Тайный наследник.Том 1 и Том 2 (СИ)

Столыпин внимательно выслушал ромалку и задумчиво кивнул.
— Что ж, хорошо, что вы с ним еще не встретились. За ним могут следить на постоянной основе. И за всеми нами.
Лала улыбнулась.
— Сейчас за нами слежки нет. Отрезали еще у собора. Сведения я передам лично вам, но вынуждена просить вашего содействия при срочном отъезде из Земуна. Ромалы не смогут прикрывать меня вечно, да и навлекать на свою агентуру церберов Тайной канцелярии я не хочу.
Что ж, теперь кое-что становилось понятнее. Лала сотрудничала с самим бароном. Он обеспечил ей защиту и даже наверняка выдавал людей. Ромалы в Земуне были вездесущими призраками, и лучшей агентурной сети, чем они, было трудно представить. А уж на каких условиях они сотрудничали... Не мое дело. Все равно не расскажет, да и нужно уважать дамские тайны.
— Тогда мы уезжаем сегодня, — решил я. Так даже проще — поедем налегке и обзаведемся нужным скарбом уже в Белграде.
— Не гоните коней, сиятельство, — ответила Лала. — Это вам пересечь границу легко и просто, а я... Можно сказать, в розыске на территории Дакии. Из-за нового закона об экстрадиции преступников это проблема.
— Проблему можно решить, — многозначительно сказал я и зажег в воздухе небольшой огонек «Жар-птицы».
Лала покачала головой, и ее массивные сережки с монетками тихо звякнули.
— Проблем лучше избегать, ваше сиятельство, — возразила она. — И не светиться. Особенно таким, как я. Вы осядете в Белграде и будете себе спокойно по приемам таскаться, а мне на Балканах еще работать.
О, дорогая моя, знала бы ты, чем я буду заниматься в Сербии...
— Ладно. Какие варианты?
— Мои соплеменники мне помогут, но нужно сопровождение.
Девушка взглянула на книжный шкаф и, пробежавшись пальцами по корешкам книг, выбрала одну. Когда она ее раскрыла, я понял, что это был аналог телефонного справочника, только тонкий, земунский. На форзаце размещалась карта Земуна с пригородами. Я увидел реки, служившие естественной границей. И край Белграда.
— Подойдет, — шепнула Лала и указала точку на карте. — Видите этот остров?
— Велико Ратно, — ответил Столыпин. — Знаю его. Это заброшенная территория.
— Условно. Формально она австрийская, солдаты туда летом купаться да на рыбалку плавают. Мостов там нет, перемещение только на лодке.
Я изучал остров. Он находился на самом слиянии Савы и Дуная. Немаленький такой островок. Место козырное.
— Болото там, — ответила на мой немой вопрос Лала. — Ничего основательного не построишь. Только кабаны да птички живут. Но оттуда можно по Дунаю добраться до Карабурмы. Это район Белграда.
Ее палец скользнул дальше по реке на восток и остановился на северной окраине Белграда. Вроде бы отдельный район города, но какой-то малонаселенный...
— Это довольно пустое место, там живет всякий сброд, — пояснила Лала. — Раньше, еще при Обреновичах, там и вовсе людей казнили, поэтому место считается нечистым и люди там до сих пор не селятся. Но там топкие берега и мало лишних глаз. Даже сербские пограничники не особенно туда суются. Так, наблюдают издалека.
— Если план составлен и все кажется схваченным, то зачем мы?
— На случай, если сербы все-таки решат добросовестно исполнять свои обязанности. Взятка может не сработать. Мне нужно, чтобы вы... помогли убедить их.
Я чуть не расхохотался. Цыганка просит меня помочь убедить кого-то в том, что ей нужно. Иронично получалось.
— Я передам вам сведения сейчас, — девушка без стеснения подняла юбки своего пышного платья, и Столыпин по-джентльменски отвернулся.
А я не стал отводить взгляда от стройных загорелых ножек — не настолько еще проникся благородным воспитанием. Да и молодость, гормоны у тела играли... Под юбками — между нижней сорочкой и основным платьем — болталась небольшая плоская сумочка. Лала вытащила из нее пакет.
— Это очень важные сведения, господа. Стоило больших трудов и рисков их добыть. И если они попадут не в те руки... Но я поняла, что вам можно доверять, княз.
