Катастрофа в две полоски (СИ)

– .... но, я так полагаю, ты меня уже не слушаешь? – улавливаю только самый конец фразы Кости.
– Это кто? – спрашиваю, кивая в сторону девушки. Подхватываю бокал у проходящего мимо официанта и делаю глоток обжигающего все нутро виски.
Что-то странное происходит со мной. Кровь закипает, а в теле просыпается дичайший голод. Про мозг вообще молчу, он в ауте.
Чтобы меня, да так вышибло только при виде длинных ног? Ха. Похоже, пора пройтись “по списку контактов” и наладить “приятные” связи в столице. Думаю, это просто старый добрый недо...х.
– Это? – бросает взгляд на незнакомку в серебристом платье друг. – Что-то я ее не припомню. А что, зацепила, Троицкий? – ухмыляется собеседник. – В твоем, однако, вкусе, да? Ух, какие ножки! А какая задница! Мир, ты видишь эту идеальную задницу?
Вижу. Еще как вижу. Да так отчетливо, что ширинка уже начала трещать.
– Теперь и мне интересно, кто эта красотка, надо бы разузнать. У меня есть что ей предложить, – гогочет друг, почесывая подбородок и буквально пожирая глазами девчонку. Хотя, думаю, у меня сейчас взгляд не лучше.
– У тебя нет дел, Костян? – спрашиваю, с трудом сдерживая “директорский рык”.
– Например?
– Журналисты. В зале. Кто-то же должен с ними разобраться.
Друг бросает на меня насмешливый взгляд, явно просчитав, какого хрена я стираю его со своего горизонта, и, похлопав по плечу, со словами:
– Удачи, дружище..! – оставляет меня одного на моем “наблюдательном посту”.
  
Глава 3. Лера 
 
Лера
Нет, я честно пыталась!
Старалась отключить голову, отключить эмоции, выдавить из подсознания живописную картинку измены Славки и найти этого проклятого Троицкого, но все. Сдаюсь!
Я почти час бродила по залу, подслушивая то одних, то вторых, то третьих. Буквально как ищейка, чуть ли не по запаху пыталась учуять, от кого из гостей прямо- таки фонит миллиардами и скрытностью, но мой “нюх” сегодня настроен только на алкоголь и бар, который я до невозможности жажду атаковать.
Бокал шампанского уже не спасает. Чертовы пузырики ударили в голову, а мне жизненно необходимо выпить чего покрепче, что, в итоге, я и делаю.
Усаживаюсь у стойки бара на высокий стул и объявляю полную капитуляцию своей решимости и силы воли. Отключаю мозг от постороннего шума, от этого интимного полумрака и музыки.
На-до-е-ло!
Заказываю коктейль, судя по составу, убийственное сочетание убийственного количества алкоголя, и буквально в считаные минуты сей шедевр оказывается передо мной. Бармен-очаровашка улыбается и подмигивает, удаляясь.
Я же с полной самоотдачей ухожу в себя и свое горе, уничтожая бокал за бокалом, мысленно проклиная всех и вся, потому что опьянеть не получается. И реветь тоже не ревется. Еще и эта маска дурацкая…
– Проблемы? – слышу неожиданное над ушком и вздрагиваю.
Оборачиваюсь, встречаясь с насмешливым взглядом незнакомца в черном костюме. Идеально сидящем на спортивной фигуре костюме. На лице черная бархатная маска, которая крышесносно дополняет образ загадочного красавца и скрывает многое, но не глаза.
Вот черт, а в этой чарующей синеве можно и утонуть-то спьяну. Цвет грозового неба или океана в шторм. Пробирает до мурашек...
– А похоже? – тяну уголок губ, с трудом беря себя в руки.
Поправляю свою маску и делаю еще глоток уже и не пойми, какого по счету коктейля. Отворачиваюсь, откровенно таращась в стену. В надежде, что мой молчаливый посыл будет понятен. Новых знакомств мне только не хватало сегодня.
Уйди, дядя, я в печали!
Вот если бы этот экземпляр оказался Мироном Троицким, то я за. Но я не настолько везунчик по жизни. Я из тех, кто в лотерее из двух человек окажется проигравшим. Так что увольте!
– Судя по тому, что это пятый коктейль за час, да, – не собирается уходить красавчик. – Похоже, – мужчина  усаживается рядом, ко мне в пол-оборота. Ставит на барную стойку свою внушительную ручищу и подпирает голову, не сводя с меня глаза.
Ох, от него так и веет грубой мужской силой и кошачьим изяществом. Сочетание – чистый секс!
 
