Операция "Кронштадт" (СИ)

— Опять они! — воскликнула Надя. И, подумав, добавила: — Мне страшно...
— Просто развлекаются, как умеют, — пожал плечами Андрей.
— Да если бы... — пробормотал я.
В гробовом молчании мы пересекли дорогу.
* * *
— Меня тошнит, — пробормотал Мишель, когда мы сели в машину.
— Словами не передать, как я тебе сочувствую, — сказал я, выруливая с парковки отеля.
Мы выдвигались на Игру прежним составом: я, Анна, Надя и Мишель. И если Мишель и Анна всю ночь хотя бы спали, то мы с Надей этим похвастаться не могли. Особенно я.
Вернувшись ночью в отель, мы с Андреем разбудили Анатоля, который хоть и тоже был подшофе, но меру знал и реальность воспринимал адекватно. Когда двое друзей с не предвещающими ничего хорошего лицами объяснили ему ситуацию, он даже спорить не стал — покорно собрал вещи и «переехал» в комнату Андрея.
Мы же перетащили тело Мишеля в его постель. Андрей остался с ним в номере, а я вернулся к себе. Только после этого смог позволить себе роскошь закрыть глаза. Сейчас в них как будто песка насыпали. Да ещё Мишель начал ныть.
— Мне действительно плохо! — проговорил Мишель.
Я покосился вправо и убедился, что лицо Мишеля сделалось практически зелёного цвета. Конфуз был неизбежен.
— Полли? — позвал я.
— Что, простите? — встрепенулась та, оторвав взгляд от книги.
— Ты не могла бы помочь Мишелю?
— Я? Помочь?
— Его укачало.
— О... Я попробую.
Наклонившись вперёд, «Полли» протянула руку и коснулась виска Мишеля. Закрыла глаза, губы её зашевелились.
Мишель был до такой степени плох, что даже никак не отметил тот факт, что его касается возлюбленная.
Опять появился свет, и крохотные пылинки, которые поднимались к пальцам Анны, пока она отводила их всё дальше. Спустя несколько секунд к лицу Мишеля вернулся нормальный цвет.
— Сделала всё, что смогла, — сказала Анна, откинувшись на сиденье.
— Спасибо, — поблагодарил оживший Мишель. Цвет его лица постепенно обретал естественный оттенок. — Кстати, хотел спросить. Вы не знаете, почему со мной в номере теперь живёт Андрей?
— Так сошлись звёзды, — философски заметил я. — А что?
— Он разбудил меня, засунув в холодный душ, — пожаловался Мишель и чихнул. — А ещё я даже не помню, как вчера уснул...
— Ну вот, теперь будешь запоминать, — обнадежил я, сворачивая на парковку. — Заодно и к закаливанию привыкнешь... Ладно, ребята. Идём. Пожелайте мне удачи.
* * *
— Все мы видели, господа, сколь убедительно выступали наши команды в предыдущем этапе, — торжественно начал ведущий. — Напомню, что первый день Игр был посвящен оценке физической подготовки обеих команд, и это было весьма впечатляюще! Однако сегодня нашим игрокам предстоит задача не менее интересная. Взгляните на эти стены, дамы и господа! — Он обвёл рукой форт. — Они таят в себе немало опасностей. Вы наверняка уже обратили внимание на флаг. — Он показал на флаг, развевающийся на самой высокой башне форта. — Победителем будет признана команда, которая доберётся до него первой. Сегодня не возбраняется применение никаких магических навыков! Разрешается использование личного оружия. Пусть каждый из наших игроков продемонстрирует всё, на что он способен! Внимание, уважаемые зрители. Внимание, господа игроки! Игра началась!
Грянул пушечный выстрел.
И в ту же секунду мы, стоящие посреди плаца, в буквальном смысле слова провалились сквозь землю.
  
Глава 21. Подземелья
 
Для Сержа и других игроков «провал» не стал неожиданностью.
— Так я и думал, что они начнут с подземелий, — едва успев оглядеться, объявил Шнайдер. — Этого добра тут полно. Говорят, что Кронштадт буквально изрыт катакомбами. И даже соединен подземным туннелем с материком.
— Ну, в туннель, если он и правда существует, нас вряд ли пустят, — улыбнулся Серж. — Кронштадт всё же — военный объект, это не игрушки. А нам нужно понять, где мы находимся.
— Я полагаю, в подземельях форта, — сказала Элина.
— Да. Скорее всего.
 
