Катастрофа в две полоски (СИ)

В загородном клубе, где и должен был пройти сегодняшний грандиозный вечер, мы оказались за десять минут до начала презентации. Парковка уже была забита машинами гостей, а у входа нервно топтался Костян, который оборвал все телефоны.
Конечно, мы оказались бы на месте и раньше, если бы не Лера. Соблазнительная провокаторша. Проверка моих нервов и выдержки на прочность, которую я, кстати говоря, с треском провалил!
В тот момент, когда она с совершенно невинным видом зашла в гостиную с просьбой застегнуть платье, я чуть не взорвался. Потом чуть не грохнулся в обморок, когда мне заговорщицким шепотом сообщили, что это платье не предусматривает наличие бюстгальтера. И финальной точкой стала ее голая ножка в сногсшибательном вырезе черного атласа чуть ли не до талии…
Собственно, все.
Полтора часа до начала. Но меня было не остановить. Ни смехом, ни уговорами, ни даже ее испорченной прической с макияжем.
Зато потом из дома мы вылетали бегом и топили по трассе под двести, только чтобы не опоздать. Лера ворчала, что я ужасно несдержанный и ненасытный, а сама улыбалась и краснела, что заставляло кровь внутри снова закипать и снова сдерживать свои порывы плюнуть на все.
Ну, что поделать? Я влюбился первый и, больше чем уверен, последний раз в своей жизни. В женщину, от которой просто невозможно отвести глаз, рук, губ и всех остальных частей тела. Моя. И вся в полном доступе. Я вас умоляю, какой тут вечер в компании сотен людей? Я этой сексуальной Валерией буквально грезил последние пару месяцев. И, честное слово, если бы не коллекция, я бы забил на этот благотворительно-чопорный сбор и увез свою Совину куда-нибудь на базу за город. Но…
– Ты должен там появиться, – повторяла мне Лера сегодня весь день, когда я как бы мимоходом сообщал, то терпеть не могу такие сборища. – Нельзя сдавать компанию на произвол судьбы. Да и сегодня будет вечер твоего триумфа.
– Нашего, – поправлял я как бы невзначай. – Не забывай, ты теперь лицо новой ювелирной коллекции. Как только все это закончится, оформим официально бумаги, что ты у нас работала в качестве модели. Если захочешь, то фирма может с тобой сотрудничать и дальше в таком качестве. Как тебе?
– Честно? Я всегда журналисткой стать мечтала, но никак не моделью, – пожимала плечами Лера, вздыхая, – но это был и будет крутой опыт. Так что пасовать совсем не время, Мирон Александрович, – а тут уже ярко-алые губы трогает нежная улыбка.
Яркая, сексуальая, дерзкая, смелая в этом платье и с этим макияжем, невозможная и невероятная!
Нет, я точно не доживу рядом с ней до конца благотворительного вечера. Сгребу в охапку и сбегу при первой же возможности. А сейчас…
Сейчас мы выбираемся из машины, и я, приобняв Леру за талию, подмигиваю улыбающемуся во все тридцать два Костяну, который, кажется, сейчас лопнет от счастья. На лице друга написано: я же говорил, и он весь нахохлился, петух!
Лера
Ох, как я волновалась, когда мы заходили в полный  гостей и вообще всех важных шишек  зал! Как колотилось мое сердце, и как меня потряхивало изнутри, словами не передать. Особенно, когда поняла, насколько здесь все роскошно, дорого, вычурно и непривычно для обычной меня! Для простой девчонки Леры из глубинки. Стоять в этой шикарно украшенной бальной зале под легкую музыку оркестра и шепотки кучкующихся гостей – было что-то за гранью реальности.
Фантастикой.
Моей личной сказкой о Золушке.
Это пугало и волновало до дрожи! Зал, люди, наряды, лоск, блеск…
Я бы уже спасовала. Струсила и сбежала. Настолько чувствовала себя не в своей тарелке. И только благодаря уверенно лежащей у меня на талии руке Мира и непрерывной болтовне Кости, я более-менее держалась. Крепилась. Глазела по сторонам, пытаясь впитать в себя атмосферу вечера, запомнить, запечатлеть в памяти и (что очень желательно!) не грохнуться в обморок от страха.
Не хотелось бы быть здесь “белой вороной”. Ведь я совершенно ничего не знаю из “этого” мира! Еще неделю назад я с исключительно белой завистью смотрела на важных персон на дорогих машинах или изящных дам в брендовых шмотках. А сейчас? Сейчас на мне   самой брендов в сумме стоимостью с мою квартиру!
