне, кажется, ничего не изменилось.
– Я думала, что рука сразу начнет заживать! – разочарованно протянула я. Так хотелось волшебства.
– Твоя рука сразу после повреждения и начала заживать, – ответил он менторским тоном, совсем как мой куратор в колледже. – Еще вчера включились механизмы регенерации. Но теперь дело пойдет быстрее, и утром ты заметишь разницу.
– Спасибо, – пристыдившись, прошептала я. – А тебе было больно?
– Я чувствовал то же, что и ты.
– Это просто невероятно.
– Невероятно, на мой взгляд, то, что ты об этом раньше ничего не знала.
Вот и Торнтон никак не может в это поверить, подумала я. Но вслух его упоминать не стала.
– Я выросла в обычной семье, среди обычных людей. Мне всё еще сложно поверить в существование чего-то сверхъестественного.
– Род МакКиннонов – Иннаты, Оливия. Обычными вас уж точно назвать нельзя.
– Бабуля решила об этом молчать, по какой-то причине. А потом – то нападение…
– Мы всё выясним, – пообещал он.– Кто на вас тогда напал. И что с тобой теперь творится.
Я уже открыла рот, чтобы снова спросить, зачем ему это нужно. Но вовремя передумала – сказал же, завтра все объяснит.
– Сможешь сегодня спать, не задевая место ожога? – вдруг спросил он.
– Попробую.
– Тогда не будем бинтовать – быстрее затянется.
И вновь обхватил меня обеими руками. Одна проникла под пижаму и прижалась к моему голому животу. Что за…? Вспомнила, сеанс энергообмена.
– Я постараюсь передать как можно больше. Чтобы тебе хватило хоть на пару суток.
Я заерзала, пытаясь отвоевать себе больше пространства.
 
– Не шевелись. Вообще можешь подремать.
– Я уже хочу спать.
Он пресёк мои попытки вывернуться и сжал еще крепче.
– Отнести в кровать?
– Нет. Давай лучше здесь.
– Не мешай мне сейчас. И завтра проснёшься хорошо отдохнувшей.
Сил почти не осталось, тело расслабилось само собой.
А последний аргумент и вовсе меня почти убедил его послушаться:
– Если бы я и захотел к тебе ночью приставать, все равно ничего бы не вышло. У меня не останется сил, чтобы проявить должную настойчивость. Так что, следующие несколько часов ЭТОГО можешь не опасаться.
Я сдалась и замерла, облокотившись ему на грудь. Как он проявляет настойчивость, я уже имела возможность испытать на себе. А на что он способен в остабленном состоянии?
Стоп. Что значит «следующие несколько часов»?! А потом что же?
К счастью, размышлять над каждым его словом я была больше не в состоянии. Чувствуя, как тепло, исходящее от его ладони, проникает под кожу и растекается от солнечного сплетения по всему телу, я удобнее устроилась в его руках и, кажется, стала засыпать.
  
Глава 22
 
Едва распахнув глаза, я осознала – просыпаюсь в этом месте впервые. Новые звуки незнакомого утреннего леса, серо-зеленая дымка за окном. Влажный, напоенный ароматами хвои и тихоокеанского бриза воздух.
Вдохнув полные лёгкие, я запрокинула руки вверх в попытке потянуться, но не тут-то было. Ощущения такие, будто нахожусь в коконе. Тёплом, мягком, очень уютном.
Состояние блаженной неги как ветром сдуло, стоило припомнить обстоятельства последних двух дней. Полуночная беседа с Джорданом Фрэйзером перетекла в утреннее пробуждение в его объятиях. Осторожно скосив глаза, убедилась – я все еще в своей пижаме. На мне одеяло, поверх которого покоится тяжеленная ручища. Оно отделяет меня от Джордана, но даже сквозь несколько слоев ткани я чувствую спиной горячее тело, тесно прижатое к моему.
Интересно, он еще спит? Или проснулся раньше, и теперь хладнокровно наблюдает, как я пытаюсь выпутаться из двусмысленного положения.
Тянуть время не было смысла. Я осторожно приподнялась на локте, и попыталась осмотреться. Мы по-прежнему в доме одни, или есть кто-то еще? Который уже час? Понять невозможно – слишком пасмурно, накрапывает дождик.
Свирепый вождь декстралов позади меня зашевелился, и я замерла, не зная, как быть. Хотя чего уж тут раздумывать? Надо выбираться из тёплого гнёздышка, и вперед – в холодное дождливое утро.
Я уже решилась на побег, но ладонь Джордана, до того момента мирно покоившаяся на моем бедре, вдруг поползла вверх, бесцеремонно сдвинула одеяло и легла мне на живот.
– Ммм… – донеслось сзади, и мой ночной сосед еще теснее прижал меня к себе.
Стараясь не думать, к какой части его тела сейчас прижимается мой полуголый зад, я чуть слышно позвала:
– Джордан!
– Уу, – сонно пробасил он, бесстыдно подавшись бёдрами вперед.
– Выпусти меня, пожалуйста.
Джордан заворочался позади меня, напоследок по-хозяйски стиснул и отпустил, лениво потянувшись.
– Который час? – хрипловатым, еще сонным голосом поинтересовался он.
Сама бы хотела знать. Такая вокруг стоит непривычная тишина.
– Твой телефон выключен, а мой в сумке на кресле.
Он сел на кровати и потёр лицо ладонями.
– Больше девяти, судя по положению солнца. Я обычно намного раньше встаю.
Хотелось поскорее остаться одной, и я уже подобралась к краю широкого матраса. Но в последний момент какое-то неясное чувство, похожее на укол совести, заставило обернуться.
– Тебе нехорошо?
– Будто не спал несколько ночей, – подтвердил он.
– Это из-за того, что мы вчера…
– Хотел проверить, сколько твоё тело способно принять. Чувствуешь энергию внутри? Прилив сил?
Я бодро спрыгнула на ледяной пол и босиком, чуть ли не вприпрыжку, отправилась в ванную.