Катастрофа в две полоски (СИ)

– Я финансовый директор, а не цепной пес, – ухмыляется друг, усаживаясь в кресло напротив. – Что думаешь?
Что я думаю?
В голове последние недели только один вопрос: как вообще они – эти ушлые журналюги – прознали о том, что я ушел с банкета не один?! Что, твою мать, за ерунда такая?!
Нет, конечно, можно было бы подумать, что та ночная незнакомка в серебристом платье, от которой у меня снесло сразу обе “головы”, разом оказалась одной из “засланных казачков”, если бы не одно “но”. Она упивалась вдрызг, сидя в баре, и ей было явно не до слежки за Мироном Троицким, то есть мной.
Я вообще не планировал секс. И уводить ее оттуда я тоже не планировал. Но в какой-то момент управление телом с верхней головы ушло в нижнюю, и мозг отключился напрочь.
При воспоминаниях о ее пухлых розовых губках и крышесносной упругой груди с нежно-розовыми сосками член до сих пор встает по стойке смирно и падать не собирается. Горячая. Неистовая. Нежная, но внутри просто вулкан страсти. Ее стоны до сих пор, как самая приятная на свете музыка, звучат в голове, а в носу приятно щекочет от воспоминаний ее запаха. Удивительный запах кокоса.
Никогда терпеть не мог кокосы. Но сейчас…
Удивительно, но я даже не слышал, как закрылась за ней дверь в то утро.
Жалею ли я о произошедшем?
Ни черта подобного!
Вот о том, что упустил, да, бывает временами. Но искать ее, разумеется, я не пытался и пытаться не буду.
А вот о том, что устроил своему телу полнейшую разрядку по всем фронтам, нет, не жалею. Я бы повторил.
Лера
Утро сегодня снова было странным. Если не сказать опять отвратительным!
Потому что началось оно с тошноты, от которой, собственно, я и проснулась раньше звонка будильника.
Соскочила с кровати и понеслась в туалет, уже в последний момент согнувшись пополам над унитазом.
Что за чертовщина?!
Уже вторую неделю подряд меня полощет, как может. Я то зеленая, то бледная, то серая, и исправно отправляю в унитаз утрами все то, что съедаю на ужин.
Я уже даже рацион свой пересмотрела! Думала, может, на жирное сильно налегаю, или сладкого переедаю, или еще фиг пойми, чего не так. Кроме кефира, йогуртов и прочей полезной лабуды, типа овощных салатов, да фруктов на ночь, я больше не ем ничего, и все равно итог один. Семь утра – привет, мой белый друг.
Ничего не понимаю!
Проведя в обнимку с моим ежеутренним спутником добрые полчаса, чувствую, что меня наконец-то отпускает.
Я на ватных ногах, вконец обессилев, ползу в контрастный душ, чищу зубы и, глядя в зеркало, снова подмечаю необычную серость моего лица. Хотя оно и не удивительно с такими-то утренними “бодряками”. Тональник и румяна мне в помощь.
А потом топаю на кухню, едва переставляя ноги.
Варю себе кофе в турке и даю себе десять минут на то, чтобы его выпить, никуда не торопясь, бесцельно пялясь в стену.
Завтрак снова намеренно игнорирую, так как от одного только вида моей любимой сырокопченой колбаски воротит. Даже холодильник приходится захлопнуть, только бы все не пошло по второму кругу. Организм уже недовольно начал “ворчать”.
Лето. Его первый прекрасный день. Да здравствует жара!
Вообще я всегда любила это время года, но в этот раз оно почему-то меня не очень радует. Меня вообще последние полтора месяца мало что радует. Сразу с того момента, как наврала начальнице о Троицком, и она раздула из этой невинной мушки огромного слонищу в нашем журнале. Чуть ли не устроив из этой истории сенсацию. Хотя почему «чуть»?
Все это время, прошедшее с момента банкета, журналисты копошились в истории семьи Мирона Троицкого, как в грязном белье. Пытались найти по единичным снимкам, что просочились с маскарада в сеть, ту самую мифическую незнакомку, с которой он ушел, но все, естественно, тщетно! Потому что это все гребаная выдумка.
А-р-р!
Так что вот прямо с того вечера меня и грызет зараза-совесть. Видать, слишком она у меня плохо дрессированная и сидеть по приказу «тихо-смирно» не умеет.
На работе я появляюсь ровно в девять, заскочив по пути в кофейню у офиса и прихватив с собой парочку круассанов  с  стаканчиками кокосового Рафа.
 