 
Мамочки-и-и, как дрожат коленки и трясутся поджилки. А ведь я на огромных каблучищах! Опасно. Очень опасно!
Мне бы только чуть-чуть снять стресс… Но ведь даже бокал шампанского не выпить, чтобы нервы успокоить! Нельзя. Вот же… досада.
У-уф.
Так, спокойно, Лера. Отставить панику и все сопутствующие переживания. Самое главное, просто не обращать внимания и не принимать близко к сердцу взгляды, “летящие” в меня со всех стороны.
А их было много. Разных. Равнодушных, завистливых, дружелюбных и не очень. Любопытных, заинтересованных и даже одобрительных. Последнего, кстати говоря, меньше всего. Кто-то откровенно недоумевал, кто я такая и почему иду в обнимку с Троицким, а кто-то неприкрыто презирал. Но все это ерунда!
Просто нужно попытаться забыть, что благодаря персоне Мирона и платью, в которое меня сегодня нарядили, я буду в самом центре всеобщего внимания.
Черный атлас, подол в пол, вырез до бедра, открытые плечи и соблазнительное ажурное декольте. Убийственно шикарно! Горячо и очень провокационно. Выбор Мира, который забыл, как дышать, когда я вышла в этом великолепии из примерочной. Какое счастье, что живот пока особо не видно. Иначе точно не смогла бы позволить себе такую красоту.
Так что я буду под “прицелами” гостей. Это неизбежно. Как дождь осенью или луна на небе ночью. С этим надо смириться. Все пройдет отлично. Просто обязано пройти на ура!
– Выглядишь потрясающе, Лера! Особенно этот макияж, подчеркивающий зелень твоих глаз, невероятен! – стрельнул хитро глазами Костя в вырез моего декольте, получив от меня смущенное:
– Благодарю!
И от Мирона грозное:
– Глаза у Леры выше, клоун.
– Нисколько не сомневаюсь, мистер собственник. Да, кстати, я звал твою подругу, Лера, – бросил как бы невзначай Костя.
Мирон кривовато ухмыльнулся, наверняка, как и я, заметив пролетевшее напряжение между Костей и Соней. Уже было собирался съязвить, но я легонько ткнула его локотком в бок. И спросила вперед него:
– Да?! Ты звонил, Соньке?
– Угу, – кажется, ловелас Константин стушевался. – Звонил.
Неловко дернул, поправляя и так идеально завязанный галстук, и отвел взгляд в сторону толпы. Вот это новости: Костя, да растерян? Ух!
– Удивительно, где это ты набрался такой решимости? – съехидничал все же Мир, за что я одарила его очередным тычком и хмурым взглядом. Тот в ответ вскинул руки, мол, “сдаюсь”, и подмигнул.
Альфа-самцы, блин!
– Да чья бы корова мычала, Мир! – не остался в долгу его друг.
М-да, мальчики такие мальчики.
– Так, – встряла я между мужчинами, – ты позвонил, и? Что она сказала?
– Как видишь. Ее нет, – сказал Костя, пряча за беззаботной ухмылкой разочарование. – Послала меня в пешее эротическое самыми темными тропами, – вроде как не придав особого значения словами моей подруги, отмахнулся мужчина.
Но я-то девушка! Меня так просто не проведешь. Я смотрю на него, и думается мне, что не все-то тут потеряно. Только задать бы этим двум непримеримым упрямцам правильный вектор направления, и вуаля!
– Кхм, Кость, слушай...
– Мирон Александрович, можно вас на минутку? – перебил меня мужской голос, раздавшийся за нашими спинами. Мир обернулся, кивнул спешащему к нам мужчине, и бросил Косте:
– Присмотри за Лерой, будь другом! – а мне сказал:
– Я скоро вернусь, – и, торопливо целуя в щечку, отошел поговорить с окликнувшим его человеком.
Вот и хорошо. Даже идеально, я бы сказал. Теперь у нас есть время пошушукаться и посекретничать с Костей наедине! И я, не теряя времени даром, подхватила мужчину под локоток и увела его чуть в сторонку от общей суеты. А потом сразу, не ходя кругами, сказала:
– Слушай, Сонька, она, – тщательно подбирая слова, – м–м, как бы помягче выразиться… не любит таких, как ты.