Моя мачеха – ведьма (СИ)
О Трёхликая! Он закупался в моей лавке? Зачем зелья простой целительницы тому, кто может силой богини воскресить мёртвого? Возможно, это преувеличение, но самые разнообразные слухи о невероятных способностях верховного жреца быстрее ветра долетали до отдалённых захолустных городков Фаррии. В столице же шептались, что противостоять магии этого человека может лишь первый советник короля.
То есть мой будущий супруг, герцог Уворд Скетс.
Я не знала, что и думать. Жрец раскусил меня? Нет, если бы он узнал, что я ведьма, давно бы представил королю новую дарительницу, и больше не видать мне свободы. Или у этого человека были на меня какие-то планы? Не зелья же ему были нужны, в конце концов?!
— Как смеешь ты оставаться передо мной с закрытым лицом? — в ярости рявкнул верховный жрец, и я в ужасе сжала ладонь Уворда.
— Смею, — спокойно ответил герцог, и я догадалась, что он тоже не стал показывать своего лица.
— Позвольте объяснить, — внезапно вмешался человек, который привёл нас сюда. Он подобострастно проговорил: — После того как погибла супруга, Его Светлость скрывает лицо в знак траура…
— Знаю, — оборвал жрец. — Но он привёл в храм новую жену. Это ли не повод прекратить траур?
— Я сниму маску на балу в честь нашего бракосочетания, — сухо сообщил Уворд. — Его Величество желает присутствовать в этот момент.
— Король всегда был чрезмерно сентиментален. — Голос жреца внезапно наполнился ядом. Потом тон изменился, стал медовым. — Почему же ваша невеста скрывает лицо? Тоже в честь траура по вашей первой супруге?
Я снова сжала руку герцога, мысленно взывая о помощи. Не знаю почему, но у меня сердце замирало от одной мысли, что жрец узнает целительницу с окраины Сэтора. Приходил ли он по мою душу или же был в нашем захолустье инкогнито, неважно. Мне в любом случае конец, ведь за сироту никто не вступится. Нет ни денег, ни связей…
Только Уворд Скетс.
— Прошу простить мою невесту, — раздался наполненный иронией голос герцога. — Она смущена, потому что перед самой церемонией попала под злые чары и теперь обезображена. У нас не было времени на исцеление, а тратить свою магию без приказа короля я не вправе. Тем более на такую мелочь! И, чтобы не оскоблить Трёхликую, велел надеть вуаль.
Я заметила силуэт и затаила дыхание, когда мне приподняли вуаль. Человек, который провёл нас сюда, вздрогнул при виде волдырей и поспешно прикрыл мне лицо.
— Его Светлость сказал правду, — пробормотал он и жалостливо вздохнул: — Бедная девочка!
— Хм, — саркастично отозвался верховный. — Ваши поклонницы постарались? Неужели вы спустите ревнивицам с рук эту шалость?
Я же поверить не могла в своё везение. А ведь совсем забыла! Злыдня Стайфа хотела навредить мне, а получилось, что невольно выручила. Даже если меня заставят поднять вуаль, большая вероятность, что жрец меня не узнает. Потому что вряд ли захочет смотреть на моё обезображенное лицо.
«Вот спасибо так спасибо!» — мысленно поблагодарила интриганку.
— Вы, как никто другой, знаете, что я не способен прощать обиды, — ответил жрецу Уворд, и от скрытой угрозы, прозвучавшей в его голосе, меня бросило в холод.
— Только не слишком увлекайтесь местью, — ехидно посоветовал жрец. — Я собирался посетить бал, не хотелось бы увязнуть в обязанностях из-за наводнивших столицу трупов.
И как ядом только собственным не захлебнулся? Между этими двумя точно нет тёплых чувств. Кстати, мне тоже стоит поберечься. Не хотелось бы стать врагом первого советника короля.
— Может, всё-таки приступим к церемонии? — Голосом Уворда можно было воду замораживать. — Не то мы все опоздаем на торжество.
Жрец не ответил. А через секунду я услышала его сильное звучное пение. В груди потеплело, по телу прошла вибрация, немного закружилась голова. Стало так светло и спокойно, будто я внезапно оказалась дома, которого никогда не знала. Мне посчастливилось на себе испытать, насколько сильны способности верховного.
— Подойдите к алтарю, — тихо подсказал помощник. — Возьмите кольца.