Мы стояли посреди коридора — узкого, с полукруглым потолком. До того низким, что до него можно было дотронуться рукой. Коридор уходил в обе стороны и казался бесконечным. Темноту разгонял магический фонарик, который зажгла Элина.
— Нужно искать путь наверх, — сказал Серж. — Ваши предложения, господа? Куда двигаемся? Направо, налево?
— Всё равно, — обронил Шнайдер. — Перед тем, как перенестись сюда, мы стояли в точке, максимально удаленной от флага.
Он присел на корточки, провёл рукой над каменным полом. Камень расчертила огненная линия, которая образовала овал.
— Мы — вот тут, — сказал Шнайдер, ткнув пальцем в нижнюю часть. — Флаг находится тут, — на противоположной стороне овала вспыхнул огненный флажок. — Мы, как видите, равноудалены от нужной точки по обеим дугам. Соответственно, в какую бы сторону ни пошли — цели достигнем с равной скоростью.
— Если мы сейчас действительно здесь, — я коснулся того места, где Шнайдер обозначил нашу группу, — то идти нужно сюда. По правой дуге. То есть, направо.
Шнайдер обернулся. Надменно спросил:
— Это почему же, господин Барятинский? Оттого, что так желает ваша правая пятка?
— Оттого, что вот здесь разрушена часть стены. — Я коснулся левой стороны овала. — И, когда мы поднимемся наверх — неизвестно, как будем преодолевать это препятствие. А правая стена форта цела. Там я никаких разрушений не заметил.
— Отлично, Костя, — похвалил Серж. — Действительно, теперь я припоминаю, что с левой стороны часть стены обвалилась. Я, честно говоря, и внимания на это не обратил... Идёмте, господа.
Шнайдер пренебрежительно фыркнул, но спорить с Сержем не стал. Мы двинулись по коридору.
Для того, чтобы через сотню шагов увидеть, что дальнейший путь перегородила решётка.
— Элина? — спросил Серж.
Девушка понятливо кивнула. Подняла руку. Вокруг ладони вспыхнули искры.
Я ждал, что решётка раскалится и расплавится, как это было с доспехами рыцарей. Но проходила секунда за секундой, а решётка даже не думала нагреваться.
— Не поддаётся, — пробормотала Элина. — Видимо, металл усилен магией.
— Попробуй ещё раз. Усиль воздействие, мы поможем. — Серж положил руку Элине на плечо.
Я встал с другой стороны, обвил запястье Элины цепью. Через мгновение почувствовал, как девушка забирает мою энергию. Сама она побледнела и стиснула зубы. Искры плясали вокруг ладоней Элины бешеным хороводом, но решётка не поддавалась.
— Не могу. — Элина опустила руки. — Эта магия сильнее нашей! Мы не сумеем её разрушить, даже все вместе.
— И что делать? — спросил Боровиков.
— Думать. — Серж прислонился к стене. — Возможно, эта решётка означает, что мы выбрали не тот путь. Что этот проход закрыт, и для того, чтобы подняться наверх, нам следовало изначально двигаться в другую сторону...
— Я так и говорил! — объявил Шнайдер. — Это Барятинский сбил нас с толку своими дурацкими предположениями! Возвращаемся?
— Видимо, да. — Серж выпрямился.
— Не прислоняйся больше никуда, — посоветовала Элина. — Ты весь выпачкался, — и принялась отряхивать спину Сержа.
— Постой. — Я поймал её за руку.
Повернул ладонь Элины к себе, рассмотрел.
— Что? — удивилась Элина. — Ты никогда не видел пыль?
— В том-то и дело, что видел, — отпуская руку девушки, пробормотал я. — И это — не пыль. — Я мазнул пальцем по стене, в том месте, где к ней прислонялся Серж. Присмотрелся. — Это штукатурка.
— Какие глубокие познания! — восхитился Шнайдер. — В перерывах между занятиями в Академии ты подрабатываешь маляром?
Я, не слушая этого безмозглого индюка, повернулся к Боровикову.
— Афанасий. Твоё заклинание — ветер, так?
— Ну да, — удивился Боровиков.
— Мне нужно, чтобы он подул на эту стену. Как можно сильнее.
— Что ты задумал, Костя? — вмешался Серж.