А там за моим рабочим столом меня уже встречает Сережа, или как у нас в офисе его принято называть, – Сержио. За его своеобразные фриковатые вкусы в одежде и манеру разговаривать. Добрейший душу человечище, кстати говоря.
– Ты опять опоздала, цыпа, – заявляет с улыбкой коллега-друг.
– Не ври, я пришла минуту в минут, – тычу наручными часами парню в лицо и протягиваю стаканчик с кофе и бумажный пакетик с ароматно пахнущей выпечкой. –Лучше скажи: спасибо, я вспомнила про тебя в последний момент, цыпа.
– Спасибо, конечно, но я бы так не радовался, – пожимает плечами Сержио, освобождая мне мое рабочее место и пересаживая свою задницу в штанах всех цветов радуги на мой рабочий стол.
– Что так? Не с той ноги встал?
– Это, скорее, наша Эллочка не с той вскочила.
– Все слишком плохо, да?
Ее поиски незнакомки на днях с треском провалились, и мы все тут в отделе ждали, когда же грянет гром. Похоже, время пришло, сегодня все получат по шаровой молнии в своей адрес. И я, походу, буду первая. Потому что бросив взгляд в сторону ее кабинета, я вижу, как Эллочка, прогуливаясь по своему офису со стеклянными перегородками, останавливается и, найдя меня глазами, манит пальчиком с очаровательной улыбкой. Мол, иди сюда, Лерочка, я не злюсь и всего лишь откушу тебе голову твою пустую, Совина.
Ы-ы-ы.
– Слишком, – вздохнул коллега.
– Насколько?
– Настолько, что она утром улыбалась и сказала “доброе утро, офис”, прикинь?
– О-о-о, это все. Это край! Она меня расстреляет!
– Почему именно тебя? – возмущенно выдал парень, будто я пальму первенства у него забираю.
– Да, пожалуйста, я готова тебе уступить.
Н-да, вот только смотрит она все еще на меня.
– Ты же не виновата, что это был такой закрытый бал-маскарад. Ни видео, ни фото, кто ж знал…
– Ты же знаешь нашу Эллу. Уважительная причина, чтобы выполнить плохо свою работу, –  только смерть.
– И сейчас она тебе ее организует, цыпа. Задним числом.
– Спасибо, Сержио, ты всегда умел поддержать! – улыбаюсь я нервно, похлопывая довольного собой коллегу по плечу.
Меня снова начинает мутить и штормить, но это уже, скорее, нервное. И какое счастье, что желудок пустой. О том, чтобы умять по-быстрому круассан или выпить Раф, можно забыть, как минимум, до обеда.
Эллочка-стервочка у нас энергетический вампир. После разговора с ней не то что есть, жить не хочется, как правило.
Скинув пиджак и спрятав сумочку в небольшом шкафчике, включаю компьютер. Подхватываю папку со статьей, которую подготовила еще вчера, и на трясущихся ногах топаю в сторону кабинета начальницы.
Вот, походу, и все. Сейчас меня ка-а-ак уволят! А потом догонят и еще пару раз уволят. И плакала моя ипотека, платьишки, туфельки и вообще жизнь в столице...
  
Глава 6. Мирон и Лера 
 
Мирон
Это какое-то адское утро!
За пару часов в офисе я вымотался так, как не устаю за целый день, а все этот гребаный “кастинг” на место личной помощницы.
Предыдущую я уволил спустя неделю после ее принятия на эту должность. Ненавижу мешать личную жизнь и работу, а блонди была слишком шустрой и бойкой. Моргнуть не успел, как ее пальчики в один прекрасный момент уже ползли к моей ширинке. И как обычно, когда я сказал оставить заявление у меня на столе, было море слез и океан истерик.
Но как объяснить девушкам, что не все генеральные директора хотят видеть в качестве личного ассистента красивую тупую куклу для пользования! Некоторым, как я, например, нужна приятная симпатичная девушка с мозгами. О сексе  речи нет и быть не может.
Но-о-о… я потерял два. Два часа! Из личной жизни, отсмотрев и выслушав полсотни претенденток на вакантное место, и сказать “да” я не был   готов ни одной.