Я протянула руку, и мне в ладонь легла тёплая тяжесть. И даже сквозь вуаль было видно, как магический артефакт светится. Простолюдины обменивались простыми кольцами, дворяне же скрепляли свой союз магией.
Когда Уворд надел кольцо на мой палец, я ощутила, как по руке пробежался холодок и рассыпался мурашками по телу. Прислушиваясь к себе, замерла.
— Котёнок, надень мне кольцо, — потребовал герцог, и я вздрогнула, будто очнулась.
Подчинилась, а сама пробормотала:
— Вы даже имени моего не знаете, а женитесь. Как так?
— Трёхликой всё равно, как мы себя называем, — шепнул Уворд. — Она соединяет души.
Сердце пропустило удар. И как же этот брак может быть фиктивным?
— А вот на королевском торжестве вам придётся представиться, — закончил герцог.
— Что настолько важное вы обсуждаете у алтаря Трёхликой? — недовольно спросил жрец. — Заканчивайте церемонию. Целуйте невесту!
Я снова застыла изваянием.
«Ой, нет!»
— Подожду, — хохотнул Уворд, — когда пройдёт действие зелья!
«Дважды спасибо тебе, Стайфа!»
Но обрадовалась я рано.
Глава 7. Кто много целует, редко не укусит
Я выскочила из храма, как булочник Иан от меня после того, как полдня краснел и мялся в моей лавке, а потом скороговоркой признался, что подхватил срамную болезнь. С зельем выскочил, и после я его встретила довольного и счастливого. Иан нежно обнимал собственную жену, весьма довольную вновь вспыхнувшими чувствами супруга. Урок пошёл булочнику на пользу.
А что будет со мной?
Оказавшись в карете, я скинула осточертевшую фату и осторожно дотронулась до лица. Скривившись от боли, глянула на устроившегося напротив Уворда и проворчала:
— Никогда бы не подумала, что поблагодарю вашу очаровательную кузину, но так и произошло.
О том, что видела жреца на окраине Сэтора, я умолчала, потому что не доверяла герцогу. Как и он мне. Ведь не поверил, что роскошные серьги несут зло.
— Тебе больно? — сухо осведомился Уворд.
— Потерплю! — с энтузиазмом заявила я и, радуясь возможности скрывать своё лицо и дальше, широко улыбнулась. — Мы едем во дворец, верно?
— Верно, — согласился мужчина и дёрнул уголком губ. — Я должен представить тебя королю, котёнок. Как твоё имя?
— Лалин, — ответила я.
— Ла-лин, — тягуче повторил он, и по телу побежали мурашки. Уж очень интимно прозвучало моё имя в его устах. — А дальше?
— Лалин Ригер.
— Полностью будет госпожа Лалин Ригер Скетс, — педантично поправил Уворд и приподнял бровь. — Фамилия похожа на дворянскую.
— Ничуть, — фыркнула я. — К вашему сведению, я подкидыш. Сирота без роду и племени.
— Но твоё имя настоящее, — серьёзно возразил он. — Я вижу это.
— В то время, когда меня подкинули, в приюте жил маг, — кивнула я. — Он прочёл имя, данное мне родителями, и даже пытался отыскать моих маму или папу, но поиски не дали результата.
— Маг? — насторожился Уворд и полоснул меня странным взглядом. — Он знал, что ты ведьма?
— Что вы, — рассмеялась я. — Меня бы уже продали. В приюте постоянно не хватало денег, и такой шанс настоятельница бы не упустила. К счастью, мой дар открылся гораздо позже. Мне хватило ума сбежать в ту же ночь…
— Приехали, — прервал Уворд мои воспоминания и протянул руку.
— Сейчас…
Я потянулась за вуалью, но мужчина остановил.
— Не нужно.
Он раскрыл ладонь, и с его вытянутой руки в мою сторону соскользнуло фиолетовое облачко. Только я успела затаить дыхание и машинально сжаться от неожиданности, как магия окутала меня, пробежалась по коже мурашками, осела приятным холодком на лице и пальцах.
Я опустила глаза и с изумлением убедилась, что волдырей и след простыл.
— Как? — ахнула я и начала злиться. — Зачем?
— Я же говорил, что тебе придётся открыть лицо перед королём, — напомнил он. — Не могу же я позволить, чтобы над моей женой потешался весь двор?