– Следишь за мной?
– Скажем, наблюдаю, – отвечает загадочно, и в его голосе слышится легкая плутоватая улыбка, что заставляет-таки крутануться на стуле и повернуться к нему.
Взгляд прицельный и глубокий. Такое ощущение, что видит насквозь.
Ну, или раздевает, это я еще не поняла. Но мне становится неловко. Видать, алкоголя все еще маловато во мне. И я допиваю остатки в бокале, подзывая очаровашку-бармена и требуя новой порции.
– Хорошо, – говорю с улыбкой, – да, у меня проблемы.
– Так.
– Вот скажи мне, чего вы все такие козлы?! – морщу нос, чуть пошатнувшись и качнувшись вперед. На него. От чего в нос ударяет аромат горьковатого парфюма, а по спине пробегает едва заметный холодок от волнения. Твою ж мать, как от него шикарно пахнет!
– Прям-таки все? Или один конкретный?
– Все. Но один в особенности.
Передо мной появляется новый коктейль, а перед незнакомцем бокал виски со льдом, который он брать не торопится, все еще пронзая меня своим грозовым взглядом.
– И чем же этот экземпляр отличился?
– Скотской натурой.
– А конкретнее? – двигается мужчина чуть ближе и подхватывает длинными пальцами бокал. Крутит, поигрывая коричневатой жидкостью и звеня кубиками, бьющимися о стекло.
А мне думается, как удивительно среди сотни гостей я отключилась абсолютно ото всех, сосредоточив все свое внимание на одном. Наглом, но сногсшибательном. Пугающе притягательном и греховно красивом. Ну, в конце концов, а почему бы и нет?
Сонька же сказала, я девушка свободная. Сексуальная. Умопомрачительная  и просто космос. Надо этим и воспользоваться.
– Как тебя зовут? – отвечаю вопросом на вопрос.
– А это важно?
– Совершенно нет, главное, чтобы не Слава. Славы – все уроды.
– Тогда ты можешь быть спокойна, – улыбка трогает чувственные губы, и мужчина делает глоток из бокала.
Я наблюдаю за ним, как какая-то ушибленная на голову маньячка! В горле пересыхает от движения его кадыка, и рот наполняется слюной. А когда незнакомец отставляет бокал и, стремительно подавшись вперед, замирает в миллиметре от моих губ, перестаю дышать.
Грубейшее проникновение в личное пространство! Но как будоражит!
Он укладывает руку на спинку моего стула. Я чувствую, как его пальцы касаются моих волос. Он смотрит глаза в глаза. И… целует. Или, скорее, крадет вздох.
Прикосновение почти неощутимое, но в тело изнутри вонзаются тысячи иголочек. На моих губах застывает вкус его виски. И я выдаю:
– Изменил.
На что слышу гениальное:
– Значит, нужно отомстить.
У меня вылетает нервный смешок.
Но когда широкая ладонь ложится на мою голую коленку, я вздрагиваю, будто от разряда тока. Сердце сбивается с ритма. Дыхание спирает. Ужасно хочется заерзать на стуле, но получается только сильнее свести бедра в тщетной попытке унять просыпающуюся там сладкую боль.
– И... как же? По-твоему...? – шепчу и не замечаю, как под гипнозом и сама подаюсь чуть вперед. Его горячее дыхание с привкусом дорогого виски опьяняет хлеще всех выпитых коктейлей.
Его ладонь бесстыже ползет вверх по моему бедру, забираясь под край платья. Пальцы нежно щекочут кожу и мои натянутые до предела нервы.
Меня бросает в жар.
Я смотрю на его поистине дьявольскую ухмылку, и в голову лезет одна до ужаса непристойная и пошла картинка, где и как эти губы могли бы меня целовать.
– Так, чтобы утром было даже вспомнить стыдно, – говорит таким тоном, что у меня уже сейчас уровень смущения зашкаливает. Особенно, когда в его глазах чуть ли не в натуральную начинают плясать те самые картинки из той самой “Камасутры”.
Но весь ужас ситуации заключается в том, что я говорю:
– Я согласна.
Спонтанный секс с незнакомцем в маске? Почему бы и нет!
Идти в разнос, так до конца. О сделанном буду думать завтра на больную хмельную голову, а сейчас…