— Откуда поняла?
Лала печально усмехнулась.
 
— Кое-какой дар у меня все же есть, ваше сиятельство. И я знаю о вас чуть больше, чем вы сами готовы рассказать. Вверяю судьбу этих документов вам. И помните, что на них уже пролили кровь, и крови может пролиться гораздо, гораздо больше.
Я бережно принял пакет. Небольшой, довольно легкий. Бумаги.
— Для кого они предназначались, эти документы?
— Полагаю, для агента в Белграде. Но если все так, как я думаю, он выйдет на вас сам. Не исключаю, что на самом деле этот пакет предназначается вам.
— Могу взглянуть?
Столыпин с сомнением на меня уставился.
«Может не стоит, ваше сиятельство? У нас своя миссия, незачем впутываться в игры Тайного отделения».
«Напомню, что наша миссия подготовлена при непосредственном участии этого тайного отделения», — отрезал я. — «И если меня в это втянули, я должен знать».
— Считаю, теперь вы имеете на это право, — ответила Лала. — Хотя это огромный риск. Австрийцы убьют меня уже только за то, что я держала это в руках. А вас... Теперь от вас не так просто избавиться.
Да к черту! Я развернул сверток, и мне на руки упали... Пара пластиковых бочонков, в каких хранили негативы пленок, какие-то письма. Черт, почти все по-немецки.
— Андрей!
— Я не уве...
— Надо! Мы в одной лодке. Прикончат меня — прикончат и вас.
— Справедливо, — вздохнул атташе и уставился на переписку.
Чем дольше он читал, тем круглее становились его глаза.
— Пленка проявлена?
— Конечно, — кивнула Лала.
Значит, не засвечу. Можно смотреть. Я открыл первый бочонок и развернул пленку ближе к свету. Черт, все слишком мелко! Какие-то люди — то ли вечеринка, то ли прием. Танцы, много женщин. Какое-то мельтешение... Драка? Другим планом, уже поближе — кадры какой-то целующейся парочки и другие более пикантные подробности. Я взял еще одну пленку — там были сфотографированы какие-то мужчины и женщины. Заседание? Какая-то тайная встреча? Все мрачные, решительные. Черт, нужно было лучше учить портреты государственных деятелей и знати.
— На других пленках все красноречивее и веселее, — сказала Лала. — Особенно если знать, кто на них изображен.
Столыпин резко опустил бумаги и торопливо сложил их как было.
— Боюсь предположить, какой ценой вы все это добыли, госпожа, — севшим голосом сказал он. — Это... Это компромат на сербскую королевскую семью. И не только.
— А я о чем, господин Столыпин. Мне нужно убираться, пока это не попало в чужие руки. И вам — тоже. Потому что если кто и желает получить эти сведения, то это австрийцы.
Ага. По понятным причинам. Инструмент влияния. Рычаг. И сдавалось мне, что изображенная эротика была самой невинной забавой из всего этого компромата.
Столыпин снова убрал все в пакет и протянул мне.
— Вы сильнее. Выше шансы, что защитите информацию.
Но я протянул пакет к Лале.
— Столыпин останется со слугами. Я сопровожу вас в тайной поездке. Пусть пока что будет при вас. В Белграде мы сможем встретиться.
«Николай, вы в своем уме?! Невозможно!»
«Спокойно. Отвезу ее в Карабурму тайно и вернусь в Земун. Потом официально перейдем границу. Потрясите своих друзей в Белграде, чтобы встретили ее и взяли под охрану. Других вариантов не вижу, чтобы не привлекать лишнего внимания.
— Николай!
— Вы сами сказали — я сильнее. Я смогу доставить девушку и быстро вернуться в Земун. Это не обсуждается.
Лала наблюдала за мной со странным выражением лица. Словно оценивала и сверялась с какими-то своими мыслями. Интересно, сколько ей было лет на самом деле? Так, навскидку, не дашь больше двадцати. И это когда же она начала работать на Отделение? Откуда все эти навыки? Да уж, подбросила судьба попутчицу...
«Все будет в порядке, обещаю», — сказал я Столыпину ментально. — «Справлюсь. В конце концов, меня сюда бы не отправили в составе столь малой свиты, если бы думали, что я ни на что не годен, верно?»