Код Рембрандта (СИ)

Профессор вздохнул, почесал большим пальцем под подбородком.
– Не скажу, что сильно удивлен. Все-таки это родная вотчина, но возможности таких зомби-программ и удивляют, и пугают.
– Да, это так и есть. Причем на эту технологию уже нет монополии у спецслужб и силовых структур. Этот джин практически уже вырвался из преисподней. Многие тайные технологии, в том числе и эта, доступны в темных закоулках сети. При желании можно найти на просторах интернета и более сатанинские инструкции. Однако вернемся на круги своя. Наш герой усовершенствовал эту технологию таким образом, что не только можно было внушить, но еще и считать электрические сигналы мозга и перевести их в понятный сознанию вид. То есть в алфавит. А потом эту азбуку сигналов преобразовать, конвертировать и сделать обратный процесс: внушить человеку. То есть перевести в другую личность. Вы понимаете, о чем я?
– Хм. Не совсем. Зачем? Чтобы мысли одного перевести в мозг другого?
– Уже тепло, но не совсем мысли. Вернее, не только мысль.
Я замолчал, продлевая интригу, хотел «уловить», играет ли он, не маскирует ли свое удивление реальным знанием, а может, даже участием.
– А что? – почти настороженно спросил врач.
– Можно так считать всю матрицу сигналов, весь алгоритм из связей, из одного мозга переконвертировать и загрузить в другой.
– Зачем? – поинтересовался собеседник и через доли секунды понял ответ.
Это стало ясно по изумленному выражению лица.
– Я даже скажу больше, – как бы в ответ на его понимание продолжил я, – как ни странно, нужно отметить: это даже не очень скрываемая технология. То есть шило в мешке не утаишь. Она секретная, но достаточно известная. По всему миру проводятся такие опыты. Да, согласен, в секретных структурах. Но это же наш гений. Он ее усовершенствовал. Таким образом он мог считать свой мозг. Объясню: по моему предположению, он создал специальную программу, в которую загрузил все что можно из своего мозга. Из тех материалов, которые уже доступны мне, я делаю предположение, что он вводил себя в искусственную кому.
– Зачем?
– Под таймером. Возможно, технология этого требует. А потом выходил из этого состояния. Потому и нужен автоматический перевод режимов по таймеру.
– А если что-то пошло не так?
– Вот в том и загадка. Ведь он же умер загадочно. Ни с того ни с сего. Ничем не болел же таким особым.
– Насколько я знаю – да.
Я продолжал с азартом:
– Он настолько не доверял никому, что рисковал таким образом собой. Возможно, он такое уже проделывал с кем-то или даже с собой. Представляете, если бы он вышел из этого состояния где-то не тут?
– У него была установка там?
– Я думаю, да. Ибо что же он демонстрировал покупателям? Мы расшифровываем нити связей его аккаунтов. И… – тут я вздохнул. – Хотя это для служебного пользования, я намекну вам об очень больших суммах.
Я изучал реакцию врача, а приборчик у меня в кармане, – кстати, тоже детище концерна «ЗАСЛОН», – считывал реакции его нервной системы: он был вполне искренен. Даже в своем любопытстве.
– И потом, что думаете, он сделал? Да-да, вы правы, если догадались, приехал в Россию, удачно умер, а потом воскрес.
– Вы шутите? – была реакция на такой курьез у профессора психиатрии.
– Увы, нет. Или не увы. Это вполне реально.
– Так где же он, второй?
– Вы понимаете, что он создал?
– М-м, даже не знаю, понимаю или нет.
Мы изучающе посмотрели друг другу в глаза. Молчание продолжалось секунды три.
– Он вложил свое сознание в свой клон?
– Да, ваши догадки верны, – будто прочел мысли доктора я, вышел из молчания, – все указывает на это. Вероятно, он сделай еще такую рисковую операцию, он стал переводить информацию из своего мозга в мозг клона, которого создал как молодое тело. То есть себя лет на 15 моложе. Он же неспроста интересовался психологическим восприятием себя… – я выдержал интригующую паузу, – в молодом возрасте. Замените слово «возрасте» на слово «теле» – и все сходится.
 
Доктор полуоткрыл рот и поднял брови. Изумление его было ярко отражено в мимике.
– Как ни странно звучит, взросление тела, в том числе и клона, – это естественный процесс. Его можно остановить на какой-то стадии.
Собеседник как-то странно стал на меня смотреть после откровения о моих предположениях. Все-таки он был психиатр. И это нужно было учесть.
– В общем, когда процесс пошел, когда он перевел свой мозг, вернее, сознание в своего клона, он просыпается и рядом с собой видит мертвое тело: себя постарше, чем возраст клона. Думаю, он на всякий случай записал и видеообращение самому себе. Видимо, он не совсем верил в свою технологию. И тут возник вопрос – скорее всего, он делал испытания. Пробовал, получится или нет. Тогда на ком? Или, может, были экспериментальные клоны, без отключения своего сознания. Ну, вы меня понимаете.
– Признаюсь, понимаю, но с верой во все это не обнадежу вас.
– Поверьте, и у нас было такое чувство.
– Так и что на самом деле?
– Хотя он был достаточно продвинутым специалистом и предусмотрел многоступенчатую защиту – он удалял следы переписки и серфинга по сети, сохранял запись на специальном защищенном от взлома устройстве с электронными ключами, но «ЗАСЛОН» в первую очередь работает на государство. Не имеет значения, что и как он прятал, мы пока не все, но главное – нашли. Даже если не нашли бы – вычислили бы нестандартную ситуацию. Нашли фактически случайно, факт наличия сообщения о клонировании себя зафиксировал его мозг. Мы проверили, в каких режимах работала смежная аппаратуру и оборудование лаборатории. Пока еще не проникли в его блок, но это будет сделано на днях. Думаю, все подтвердится.
– А как же вы это докажете? Извините, мне все равно, – он как-то демонстративно поднял на уровне плеч открытые ладони, – вы же не сможете его допросить. Вам нужно будет найти клон. Так ведь?
– Логично. Современный мир: тело похоронят, а вся система связей может функционировать. Для чего-то он это сделал ведь. Ему же нужно будет пользоваться денежкой со счетов. А допуск туда будет по каким-то параметрам. Возможно, и по биометрическим, например, по отпечаткам. Или…
Я тут задумался, ведь коды могут храниться в том самом чипе из его мозга. Этой мыслью я, конечно, не поделился с доктором, знающим психологический портрет объекта расследования. Оно и не нужно быдло для составления полной картины мотивов действий Рембрандта.
– Признаюсь, меня всегда настораживали пациенты с концерна «ЗАСЛОН». Пациентами я их называю по профилю, только таковыми по терминологии они-то не являлись де-факто. Я проводил консультации и профилактику в дежурном режиме.
– Да это ясно. Потому я и тут. Такую практику вели еще партийные лидеры со времен Леонида Ильича.
– Да не только. Такое рекомендуется на многих предприятиях, особенно с высокой степенью опасности.
– Понимаю суть.
Он улыбнулся.
– То есть, по вашему предположению, он создал свой клон, загрузил в него свою сущность и стал новым человеком. Причем тут, у нас, он официально умер. А там…стал другим человеком.
– Почти. Только надо выяснить трафик перемещения. Если тело было изготовлено тут, у него в боксе, то оно, это тело, должно было как-то, под чьими-то документами, переместиться туда.
Медик посмотрел с долей иронии. Я понял его мысли.